Таймлесс. Рубиновая книга - Гир Керстин - Страница 38

— Этого времени будет достаточно, — сказал граф. — Пишу я быстро, к тому же я умею делать два дела одновременно — говорить и писать.

Гидеон усмехнулся. Кажется, граф действительно казался ему очень остроумным. А ещё он, очевидно, совершенно забыл о том, что я до сих пор рядом с ним.

Я откашлялась. Уже возле самой двери он ещё раз обернулся и вопросительно поднял бровь.

Я тоже молча кивнула в ответ, потому что такое вслух сказать никто бы не решился. Только не оставляй меня одну с этими фриками.

Гидеон засомневался.

— Она будет только мешать, — сказал граф.

— Подожди меня здесь, — сказал Гидеон неожиданно очень мягким тоном.

— Лорд и Миро составят ей компанию, — сказал граф. — Вы можете тем временем расспросить её о будущем. Такой шанс бывает раз в жизни. Спросите её об автоматических поездах, которые будут ездить под землёй из Лондона во все концы света. Или о серебряных летательных аппаратах, которые поднимаются в воздух с рёвом тысячи львов и пересекают огромные моря.

Лорд так сильно смеялся, что мне стало очень страшно за судьбу его стула. Каждая его жировая складка пришла в движение.

— Ещё что-нибудь?

Я ни в коем случае не хотела оставаться наедине с ним и с Ракоци.

Но Гидеон только рассмеялся, хотя я и посылала ему красноречивые взгляды.

