Калейдоскоп.В центре чужой Игры (СИ) - Пешкова Наталья - Страница 49

Интересно, Сейфи ей правду о себе расскажет, очередную легенду выдумает (похоже, у него на любой случай они придуманы), или полуправду. И вообще, стоит ли ей доверять? С одной стороны, она нас не выдала ни тогда, ни теперь, но это и в её интересах. С другой — взбалмошная девчонка, не угадаешь, что ей в голову может прийти.

Эйри не спеша оделся, выпроводил всех их комнаты, велев хозяину принести нам ужин, что-то шепнув тому на ухо.

Неор, как почуявшая добычу кошка, с горящими восторгом глазами ходила вокруг парня. Вы чего? Про кошку я в хорошем смысле слова говорил — как кошка мышку, а не всякие гадости! Девчонка задала уже целую кучу вопросов, но Сейфи решительно заявил, что не станет ничего рассказывать, пока не поест. Мальчишка-разносчик притащил поднос с кашей, хорошо прожаренной курицей, пирожками и двумя небольшими кувшинами. Сейфи — араж, его же Эйри надо называть, так и при посторонних проболтаюсь, — подцепил с тарелки один пирожок, принюхался и спросил у мальчишки:

— А скажи-ка, любезнейший, мясо внутри этого деликатеса раньше мяукало или гавкало?

— Всякую фигню спрашивало! — хихикнул мальчик, выскакивая за дверь.

Оборотень выкинул пироги в мусорную корзину и отломил себе половину курицы.

— Что, папочка, — ехидно полюбопытствовал я, — поедание ближних своих претит Вашей утончённой натуре? Или пирожки с котятами у Вас просто изжогу вызывают?

Тот выпустил когти на одной руке и демонстративно постучал ими по столешнице:

— Ты кушай, сынок, кушай. А то когда ещё доведётся! — он пододвинул ко мне один из кувшинов.

Я отхлебнул оттуда, поморщился, сунул нос в его кувшин. Вот гад! Себе вино, значит, а мне молоко? Не, папуль, ты об этом пожалеешь! Неор что ли на него натравить? Сказать, что Сейфи с нами пошёл только потому, что влюблён в неё без памяти? Или это жестоко?

Глава 14 Тел-Кристо и его обитатели

Крик резко оборвался. Урсы ещё прибавили скорости, легко находя дорогу среди этого нагромождения зелени. Я неслась за ними изо всех сил, думая только об одном, как бы ни потерять из виду спутников. Чёрт, и Сэм туда же. Разве можно так быстро бегать? Я же потеряюсь! А тут ещё и Умник со своими приколами:

— Да здравствует всенародный день бега! Впереди с большим отрывом идут участники от братского народа урсов. Ура, товарищи! За ними юное перспективное поколение! И только представительница класса пенсионеров заметно отстает! Поддержим ее приветственными криками: "Вперёд, бабуля!", "Поднажми!", "Так держать!".

— Умник, заткнись, — мысленно прошипела я. — Тоже мне, пенсионерку нашёл!

— Догонишь Сэма, — хихикнул тот, — причислим к молодому перспективному, а если ещё и похудеешь, то и к стройному поколению!

— Отстать. Я и так на трех диетах худею — двумя не наедаюсь!

Я поднырнула под очередную лиану и чуть не заорала — дыхание от страха перехватило.

— Верран, сволочь! Разве можно так тихо подкрадываться и за руки хватать? Я же чуть копыта не откинула!

— Копыта? — удивился парень, пытаясь рассмотреть мои ноги. — Нормальные, вроде… За мной. Быстро.

Кот, не отпуская моей руки, так резко рванул за остальными, что я чуть не упала. Когда я, задыхаясь, выскочила на открытую местность, казалось, что прошло несколько часов — но это вряд ли, максимум минут двадцать. Но на фоне открывшегося передо мной вида вопрос времени увял как-то сам собой.

