Флетч в Зазеркалье - Макдональд Грегори - Страница 27

У двери Флетч обернулся:

– Знаешь, Джек, в конце концов даже Георг Третий[13] услышал глас народа.

Глава 19

– Послушайте, милая моя, – добродушно вещал Мортимер, сидя на кровати Кристел. – У каждого из нас только два источника энергии. Один – сон. Второй – еда.

Зазвонил телефон, стоявший в углу спортивного зала.

– Нельзя читать всю ночь напролет. Не литературой единой сыт человек. Вам необходим сон.

– Я проголодалась. От голода не могла спать, – ответила Кристел. – Я хочу сказать, я привыкла думать, что голодна.

– Вот это хорошо. Ваши мысли двинулись в правильном направлении.

Мортимер снял трубку.

– Алле? Господи, неужели опять Флетчер? А я-то думал, мы избавились от Флетчера. Пожалуйста, по крайней мере скажи, что ты покинул пределы штата Вайоминг.

– Из штата я выехал, – признал Флетч.

– Это первая приятная новость о Вайоминге с той поры, как я здесь поселился – ты уехал.

Разговаривая по сотовому, Флетч шагал по извилистым дорожкам к особняку.

– Просто захотелось узнать, как вы двое поладили.

– Без тебя нам гораздо лучше.

– Вы еще не убили друг друга?

– Я наслаждаюсь общением с Кристел.

– Неужели?

– Давно уже не получал такого удовольствия. Очаровательная женщина! А какие она рассказывает истории!

– Да. Я знаю.

– Правда, ничего о боксе. Эти истории рассказываю я. Для нее это терра инкогнита.

– Значит, вы благодарны мне за то, что я привез Кристел?

– А потом уехал.

– Утром, однако, ваш прием не показался мне радушным.

– Все так.

– Я хочу сказать, вы нас очень уж холодно встретили.

– Ты и такого не заслуживал. Скажи спасибо, что мы тебя не застрелили. Да, мы стреляли в тебя, но не попали, о чем до сих пор сожалеем.

– Вы не попали бы в меня и с расстояния вытянутой руки, даже если бы вам и удалось перезарядить ружье.

– Вроде бы ты лежал на спине.

– Зацепился за что-то ногой, вот и упал.

– Именно так и говорил Шмелинг.

– И что из этого вышло?

– Получил нокаут, а потом о нем не слышали.

– Ладно, сдаюсь. Кристел далеко от телефона? Я хочу убедиться, что она еще среди дышащих и говорящих.

– Близко. И дышит, и говорит. Правда, я не понимаю, чего ей говорить с тобой.

– Флетч? – спросила Кристел. – Ты где?

– В Виндомии.

– Как такое возможно? Это же в Джорджии. Ты же утром уехал отсюда.

– Мистер Мортимер дышал в мои паруса.

– Джека видел?

– Только что. У него все хорошо. Как ты?

– Превосходно. Кто подсказал тебе, что именно мистер Мортимер может мне помочь?

– Я всегда стараюсь разглядеть в человеке что-то хорошее, хотя для меня это и чревато.

– Я тренируюсь!

– Как это?

– Он привязал грузы к моим запястьям и щиколоткам. Я поднимала руки и ноги, лежа в постели.

– Поднимала грузы в постели? Я этим тоже занимался.

– А до этого я сделала пять приседаний. Потом три. Осталось еще одно. Я чувствую, как кровь побежала по венам.

– Ты, должно быть, вымоталась.

– Он дает мне высококалорийную пищу. От такой еды просто хочется тренироваться. Он говорит, что от нее и живот подтягивается.

Шагая по дорожке Виндомии, Флетч представил себе, как подтягивается огромный белый живот Кристел. Все равно что тает полярная шапка.

– Это хорошо.

– И парни, которые здесь тренируются, меня вдохновляют. Господи, сколько же они расходуют энергии! Прыгают со скакалкой, часами поднимают тяжести, бьют грушу, бьют друг друга. Я и представить себе не могла, что юноши обладают таким количеством энергии.

– Потому-то и выдумали войны.

– Думаю, я тоже их вдохновляю. Всякий раз, когда они смотрят на меня, огромную гору жира, они прибавляют скорости. А у меня, когда я вижу, что они выделывают, появляется желание еще несколько раз поднять руки и ноги. Мы стимулируем друг друга.

