Дипломированный чародей - де Камп Лайон Спрэг - Страница 66

Похоже, что райское молочко и его малость согрело.

— Попытаюсь,— проговорил Ши,— Только не знаю, как это сработает среди всей этой проклятой путаницы.

Полицейский, пошатываясь, поднялся.

— 3-зыто я знаю! — проревел он.

В два скачка он оказался рядом с одним из изумленных евнухов и принялся вырывать у того ятаган. Музыка оборвалась под визг и ропот голосов. Кто-то три раза звонко ударил в гонг. Из-за колонн выбежал чуть ли не целый полк свирепого вида янычар со здоровенными пиками в руках, но в этот момент Ши удалось отобрать у Пита ятаган. Поклонившись евнуху, Ши вернул клинок со словами:

— Покорнейший из твоих слуг приносит тебе свои нижайшие извинения!

После этого он повернулся к Питу, которого не без труда удерживал Байярд.

— Ты... полный... поганый... болван! — выдохнул он/— Мне плевать, будь ты хоть фараоном номер один в Огайо — здесь это тебе не поможет! Как бы тебе понравилась собственная голова, представленная публике на острие одной из этих пик?

Пит замотал головой, словно отряхивающийся пес:

— Да откуда... откуда мне знать, что...

— Или перспектива провести остаток своих дней в специально охлажденной камере? — Ши обратился к Байярду: — Помнишь главы «Берегись, берегись!» и «Ледяные пещеры»? У этого рая, как у розы, полно шипов, так что воспринимай его таким, каков он есть, иначе сильно пожалеешь!

Он медленно побрел назад к подушкам. Янычары скрылись, а из-за колонн показалась очередная шеренга танцовщиц. Эта группа специализировалась на танце живота. Пит-полицейский тяжело рухнул на подушки. Угрюмо уселся и Уолтер Байярд.

— Ладно, ребята,— подал голос Ши.— Только постарайтесь меня не перебивать, покуда я буду тут жонглировать силлогизмами. Итак: предположим, существует некое «с», такое, что утверждение «пи» относительно «х» является верным, когда «х» равносильно «с» и не иначе, а «с» имеет свойства «пи», то условия, удовлетворяющие утверждению «пи» относительно...

Голос его постепенно затих, и, шевеля губами, он уселся. Полячек так и сверлил его взглядом. Пит, обхватив руками голову, пробормотал: «И я, женатый человек...»

Ши, однако, так и не удалось довести свои силлогизмы до конца. Откуда-то из глубин колоннады, из-под мавританских сводов, громом прогремел какой-то космический голос — таким голосом, должно быть, изъяснялся Господь Бог, когда узнал о проделках поклонников Золотого Тельца. А прогремел голос вот что:

— Боже всемилостивый, по-моему, я здорово обмишурился!

Голос этот принадлежал доктору Риду Чалмерсу.

Ши с Полячеком вскочили. Музыканты остановились, танцовщицы сбились с шага.

А потом музыканты, девушки и окруженный колоннами зал вдруг принялись вращаться, все быстрей и быстрей, пока не слились в один разноцветный смерч, который вскоре начал блекнуть, становясь серым, как туман. Потом на сером фоне стали проявляться полосы, которые постепенно приобретали различные цвета и превратились в конце концов в очертания какого-то другого помещения — гораздо меньшего по размеру, простого и сугубо утилитарного.

Перед Ши с Полячеком оказался стол. За столом восседал человек невысокого роста и бледная миловидная темноволосая девушка. Человеком этим был доктор Рид Чалмерс. Правда, на разлохмаченной седой пряди, вырвавшейся из-под пышной чалмы, имелись какие-то темные пятна, а на лице недоставало знакомых морщин, но все-таки был это Чалмерс собственной персоной.

Он произнес:

— Рад вас видеть, Гарольд. Надеюсь... О боже, да никак я и Вацлава вытащил?

2 

 — Да-да, вытащили,— подтвердил Полячек.— Прямиком с шикарной вечеринки! И Уолтера тоже.

Ши оглянулся:

— А Уолтер-то где? Он там сидел на подушках... Ну и поганка, док! Он, видать, остался там, в Занаду, вместе с фараоном — вкушать медвяную росу и разглядывать этих несчастных девиц. А он ни того ни другого на дух не переносит!

