100 легенд рока. Живой звук в каждой фразе - Цалер Игорь - Страница 126

  Модные ребята The Jam

   Казалось, мотороллеры, удлиненные куртки-парки с капюшоном, шляпы с узкими полями и футболки с эмблемой-мишенью навсегда остались в 60-х. Но в августе 1978 года The Who разместили в New Musical Express объявление с просьбой к рокгруппам откликнуться для участия в съемках фильма на основе альбома «Quadrophenia» (1973). Фильм вышел в сентябре 1979 года. Его действие происходит в 1965 году: сюжет описывает жизнь 20-летнего лондонского мода Джима (Фил Дэниэлс) и знаменитую стычку с рокерами в приморском городе Брайтоне. Фильм показал новому поколению модов, что надевать, какие таблетки есть, что слушать. Без Quadrophenia мод-сцена существовала бы в своем тихом уголке, но фильм-мани фест спровоцировал возрождение мод-культуры. Все вернулось – и мотороллеры, и эмблемы-мишени, и отороченные мехом парки.

   Но еще до Quadrophenia, в 1977 году Британию впечатлило панк-трио из Вокинга The Jam, которое никогда не вписывалось до конца в панк-движение. Это были моды под прикрытием панка. Вдохновленный гимном The Who «My Generation» автор песен и вокалист Пол Уэллер не скрывал сво его модовского культурного багажа, демонстрируя британский флаг и гитару «Рикенбекер». Третий альбом группы «All Mod Cons» (1978) оказался ключевым моментом перехода The Jam от панка к антуражу, мелодиям и даже к оформлению пластинок в духе 60-х. Музыканты объединили свой энтузиазм в отношении Sex Pistols с многолетним обожанием The Who, The Kinks и The Small Faces, став ролевыми моделями для поколения. Пластинки The Jam стали таким же обязательным атрибутом мода, как ботинки нужного фасона.

   Барабанщик Бретт Эксот из группы The Chords (которую не взяли в Quadrophenia из-за чрезмерной «панковости») рассказывал: «Еще в начале 1979 года новые мод-группы по-прежнему существовали, как если бы они были единственными, кто открыл секрет стиля. Мы совершенно не знали друг друга. Лишь по совпадению мы все делали одно и то же в одно и то же время. Впервые я увидел The Jam в мае 1978 года. Я помню, как орал под «So Sad About Us». Уэллер услышал меня и сказал в микрофон: по крайней мере, у нас есть один фанат сегодня вечером. Но я пришел на концерт только потому, что слышал, будто они поют одну песню The Who. Уэллер был фантастическим автором песен, но мой интерес к ним возник только потому, что они были суррогатными The Who в то время, когда The Who ничего не делали».

   Очень быстро The Jam стали рупором нового поколения недовольных молодых людей, превратившись в самую популярную группу всей волны британского панка. Как положено, они одевались с и голочки, слушали американский ритм-энд-блюз и играли максимально громко. The Jam – воплощенная «британскость», поэтому в Америке их практически не замечали. Но для англичан они подлинные герои, а Пол Уэллер – один из важнейших национальных авторов-песенников. Влияние The Jam можно проследить в музыке практически любой британской команды 80—90-х, от The Smiths до Blur и Oasis. Группа Пола Уэллера сохранила традицию трехминутной, гитарной, отчетливо британской рок-песни, обеспечив примерами для подражания целые легионы групп.

   Пол Уэллер основал The Jam еще в школе – вместе с барабанщиком Риком Баклером, басистом Брюсом Фокстоном и гитаристом Стивом Бруксом. Скоро Брукс ушел, и The Jam до конца своей карьеры осталось трио. В ранние годы их концерты состояли из версий ранних американских рок-н-роллов. Так продолжалось до тех пор, пока Пол Уэллер не услышал The Who образца 1965 года и навсегда не пленился эстетикой и образом жизни модов: «Я видел, что положение мода да ет мне основу и угол зрения, с которого удобно писать песни, и это в конечном итоге мы и сделали. Мы пошли и купили костюмы, начали играть песни с лейблов Motown, Stax и Atlantic. Я купил гитару «Рикенбекер» и мотороллер «Lambretta GP 150», пытался сделать такую же прическу, как Стив Мариотт [3 - Мариотт Стив – вокалист британской группы The Small Faces (см. «The Small Faces: кому табачку?»).] делал в 1966 году».

