Первое дело Флетча - Макдональд Грегори - Страница 34

Барбара отпила виски.

– Сказала ты Марте или нет? – настаивал Флетч.

– Я решала, то ли сказать Марте, кто ты такой, и вывести тебя на чистую воду, то ли сказать Барбаре, кто я такая, и послать Марту ко всем чертям.

– Трудное решение, – Флетч наблюдал за Барбарой. – Значит, ты сказала Барбаре, своей давней подруге, кто ты такая, чем зарабатываешь на жизнь... и так далее?

– Да.

– И как ты восприняла откровения Синди? – спросил Флетч Барбару. Та ответила не сразу.

– Кажется, я ее поняла. И куда больше удивилась самой себе.

– В каком смысле?

– Как я могла дружить с человеком и так мало знать о нем? Поневоле задумаешься, неужели я такая бесчувственная? – Барбара уставилась в стакан, что держала в руке. – Объяснить это трудно. Понимаешь, теперь я начинаю задумываться, а какой ты на самом деле, Флетч, за кого я через три дня выхожу замуж? Чего я о тебе не знаю? Могу ли я доверять своим чувствам?

– Глупости все это, – вставила Синди.

– Сегодня я тоже кое-что узнал о некоторых людях. О чем и подумать не мог. Можно сказать, добавил несколько интересных экспонатов к моей человеческой коллекции.

– Мы вот идем по жизни, думая, что он или она именно такие, какими мы их видим. Извините, если я не очень ясно излагаю. А потом, в одну минуту, за стаканом виски выясняется, что у них совсем другая жизнь, другие мысли и вообще, они совсем не такие, как ты их себе представлял.

– Я думаю, – добавила Синди, что благодаря психоанализу, заботе о здоровье, тенденциям моды и страсти американцев к общепринятым нормам поведения, которых на самом деле не существует, люди думают, что они хотят любить своих ближних.

– Все это мать предрассудков, – изрекла Барбара. – А экономика – их отец.

– Мы должны любить в людях отличия, – заметила Синди.

– Если б мы были, какими видят нас люди, – внес свою лепту в дискуссию Флетч, – у нас бы ничего не оставалось для себя, не так ли?

– Да, – хихикнула Синди. – Лицемерие – последний бастион личной жизни.

– Да, – Барбара подняла стакан. – Немного выпивки, и мы уже философствуем.

– По существу, выбор передо мной и не стоял, – Синди вернулась к прежней теме. – В пятницу я ухожу из «Бена Франклина». И я не против того, чтобы напоследок насолить «Дружеским услугам».

– Чтобы Марте жизнь с Карлой не казалась медом...

Синди улыбнулась Флетчу.

– Ничто человеческое нам не чуждо. Не об этом ли мы все время говорим? – Она бросила в свой бокал два кубика льда. – Тем более, это не дело. Люди не должны делать карьеру в постели босса.

Барбара хихикнула.

– Синди, ведь речь идет о публичном доме! Извини, старушка, но это смешно.

– Надо бы тебе знать, что в нашем деле сексу практически нет места, – отпарировала Синди.

– Я в этом не сомневаюсь.

– Так что же ты решила? – спросил Флетч.

– Я решила помочь тебе с этой статьей. Давай разоблачим «Бена Франклина».

– Отлично!

– Пусть это будет мой свадебный подарок тебе и Барбаре. Я-то собиралась подарить вам колли после вашего возвращения из свадебного путешествия.

– Колли! – воскликнула Барбара. – Если Флетч вылетит с работы, мы не сможем прокормить даже себя!

– Говори, что тебе нужно, – повернулась Синди к Флетчу.

– Главное, узнать, кому принадлежат «Дружеские услуги Бена Франклина».

– Фирме, которая называется «Лесная нимфа, инкорпорейтид».

– Это замечательно.

– Нимфы тут очень кстати, – засмеялась Барбара.

– А кто владелец «Лесной нимфы»? – спросил Флетч.

– Понятия не имею.

– Нимфоманки, – предположила Барбара. – Кто же еще?

– Это надо узнать. Также меня интересует перечень предоставляемых вами услуг и стоимость каждой из них.

– Это я могу сказать тебе прямо сейчас.

– Пожалуйста, не надо, – замахала руками Барбара. – Не портите мне аппетит.