— Скоро вернусь, — сказал он.

~~~

12 июня 1948 Чёрный Турмалин, Пол де Виллер, прибыл сегодня, как и договорено, из 1992 года для элапсации в документариум. Но на этот раз он был в сопровождении рыжеволосой девушки, которая утверждала, что её зовут Люси Монтроуз и что она внучка нашего адепта Лукаса Монтроуза. Вне всякого сомнения, она обладала невероятной схожестью с Аристой Бишоп (Линия Нефрита, номер карты наблюдения 4).

Мы отвели обоих в кабинет Лукаса. Сейчас нам совершенно ясно, что Лукас сделает предложение Аристе, а не Клодин Сеймор, как мы надеялись. Хотя у Аристы, нужно признать, ноги красивее, и хороший удар левой.

Очень странно, когда видишь внуков прежде, чем появились дети.

Глава двенадцатая

Когда Гидеон и граф вышли, я невольно отступила на пару шагов назад.

— Вы вполне можете присесть, — сказал лорд, указывая на один из изящных стульев. Ракоци криво улыбнулся. Это что, ухмылочка в мою честь? С такой улыбкой ему ничего не светит, пускай потренируется перед зеркалом.

— Нет, спасибо. Я лучше постою, — ещё шаг назад, и я чуть не натолкнулась на голого ангелочка, который стоял в углу на тумбе. Чем больше расстояние между мной и этими чёрными глазами, тем уверенней я буду себя чувствовать.

— Так вы действительно изволили прибыть из XXI века?

Да уж, изволила.Моей воли здесь было мало. Но я всё равно кивнула.

Лорд Бромптон в нетерпении потёр руки.

— Значит, так… а какой король правит Англией в XXI веке?

— Страной управляет премьер-министр, — сказала я, немного помедлив. — У королевы в наши дни в основном представительские функции.

— У королевы?

— Да, её зовут Елизавета Вторая. Она очень милая. Она даже приходила в прошлом году к нам в школу на Интернациональный праздник. Мы пели гимн Великобритании на семи языках, а Гордон Гельдерман попросил её поставить ему автограф в учебник английского, а потом продал этот учебник за 80 фунтов на Ebay.Но это вам, конечно, ничего не скажет. В общем, у нас есть премьер-министр и совет депутатов, которых избирает народ.

Лорд Бромптон понимающе засмеялся.

— Весёлое представление, правда, Ракоци? Удивительное граф придумал нам сегодня развлечение. А как дела обстоят в XXI веке с Францией?

— Кажется, у них там тоже премьер-министр. Насколько я знаю, короля у них нет, даже просто для того, чтобы представлять их перед другими странами. У них была революция, потом они упразднили знать и короля вместе с нею. А бедной Марии Антуанетте вообще голову отрубили. Ужасно, не правда ли?

— О да, — засмеялся лорд. — Эти французы вообще ужасные люди. Поэтому мы, англичане, предпочитаем с ними дела не иметь. Поведайте-ка ещё вот что: с кем мы воюем в XXI веке?

— Ни с кем, — сказала я немного неуверенно. — По крайней мере, не по-настоящему. Мы вмешиваемся то там, то тут. То на Ближнем Востоке, то в каком-то другом регионе. Честно говоря, я вообще в политике полный ноль. Спросите меня лучше что-нибудь о… о… холодильниках! Конечно, не о том, как они работают. Тут я не разбираюсь. Я знаю только, что они работают.В каждой квартире Лондона стоит такой холодильник. Вы можете несколько дней подряд хранить в нём сыр, молоко и мясо.

По лорду Бромптону было видно, что холодильники его не особо интересуют. Ракоци потягивался на своём стуле как кот. Я надеялась изо всех сил, что ему не придёт в голову встать и подойти ко мне.

— Вы можете расспросить меня о телефонах, — сказала я быстро. — Хотя я и не могу объяснить, как они устроены, — увидев выражение лица лорда Бромптона, стало ясно, что он бы тоже не смог.

Честно говоря, вид у него был такой, что не стоило и пытаться объяснять ему даже принцип работы электрической лампочки. Я искала что-нибудь ещё, что могло бы его заинтересовать.

— А в… э-э… в каком-то году между Дувром и Кале проложили туннель, он находится под Ла-Маншем.

Лорду Бромптону это показалось невероятно смешным. От смеха он захлопал себя по толстым бёдрам.

— Восхитительно! Восхитительно!

Только я чуть-чуть расслабилась, как в разговор вступил Ракоци. Он говорил по-английски с сильным акцентом.

— А что с Трансильванией?

С Трансильванией? Родиной графа Дракулы? Он что, серьёзно? Я старалась не смотреть в чёрные глаза. Может, передо мной сидел сам граф Дракула! Во всяком случае, цвет лица у него был подходящий.

— Моя родина затерялась в прекрасных Карпатах. Княжество Трансильвания. Что случится с Трансильванией в XXI веке? — голос его был хриплым. В нём слышалась ностальгия по родному краю. — И что с народом куруцци?

С каким народом? Куруцци? Никогда о таких не слышала.

— Ну, в Трансильвании в наше время достаточно тихо, — осторожно сказала я. Честно говоря, я вообще слабо представляла, где это находится. Слово Карпаты я знала только из пословицы. Когда Лесли говорила о своём дяде Лео из Йоркшира, то обычно это звучало так: «Он живёт где-то в Карпатах». А для леди Аристы всё, что находилось за Челси — это уже Карпаты. Ну да, вполне возможно, что в Карпатах действительно жили какие-нибудь куруццы.

— Кто правит Трансильванией в XXI веке? — хотел знать Ракоци. Он весь напрягся, казалось, он вот-вот выпрыгнет со стула, если мой ответ его не удовлетворит.

Гм-гм… хороший вопрос.

Это что же за страна? Может, Болгария? Или Румыния? Или Венгрия?

— Я не знаю, — сказала я честно. — Это так далеко. Я спрошу об этом миссис Каунтер. Это наша учительница географии.

Ракоци выглядел разочарованно. Может, стоило ему наврать чего-нибудь. Трансильванией вот уже двести лет правит князь Дракула. Она считается заповедником, где разводят особый вид летучих мышей, везде в мире они уже вымерли. А куруццы — самые счастливые люди в Европе.Думаю, ему бы такая история понравилась гораздо больше.

— А как обстоят дела с колониями в XXI веке? — спросил лорд Бромптон.

Я с облегчением увидела, как Ракоци снова облокотился о спинку стула.

Когда рассеялись тучи, выглянуло солнце, а в комнату проскочил яркий луч света, Ракоци, вопреки моим ожиданиям, не превратился в горку пепла.

Некоторое время мы почти непринуждённо болтали об Америке и Ямайке, а также о некоторых островах, хотя мне было очень стыдно признавать, что многие названия я слышала впервые. Лорд Бромптон был сильно озадачен тем фактом, что все колонии перешли на самоуправление. (Я сказала это почти наугад, полной уверенности у меня не было.) Он, конечно же, не верил ни одному моему слову и время от времени разражался звонким смехом. Ракоци больше в нашем разговоре не участвовал, он только переводил изучающий взгляд то на свои длинные ногти (скорее похожие на звериные когти), то на обои. Иногда он поднимал глаза и поглядывал на меня.