   The Jam играли по-панковски, молниеносно быстро, на предельной громкости и с претензией на социальную тематику. Но, в отличие от других «рассерженных молодых людей», они носили превосходно пошитые костюмы, а не рваные куртки, старались играть профессионально там, где другие оставались вызывающе любительскими, и включали в свой репертуар рок и ритм-энд-блюз 60-х – музыку, которую панки традиционно отвергали (хотя бы на словах). По мере того как The Jam становились все более популярными, Пол Уэллер все более настойчиво отстаивал свои «левые» убеждения, нико гда не поддаваясь обаянию ценностей хиппи. Так что The Jam не отказывались от панка. Во всяком случае, их лидер всегда оставался верным резко независимой этике панк-рока образца 1977 года.

   В феврале 1977 года The Jam подписали контракт с Polydor Records и в следующем месяце за 11 дней записали дебютный альбом «In the City» – комбинацию пары кавер-версий (рок-н-ролл Лари Уильямса и музыкальная тема из телесериала про Бэтмена 60-х) и оригинальных творений Пола Уэллера, похожих на убыстренные ранние записи The Who. Летом того же года вышло продолжение – похожая пластинка «This Is The Modern World», которую радиоведущий Джон Пил прокрутил в эфире целиком, песня за песней. Группа начала турне по Великобритании, но оно было сорвано после драки с кучей австралийских регбистов в отеле Лидса. Уэллер сломал в потасовке несколько костей и вернулся в свой родной город Вокинг, чтобы перевести дух и написать новые песни.

   К третьему альбому тематика песен T he Jam начала охватывать социальную жизнь Британии. Музыканты осуждали жестокость полиции, насилие в лондонской поземке, политику экспансионизма, тяжелую жизнь в маленьких городах и другие нелепости, но тем не менее в «Time For Truth» убежденный социалист Пол Уэллер с сожалением сетует на закат и падение Британской империи. Объявление о том, что The Jam намереваются голосовать за консерваторов в 1979 году, лишь подтвердило их проимперские настроения. Как и его предшественник Рэй Дэвис из The Kinks, Пол Уэллер развил в себе глубокую привязанность к идеализированному миражу старушки Англии. И политические, и романтические песни The Jam неизменно погружены в британскую культуру, наполнены жаргоном и островными музыкальными аллюзиями. Что контрастировало с призывами к уничтожению и революционностью других панк-групп.

   Возможно, из-за постоянного размахивания британским флагом и акцента на британские реалии The Jam так и не удалось добиться серьезной популярности в Амер ике – в отличие от их соотечественников и соратников по панковскому лагерю The Clash. Гастроли за океаном были невразумительными и оставили только отрицательные воспоминания, даже несмотря на появление в главном оплоте американского панка – нью-йоркском клубе CBGB. Во время первого визита в США Пол Уэллер даже не мог получить холодного пива после выступления: «Мы сыграли два вечера в CBGB, по два шоу за вечер. Я не знаю, чего мы ожидали, но мы играли в баре, как мы и привыкли. Пришли ребята из The Ramones, мы встретились с кем-то из Blondie. Но я не мог выпить, так как был слишком молод». Во втором турне The Jam открывали концерты хард-рокеров Blue Öyster Cult, что было еще нелепее.

   Зато в Великобритании The Jam были королями. Десятки групп копировали их стиль одежды и звучание. В моду даже вошли «ботинки Jam» – двуцветные, какие надевал на сцену Пол Уэллер. Альбом «Setting Sons» (1979) взобрался на 4-е место хит-парада, а сингл «Going Underground» очутился н а вершине (причем эта прорывная песня должна была быть на второй стороне сорокапятки, но по ошибке была помечена как первая). Амбициозный альбом «Sound Affects» дошел до 2-й строчки к концу 1980 года. Ко времени записи новой пластинки Пол Уэллер пережил нервный срыв и бросил пить. В феврале 1982 года сингл «Town Called Malice»/«Precious» тоже стал Номером 1, и The Jam впервые после The Beatles сыграли обе песни с сорокапятки в «Top Of The Pops». Альбом «The Gift» (1982), показал, что группа движется в сторону соула, что не помешало и ему возглавить хит-парад.