– Потом я хочу, чтобы ты написала мне о представлениях, которые показывают зрителям, сидящим за зеркалами. О том, что клиенты зачастую не знают, как их используют. И описание эскорт-услуг, то есть свидетельство того, что вы, по существу, девушки по вызовам. Особое внимание надо уделить шантажу клиентов, видеокамерам...

– Видеокамеры! – воскликнула Барбара. – Лицемерие – последний бастион личной жизни.

– Послушай, – Флетч посмотрел на Барбару, – неделю тому назад ты хотела, чтобы на церемонию бракосочетания мы прибыли голыми.

– Я пошутила.

– Неужели?

– Я думала, что смогу сбросить восемь фунтов.

– Ты сможешь добыть все это завтра? – спросил Флетч Синди.

– Я постараюсь.

– Пицца! – воскликнула Барбара. – Очень хочется пиццы.

Синди взглянула Флетчу в глаза.

– А как насчет полного списка наших клиентов.

Флетч не отвел взгляда.

– Почему нет? Проституция не может существовать без тех, кто жаждет платить за ласки.

– Ты опубликуешь их фамилии?

– Не знаю. Честное слово, не знаю. Я представлю их для публикации.

– Понятно, – вздохнула Синди. – Как ни крути, в этом мире правят мужчины.

– Ты привезешь нам пиццу, Флетч? – гнула свое Барбара. – Мне с перчиками. Анчоусов что-то не хочется.

ГЛАВА 33

– Мы вам звонили, – улыбнулся Флетч продавцу. – Три пиццы, заказывала Ролтон.

Ответной улыбки продавца он не дождался.

– Будут готовы через несколько минут, – пробурчал тот.

Продавец взял с прилавка телефонный аппарат, набрал номер, отвернулся.

Еще шесть человек ожидали пиццу. Четверо мужчин, двое в шортах, один в рабочем комбинезоне, один в деловом костюме. Юноша в смокинге. И девушка в шортах, топике и лиловых туфлях на высоком каблуке. С помадой на губах и накрашенными ресницами.

– Вы не боитесь испачкать пиццей ваш смокинг? – спросил один из мужчин в шортах юношу. Тот что-то затараторил по-французски.

– О, – только и сказал мужчина. Флетч открыл холодильник и достал упаковку с шестью банками «7-Up» <Прохладительный напиток.>. Поставил ее на прилавок.

– Шварц! – позвал продавец. Юноша в смокинге заплатил за пиццу и ушел. Затем получил пиццу мужчина в рабочем комбинезоне. После него мужчина в шортах. Вошла женщина в белоснежной теннисной юбочке и попросила заказ на фамилию Рамирес. Из дверей выпорхнула девушка на высоких каблуках, унося с собой пиццу.

– Мы же позвонили полчаса тому назад, – сказал Флетч продавцу. – Заказ на фамилию Ролтон. Вновь продавец хмуро глянул на него.

– Через несколько минут все будет готово. Получил пиццу мужчина в деловом костюме. Вошли двое полицейских. Патрульная машина застыла напротив двери. Фамилия, на которую они заказывали пиццу, названа не была. Они посмотрели на продавца. Тот кивнул на Флетча.

Копы бросились на него, схватили, развернули. Мгновение спустя он лежал на прилавке, уткнувшись в него лицом. Один из копов держал его за шею, второй обыскивал.

– Что он сделал? – спросил мужчина в шортах.

Глаза женщины в теннисной юбочке широко раскрылись. Она отступила на шаг.

– Он грабил магазин, – ответил полицейский.

– Ничего он не грабил! – воскликнул мужчина. – Он стоял здесь четверть часа.

– Он собирался ограбить магазин.

– Он назвал фамилию! И ждал, пока ему приготовят пиццу!

Флетчу завернули руки за спину. На запястьях защелкнулись наручники.

– Он ограбил много магазинов, – пояснил полицейский. – Винных магазинов, закусочных. Получив пиццу, он бы ограбил этот магазин.

– Понятно, – протянул мужчина.

– Даже грабитель должен есть, знаете ли, – добавил второй коп.

– А на меня он производит хорошее впечатление, – гнул свое мужчина в шортах. – Быстрый, подвижный. Если б он успел выбежать, вы бы его не поймали.

– Однако поймали, – усмехнулся коп.

– Ваша фамилия Ролтон? – спросил мужчина Флетча.

– Нет.

– Тогда мне все ясно, – кивнул мужчина. – Он назвался Ролтоном. Вымышленная фамилия.

– Его фамилия Лиддикоут, – прояснил ситуацию коп. – Александер Лиддикоут.