Султан Луны и Звезд - Арден Том Дэвид Рэйн - Страница 148

Тем временем Раджал тоже разыскал для себя оружие. На ступени рядом с бездыханным телом Симонида валялся окровавленный кинжал. Раджал схватил его и развернулся к полю сражения. Ужас охватил его сердце, перед его мысленным взором предстали образы его собственной жестокости. Визирь Хасем. Удары. Кровь.

Нет. Нет. Не думай об этом.

Он бросился к Кате и одним ударом рассек полосу парчи, которой девушка была привязана к султану. Ката вскочила на ноги.

Раджал крепко сжал в руке кинжал и сверху вниз уставился на султана.

— Трус! — послышался тут выкрик, и Раджал подумал, что это восклицание обращено к нему.

Но это уабин крикнул Джему. А Джем все отступал и отступал.

— Эджландский сосунок! Жалкий трус, мальчишка! Иди сразись со мной как подобает мужчине!

— Ты дерешься заколдованным клинком! Разве это подобает мужчине, уабин?

— Ты решил посмеяться надо мной? Умри, эджландец!

Джем отпрыгнул в сторону.

Уабин развернулся.

И тогда Джем обрушил на него удар, в который вложил всю свою силу. Клинок ятагана стукнулся о саблю Рашида, и вновь золотое свечение озарило оружие уабина и его самого, устремилось по лезвию ятагана, проникло в тело Джема. Джем вскричал от страшной боли, но снова размахнулся и принялся наносить удар за ударом.

Этого оказалось достаточно. Ужасный вопль прозвучал в пещере, и Рашид Амр Рукр рухнул в Пламя.

Раджал вздрогнул и обернулся.

В это же мгновение султан вскочил с пола и выбил кинжал из руки Раджала.

Джем, стоящий у пламени, пошатнулся.

Ката бросилась к нему, оттащила назад.

— Джем! Хвала богам, ты цел!

Джем изможденно вздохнул и был готов упасть в объятия Каты.

— Джем! — вскрикнул Раджал. — Осторожно!

Калед бросился вперед, сжимая в руке кинжал. Он был готов пронзить им шею Джема и вновь схватить Кату, но Джем успел вовремя развернуться. Взметнулся ятаган, и Калед рухнул на пол с рассеченной глоткой, заливаясь кровью, перед безумно пылающим Пламенем.

Джема замутило, он отвернулся. Он медленно опустил руку, ятаган со звоном упал на пол.

Долго-долго слышался только рев Пламени. Тяжело дыша, трое спутников добрели друг до друга, обнялись, поддерживая один другого.

И тут вдруг послышался голос:

— Вы проявили необычайную храбрость, мои юные друзья, но битва еще не окончена.

Это был голос Симонида.

Зажав рукой рану в боку, истекая кровью, старик с трудом поднялся на ноги и теперь стоял, весь дрожа, у подножия лестницы. Его морщинистое лицо исказила гримаса боли.

Но друзья не успели броситься на помощь к Симониду, как вдруг зазвучал другой голос — он доносился из темного угла, и тон его был совсем иным.

— Старик прав. Еще осталось незавершенным одно дело.

— Лорд Эмпстер! — выдохнул Джем.

Его покровитель приблизился. Сначала Джем с нескрываемым облегчением смотрел на знакомый длинный черный плащ, на широкополую шляпу, на дымящуюся трубку. Казалось, возвратилось прошлое и этот человек снова стал для него только опекуном, а он сам — юным подопечным высокопоставленного аристократа. Было время, когда лорд Эмпстер, невзирая на всю свою загадочность и странность, служил для Джема единственной опорой и поддержкой в жизни, отцом, которого он никогда не знал, путеводной звездой в мистических испытаниях. Но теперь Джем вспоминал о таинственной фигуре, которую увидел в каюте своего покровителя на борту «Катаэйн» в ту ночь, когда полыхнула зеленая молния. А еще он помнил о том, что ему рассказывала в прошедшую ночь Ката, о том, что сотворил лорд Эмпстер во время обряда обручения в Куатани.

— Похоже, ты не слишком рад встрече со мной, юный принц?

Джем прошептал:

— Кто вы такой? Что вам нужно?

— Вот это вопросы! — Лорд Эмпстер не удержался от смеха. — Честное слово, Джемэни, ты удивительный молодой человек. Ведь ты — Ключ к Орокону, не правда ли? Разве я не подготовил тебя к твоему магическому испытанию? И чего же мне хотеть, как не того, чтобы твое испытание увенчалось успехом? Вправду — чего же мне еще желать, как не этого?

