Серебряный доспех - Хабаров Ярослав - Страница 76

«Неужели я так надолго потерял сознание?» - смятенно подумал Эгертон. Он ощупал свое лицо и поморщился. Левую половину покрывали ожоги, брови и волосы сгорели. Жуткое уродство, должно быть. И болезненно. Исцелить себя самостоятельно Эгертон не мог - на это его умений не хватало. Что ж, невесело усмехнулся он, самое время появиться какому-нибудь разъяренному врагу и взять добычу голыми руками.

И, словно он вызвал их из небытия одними только мыслями, на краю долины появились две фигуры. Эгертон прищурился, морщась от боли (веки у него распухли). По крайней мере одна фигура была человекообразной. Возможно, там человек… А вот кто с ним рядом? Неужели гном? Нет, откуда бы здесь взяться гному…

Эгертон пошевелился и встал. Попробовал шагнуть - получилось. Пошатываясь, он двинулся навстречу незнакомцам. Ему показалось, что он узнает одного из них. Солнце светило Эгертону в глаза, так что он не был уверен… Поэтому он остановился и громко крикнул:

– Хеннгаль!

Те двое замерли, а потом более высокий отозвался:

– Кто ты?

– Эгертон!

– Я Ринан Сих. Я был в Хеннгале. Что здесь произошло?

Игинуш выскочила вперед:

– Нет, это был мой вопрос! Я - Желтая Игинуш, и я тоже была в Хеннгале. Мы оба выбрались оттуда, когда пожар уничтожил весь этот милый городок… Там была моя дочь, знаете? У меня была дочь! Да, так вот, я - Желтая Игинуш, и я спрашиваю тебя: что здесь произошло?

– Битва, - сказал Эгертон. - Она закончена. Ифа стоит… умертвия ушли. Они - там, в болотах, где клубится туман.

У него не было сил объяснять что-либо еще. Он только махнул рукой и опустился па землю.

– Я должен поспать, - пробормотал он. - Битва закончена.

Ринан Сих не ответил. Он во все глаза смотрел на предмет, стоящий посреди равнины. В первое мгновение инквизитору почудилось, будто он видит новый чумной тотем, но нет, это было нечто совершенно иное.

Окруженный белеющими костями, слегка накренившийся, возле самых стен священного города Ифы высился обелиск. Он выглядел очень старым, как будто его возвели здесь в незапамятные времена. Полустершиеся письмена покрывали его грани… Однако, присмотревшись внимательнее, Ринан Сих понял, что это не письмена - это рисунок, процарапанный в камне.

И чем дольше всматривался инквизитор, тем отчетливее видел он чьи-то черты: два круглых глаза и между ними - третий, поменьше, приоткрытые словно бы в удивлении губы, большие уши, прижатые к черепу… Изображение было примитивным, грубым, но вместе с тем завораживало. Создавалось впечатление, что здесь представлен почти точный портрет кого-то кто существовал, а может быть, и существует в действительности.

Игинуш принялась ходить кругами вокруг обелиска. Под ее ногами хрустели чьи-то кости, но желтокожее создание абсолютно не обращало на это никакого внимания. Она выписывала круг за кругом, бормоча что-то под нос и напевая. Это занятие полностью поглотило ее.

Ринан Сих сел на землю рядом с Эгертоном и безжалостно потряс его за плечо.

– Проснись!

Эгертон застонал.

– Ты хочешь убить меня? Так убей, пока я сплю, и избавь от мучений!

– Если ты был в Хеннгале, то знаешь, кто я такой, - спокойно отозвался Ринан Сих. - Не в моих правилах сперва убивать, а потом задавать вопросы. Напротив, я задаю вопросы - и часто этим ограничиваюсь, что бы вы там ни говорили о нашем ордене.

– О, - молвил Эгертон, садясь и закрывая ладонями глаза, - иногда довольно и твоих вопросов, чтобы убить. Но спрашивай, Ринан Сих, спрашивай. Возможно, убить меня не такое уж простое дело, и тебе оно окажется не под силу.

– Что здесь произошло?

– Я же говорил, что ты - убийца… - вздохнул Эгертон. - Здесь была битва.

– Это я вижу! - рассердился Ринан Сих. - Не считай меня глупцом. Меня это уже утомило.