Заросли расступились, освободив место небольшому городку, вернее, развалинам оного. Город Руины уютно расположились в маленькой долине среди холмов. Джунгли, словно боясь подползти ближе, жались по периметру, создавая между собой и остатками города своеобразную полосу отчуждения, на которой кроме нас и камней ничего не было. А дальше были вполне обычные растения, такие же, как в лесу, где мы ночевали. Они разрослись, в некоторых местах скрывая остовы домов почти полностью. Часть зданий кусты обходили, видимо, десятой дорогой, и те хищно скалились провалами окон. В центре находился замок, тоже старый и разрушенный. Лишь одна башня стояла издевательски целая, словно насмехаясь над остальными постройками, которые не пощадили ни люди (вот там явно следы сильного взрыва), ни время.

И самое странное в этом милом местечке — что-то не то творилось со слухом. Со стороны джунглей не долетало ни малейшего звука, вот только что были, а стоило оказаться на пустой каменистой полосе, и словно отрезало — тишина. А вот со стороны руин всё слышно очень чётко, как будто источник шума совсем близко, буквально в паре метров. Не знаю, как коты, но я не могла различить, с какого участка развалин доносится рычание, откуда шорох, а где трещат птицы. В городке вовсю кипела жизнь. И только мальчика больше не слышно. И никого другого к счастью тоже: вряд ли кто из людей в здравом уме решил бы здесь поселиться, а с разными психами встречаться что-то не хочется.

Курран подобрал с земли несколько мелких камешков, встряхнул и, рассыпав себе под ноги, стал внимательно изучать.

Я сдёрнула с головы платок, который повязала ещё перед походом, так на всякий случай, чтоб всякая пакость в волосах не путалась, отерла им вспотевший лоб и, обмахиваясь, шёпотом поинтересовалась у Веррунчика:

— Что он делает?

— Анализирует вероятности, — ответил он, полюбовался на мою удивлённо приподнятую бровь, фыркнул и продолжил, — ищет вашего мальчишку и определяет наши шансы на успех. Мой отец — шаман, — гордо закончил парень.

— Ясно. А это что? — спросила я, не сводя восхищенных глаз с окружающего ландшафта — было красиво и страшно одновременно.

— Тел-Кристо. Место Взбесившейся Магии. Город-школа, одна из самых крупных, была, — ответил Верран, — здесь до Катастрофы обучались магии представители всех рас. Часть выпускников селилась тут же, занимаясь исследовательской работой. Собственно всё в городке было построено магами и для магов. Неизвестно из-за чего — то ли Катастрофа была причиной, то ли эксперимент какой из-под контроля вышел — но после нескольких сильных взрывов магический фон на территории школы как с ума сошел. Заклинания сбоили, частенько ударяя по своему создателю; одни из артефактов вообще отказывались действовать, другие выдавали такое, что уж лучше бы тоже не работали.

— Правда, эти горе-учёные, выбравшиеся из города, — добавил Сэм, — все хором твердили, что они, дескать, ни при чём, это всё ученики безмозглые накосячили.

— Стрелки, значит, перевели, — усмехнулась я и пояснила, — это выражение означает, свою вину на другого перекладывать.

— Интересное выражение, — со смешком сказал Улвар, — я даже представил себе, как маги стрелы на бедных учеников переводят.

— Точно, — фыркнул Веррунчик, — а несчастные ученики и ответить-то не могут: попробуй поговори со стрелой во лбу.

Поняли меня урсы, конечно, не совсем верно, но исправлять их ошибку я не стала, тоже хихикая над получившейся картинкой.

— Ты давай про Тел-Кристо дальше рассказывай, — вернулась я к теме разговора.

— А что говорить, ты сама всё видишь, — кот кивнул на то, что осталось от некогда знаменитого учебного заведения. — Хорошо ещё, что аномальное излучение локализовано в этой долине и дальше не расползается. После Катастрофы его просто некому было бы сдерживать. А сейчас чародеи периодически приходят сюда с проверками. В город, правда, не суются, только фон замеряют, сигналки там разные ставят, чтобы знать, если вдруг радиус воздействия увеличится, или начнётся массовое нападение здешних тварей.

— А ты откуда это знаешь?

— Так мы с отцом уже раз шесть сюда ходили, охраняли магов-инспекторов.

— Так аражи отсюда выползают?

— Ага, — кивнул парень, — и хайтаррасс тоже.

— Почему же их не уничтожат? — поинтересовалась я, сворачивая платок в полоску, концы которой крепко завязала на затылке под волосами.