Он взглянул на Раджала, потом — на Кату, но и тот, и другая, как и Джем, молчали и сурово смотрели на него.

— Они не верят тебе, — выдохнул Симонид. — Злодей, ты способен на обман, но в конце концов просияет истина. Она уже просияла!

— Вот как? — Лорд Эмпстер глубоко затянулся трубкой. Привычная язвительность покинула его голос. Злобная сила полыхнула в его глазах. — Тебе известно все на свете, Симонид, так ведь? А я бы на твоем месте не стал полагаться на жалкий мистический дар. Выживший из ума старик, что тебе известно?

Ответа не последовало. Кровь с новой силой хлынула из раны в боку старика, и Симонид с бессильным стоном опустился на пол. Лорд Эмпстер пристально, не мигая, смотрел на него.

— Хватит! — выкрикнула Ката и смело бросилась к лорду Эмпстеру. Она ударила его по лицу, и с головы у того слетела шляпа. Обнажилась гладкая, странно блестящая лысина. Но не это было главное. Не это, нет. Лорд Эмпстер вдруг начал меняться и утрачивать человеческое обличье. Облака тумана, окутывавшие его лицо, развеялись, плащ упал на пол, и перед изумленными взорами троих друзей предстало золотое создание.

Ката ахнула и попятилась назад — и тут же вскрикнула, потому что тот, кто только что был лордом Эмпстером, схватил ее за руку и поволок к Пламени.

— Оставь ее! Не трогай ее! — закричал Джем, но он не успел пошевелиться, как резкая боль в груди заставила его согнуться. Это был кристалл: полыхая зеленым светом, он жег грудь Джема с силой, дотоле неведомой. Джем бросил взгляд на Раджала и увидел, как разгорелся на груди у друга лиловый кристалл. Раджал упал на пол и бился в конвульсиях.

И тут снова сотряслись стены и пол Святилища.

— Ты молодчина, Ключ к Орокону! — расхохоталось существо, некогда бывшее лордом Эмпстером. — Два кристалла уже добыты, а третий... думаю, вот-вот мы получим и третий, верно? Я думал, что за меня все сделает уабин, ибо мое могущество не в силах проявиться полностью в этом презренном мире смертных. Это было глупо — рассчитывать на него, и вот лишнее подтверждение того, как слаб я стал! Мне следовало бы понять, что уабин — никчемный тупица и что мне самому следует сделать то, чего не сделал он, и освободить кристалл от этой оболочки в подобии человеческого обличья! Иди за мной, принцесса, дай мне очистить тебя в Пламени!

Ката пыталась вырваться, но золотое существо было слишком сильно. Он отступил на шаг и был готов толкнуть ее в Пламя.

Джем и Раджал были беспомощны, парализованные болью.

И вновь сотряслись недра земли. Пламя бешено ревело и пылало — страшнее, чем прежде.

— Глупец! — хрипло вскричал Симонид. — Глупец, взгляни на ее лицо!

— Ты называешь меня глупцом, старик? — брызгая слюной, воскликнуло золотое существо. — Неужто ты думаешь, что я не вижу сквозь завесу ложной сути? Наружность этой девчонки менялась не раз, но внутри нее находится средоточие принцессы Бела Доны!

— И вновь я назову тебя глупцом! О, Золотой, твое могущество и вправду сильно поколебалось, если ты поверил в уабинские россказни! Мне открылось все, что произойдет в этот день, и я говорю тебе: если ты бросишь эту девушку в Пламя, та, которую ты разыскиваешь, никогда не станет твоей!

Яростно полыхнули глаза золотого существа. Он был готов уничтожить, испепелить старика, но выкрикнул:

— Та, которую я разыскиваю? Что ты знаешь о ней?!

— Ты говоришь, что мой дар жалок, но я знаю, кто ты такой и знаю, чего ты ищешь. Агонис, разве на протяжении всей Эпохи Искупления ты не странствовал втайне по этому миру и не разыскивал утраченную тобою возлюбленную? Некогда ты был самым благословенным из богов, но полюбуйся же на себя теперь! Некогда, в Долине Орока, тебя обмануло и предало антибожество, и я предвижу, что в будущем оно снова обманет и предаст тебя, ибо в безумии своем и в алчности своей ты продашь себя ему!