– Игинуш - ведь это она считает тебя глупым, не так ли? - спросил маг. И устало улыбнулся. - Я прочитал твои мысли, Ринан Сих. Я совсем не так проницателен, как ты вообразил. На самом деле, следует отдать тебе должное, ты куда догадливее меня. Ведь ты не умеешь читать чужие мысли, тебе о многом приходится просто догадываться. А это можно сделать лишь в том случае, если ты умеешь наблюдать, сопоставлять…

– Оставим в покое мои замечательные способности, - отмахнулся Ринан Сих. - Я знаю о них больше, чем ты.

– Ты неподкупен, да? - Эгертон вздохнул. - И не поддаешься на лесть?

– Что здесь произошло? - повторил Ринан Сих. Он явно снова становился собой, влияние Игинуш и болота ослабевало, и Ринан Сих был благодарен Эгертону за это.

– Некто завладел серебряным доспехом, даром верховного божества и Дзара, работой древних кузнецов… Некто пытался взять штурмом Ифу. Некто призвал на помощь порождения тумана…- Эгертон показал на обелиск. - Он там, в глубине земли. Я слышу его зов. Он умоляет опрокинуть камень и выпустить его на волю.

– Как он там оказался?

– Магия. - Эгертон пожал плечами. - Просто магия.

– Чья? Твоя?

На миг Эгертон встретился с инквизитором взглядом.

– Поверишь ли, если я отвечу тебе правду: не знаю. Тут творилось много разной магии… Честно говоря, я не склонен приписывать себе эту великую победу. Думаю, тут поработали гурры-шаманы. Целых трое. Сперва они уложили меня, потом испепелили половину умертвий - туда им и дорога, - а после принялись за тварь в серебряном доспехе.

Ринан Сих долго рассматривал обелиск, пока воздух перед глазами инквизитора не начал дрожать. Теперь Ринану Сиху стало казаться, что обелиск вот-вот оживет. Но сколько он ни вслушивался, голоса, умоляющего опрокинуть камень и выпустить на волю существо в серебряном доспехе, голоса, о котором упоминал Эгертон, инквизитор не слышал.

Эгертон опять погрузился в сон. Игинуш, как завороженная, расхаживала возле обелиска. Солнце поднялось еще выше.

Ринан Сих решительно подошел к Желтой Игинуш и схватил ее за руку.

– Пойдем.

Она попыталась вырваться:

– Нет! Останемся здесь! Здесь хорошо! Здесь божество разговаривает со мной. Оно столько всего знает! Оно такие интересные истории рассказывает!

– Идем, - повторил Ринан Сих. - Это место смерти и преступлений.

Он потащил Игинуш за собой. Сопротивляясь и ворча, она все же последовала за ним.

А Эгертон спал и во сне набирался сил для предстоящего долгого путешествия к Вольным Городам пустыни, к башням ордена Тоа-Дан. И во сне с ним разговаривало существо в серебряном доспехе - существо, которое носило на себе яростный смех Дзара, бога войны и огня, так чтимого тоаданцами…

***

На болотах горел костер. Хоть и был ясный день, двое путников развели огонь и устроились на отдых.

– Я не могу вот так просто, без дела валяться на земле, если нет костра и на костре ничего не жарится, - объяснил однорукий хедд, с жадностью глядя на то, как истекает жиром рыба, нанизанная на вертел.

Гирсу молча смотрел на своего нового товарища.

Шрам продолжал:

– Я так думаю, умнее всего будет нам отправиться куда-нибудь в Тугард. Наймемся в армию, заживем…

Гирсу сказал:

– Знаешь что? Давай отправимся к эльфам Нальраэна.

Хедд поперхнулся собственной слюной и долго еще хлопал челюстью, издавая гулкие звуки.

– К кому? - выговорил он наконец.

– Ну, к эльфам… Будем прекрасными и добрыми. И себе на уме. И еще пораскинем мозгами насчет того, как спасти мир.

– Я знаю, кто сейчас раскинет здесь свои мозги, - предупредил хедд. - За такие шутки… можно и по башке… Во!

Он показал кулак.

Троллок внимательно осмотрел этот кулак со всех сторон, понюхал и даже куснул.

– Предмет, вызывающий определенное любопытство, - заметил он наконец. - Только в Тугард я не пойду. Лучше останусь на болотах.

– Мы же не сразу туда пойдем, а постепенно, - попытался утешить его Шрам.

– Ты калека, - промолвил Гирсу. - Ты не нужен никакой армии.