— В Занаду?! Боже ты мой, вот беда-то, вот несчастье! — Чалмерс принялся суетливо перебирать разложенные перед ним бумаги.— Я намеревался войти в контакт лишь с вами, Гарольд, и уверяю вас — остальные были вовлечены только волею случая. Я, право, не знаю...

Ши криво улыбнулся:

— А я, право, и сам не знаю, поблагодарить мне вас следует или отругать последними словами, док! Что вы сделали с Бельфебой, а? И ее заодно прихватили? По крайней мере я на это очень надеюсь. Стоило нам вместе уйти с пикника, как она просто исчезла, а меня собирались уже арестовывать как убийцу, похитителя и черт его знает кого еще.

— Да... гм... с этим есть определенные сложности.— Пальцы Чалмерса нервозно зашевелились,— Боюсь, что... гм... со своей стороны я допустил серьезную ошибку. Вообще-то неудивительно, что полиция вмешалась. Хотя я никак не думал, что у вас возникнут действительно серьезные проблемы с законом. По-моему, при подобных обстоятельствах практически невозможно обнаружить _corpus delicti._

— Вы не все еще знаете, док. На пикнике была Гертруда Маглер, а она-то и подняла весь этот шум с полицией, когда мы ушли прогуляться вместе, а вернулся я один, совершенно потерявший голову: вдруг ее кто из чародеев обратно в Царство Фей утянул? Эта барышня отыщет не только corpus delicti, но и причины для основания общества по кипячению мужчин в масле, чем она, кстати, и занимается.

Бледная девушка попыталась что-то сказать.

— Прошу прощения,— сказал Ши.— Леди Флоримель, разреши представить тебе Вацлава Полячека, известного в нашей стране как Резиновый Чех.

— Приветствую тебя, прекрасный кавалер,— произнесла девушка.— Титулы в краях ваших вельми странны, еще странней, мне чудится, чем одеянья на плечах твоих!

Ши оглядел свой вполне приличный костюм в тонкую полоску:

— То же самое я мог бы сказать о головном уборе сэра Рида. Что вы тут делаете в таком наряде, зачем вы меня сюда затащили и где мы вообще находимся?

— Вы по-прежнему демонстрируете не имеющую никакого отношения к истинной науке наклонность запутывать мысль, смешивая в одну кучу совершенно различные категории информации. Умоляю вас позволить мне привести в порядок мысли и данные... Кхе-гм. Насколько я понимаю, вы все-таки применили разработанное мною заклинание против Долона и таким образом перенеслись в нашу... гм... отправную точку? Честно говоря, мне не совсем ясно, как вам удалось переправить и юную леди...

— Я держал ее за руку. Вообще-то мы уже женаты.

— Примите мои самые искренние поздравления. Надеюсь, что ваш союз будет счастливым и... э-э... плодотворным. Ваше исчезновение, как вы помните, было связано с уничтожением Ордена Чародеев, и в результате я оказался перед проблемой, решение которой по-прежнему выходило за рамки моих возможностей. А именно — трансформировать в реальную личность подобие человеческого существа, изготовленное из снега.— Он кивнул в сторону Флоримели, которая глядела на него с полным обожанием,— Следовательно, мне...

— Доктор, а стула у вас тут не найдется? — встрял Полячек.

— Вацлав, вы расстраиваете ход моих рассуждений еще сильнее, чем Гарольд. Сядьте, ради бога, на пол и позвольте мне продолжить. На чем я остановился? Ах да, проанализировав доступные мне данные, я не без удовлетворения отметил, что в Царстве Фей присутствует мысленная структурная модель еще одного мира, расположение пространственно-временного вектора коего давало возможность перенестись в него посредством все тех же формально-логических методов. А именно мира «Неистового Роланда» Ариосто.

— А почему это оказалось так просто? — поинтересовался Ши.

— Кхе-гм. Это я и собирался объяснить. Лудовико Ариосто — итальянский поэт, который написал «Неистового Роланда» в тот период, который мы именуем началом шестнадцатого столетия. Именно эта работа, как полагают, и была тем отправным источником, из коего Спенсер — автор, весьма склонный к подражанию,— черпал идеи, воплотившиеся впоследствии в «Царице Фей». Поскольку оба эти мира базируются практически на одной и той же структурной модели, нетрудно понять, что перенестись из одного в другой — задача не из сложных. Я чувствовал твердое убеждение, что встречу здесь достаточное количество опытных волшебников-профессионалов... Вацлав, по-моему, вы не следите за моими рассуждениями.