– Мистер Мортимер ведет себя достойно?

– Он такой милый. Настоящий джентльмен.

– Если он – джентльмен, то я – форель.

– Ты – форель. Он такой заботливый, обходительный. Говорит, что через пять дней я уже буду делать те же упражнения стоя, а через семь начнутся пробежки.

– Только не разнеси груши, Кристел. От сильного удара они могут и разлететься.

– И мне не надо думать о том, чтобы сбавить вес. Все получится само собой.

– Так это хорошо.

– Моя цель – не сгонка веса. Главное – изменить образ жизни, образ мышления.

– Иначе взглянуть на свое будущее.

– Как Кэрри? Ты ее видел?

– Днем заскочил на ферму, чтобы переодеться. У нее все в порядке. Одна кобыла должна вот-вот разродиться.

– Флетч, ты, часом, не обратил внимания на одного здешнего юношу?

– Рикки? Обратил.

– Есть в нем что-то такое.

– Что-то… Что?

– Не знаю. Даже когда он просто стоит, из него идет какая-то энергия.

– Секс?

– Нечто большее. Так и хочется слушать его, наблюдать за ним.

– Он симпатичный, красивый, какой?

– Дело не только в этом…

– Харизма?

– Я читала ему после полудня книгу, которую принес мне мистер Мортимер. «Из мышей и людей» Стейнбека.

– Мистер Мортимер читает Стейнбека?

– У него очень много книг.

– Неужели?

– Сначала я просто читала Рикки. Он сидел на моей кровати. Потом я начала чувствовать идущие от него флюиды.

– От Стейнбека? Естественно.

– Нет. От Рикки. Потом, читая, начала наблюдать за ним. Он сидел, положив ногу на ногу. Я не видела, как двигались мускулы плеч, груди, предплечий, рук, даже лица, но они двигались. Я чувствовала, что они в движении. Я не слышала и не видела его дыхания, но могу точно сказать, что дыхание у него под контролем. И глаза пульсировали. Это правильный термин?

– Не знаю.

– Я хочу сказать, он растворялся в книге… ощущал ее, каждое слово… реагировал на нее… но я не понимала, что он делает и как ему это удается.

– Другими словами, пока ты читала Стейнбека, Рикки каким-то образом заставлял тебя наблюдать за ним.

– Да. Что-то в этом роде. Можешь ты это объяснить?

– Нет. Да.

– Мистер Мортимер корчит мне рожицы. – До Флетча донесся бубнеж. – Он говорит: «Чертов парень так долго смотрится в зеркало, что может слиться с ним. А теперь он хочет, чтобы и остальные составили ему компанию». – Кристел рассмеялась.

– Мистер Мортимер так и сказал?

– Так где твое объяснение?

– Нет объяснения. Только вопрос.

– Какой вопрос?

– В кого ты влюбилась, Кристел? В мистера Мортимера? Или Рикки? Или в обоих?

– Ты думаешь, я влюбилась? Возможно. Я люблю Вайоминг. О, я погорячилась! Мистер Мортимер говорит, что надо заканчивать. Мне пора приседать.

Разговор с Кристел Флетч заканчивал на самой высокой точке сада, которая находилась практически на одном уровне с большой террасой особняка Виндомии. Там толпились мужчины в белых смокингах и женщины в нарядных летних платьях.

Расположившись у края террасы, напротив бара, струнный квартет играл Гайдна.

Доктор Честер Редлиф, в очках в роговой оправе, стекла которых поблескивали в электрическом свете, приглашал гостей на обед.

Флетч заметил фонари, встроенные в стены дома, выходящие на террасу, и в окружающий ее парапет. На террасе хватало света не только в дни торжественных приемов.

Несколько секунд Флетч не отрывал глаз от богатого, умного мужчины, гостеприимного хозяина, с улыбкой приглашавшего своих многочисленных гостей к столу.

Богатого, умного, приятного в общении человека, которого пытались убить.

Сунув сотовый телефон в карман смокинга, Флетч присоединился к гостям.

Глава 20

– Закройте дверь.

Доктор Честер Редлиф стоял между огромным столом красного дерева и книжными, до потолка, стеллажами в своем кабинете в особняке Виндомии. Перед ним на специальной подставке красовался большой глобус.