Калейдоскоп.В центре чужой Игры (СИ) - Пешкова Наталья - Страница 32

— Не волнуйся, — улыбнулся мальчишка, — он вон у той женщины, она его покормила, теперь малыш спит.

— Принеси! — потребовала я. Ага, одна недавно тоже его просто покормила и спать уложила, а потом…

Пока Сэм бегал за корзиной, я смогла оглядеться. Картинка нерадостная: кровь, разрезанные словно бритвой половинки телеги, вперемешку куски пауков и тела людей. В живых осталось человек одиннадцать, включая нас. Из них четверо раненых: трое мужчин и женщина с рукой на перевязи. Остальные относительно целые. Ну и я: повреждений, вроде, никаких, а сил нет. Пострадавшие лежали под деревьями недалеко от места сражения ближе к тому "выходу из столовой", куда направлялись мы, да и обоз, видимо, тоже. На три неповрежденные повозки женщины стаскивали добро со сломанных. Ещё одну пытались починить воевавший вместе с Аем старик и мальчик. Зачем, спрашивается, нужны телеги, если нет ни одной лошади? Этот вопрос я, видимо, произнесла вслух, так как Сэм ответил, поставив рядом со мной корзинку, где мирно спал Зар. Это я первым делом проверила!

— Орк и ведущий[28] обоза отправились их ловить, здесь неподалеку излучина реки и луг, — сообщил мальчишка, кинув взгляд на дорогу, — будем надеяться, что лошади там. Нам нужно минимум четыре лошади, без транспорта раненых не вывезти. Да и товар они не бросят. Нам выделят место на одной из телег. Доедем с ними до Поста[29], а потом каждый сам по себе.

Айверин несколько раз дёрнулся и затих.

— Ай, очнись, не умирай, — плакала я, вцепившись в мужчину.

— Успокойся, не тряси его, — Сэм схватил меня за руку. — Он ещё жив, жив! Не реви! У нас в запасе дней одиннадцать, если очень повезёт двенадцать. Старуха-травница сказала, что будет поить раненых отваром, он поможет им продержаться. Считаем: до Поста три дня, там оставим Ая.

— Что? Я его не оставлю!

— С этой стороны границы есть хорошая корчма, там мы Айверина ОСТАВИМ, так как дальнейший путь он просто не вынесет. Затем отправляемся с тобой в Янкар, это ещё два дня, обратно два дня. Итого семь. Значит, у нас четыре дня, чтобы найти способ пройти сквозь Пост, найти лекарство и на прочие непредвиденные обстоятельства.

— Что это за Пост?

— Давай я тебе потом расскажу, надо помочь собраться в дорогу. Чем раньше мы поедем, тем лучше. Кстати, вот попей, это вода, — мальчик отдал мне бурдюк и включился в работу.

Я обратила внимание, что на него женщины как-то недовольно косятся, но не гонят. Так, а я что смогу сделать? Встать? Сил нет. Значит, к погрузке я непригодна.

— А что? Я представил эту картинку: ползёшь ты, значит, на карачках, на спине тюк, сзади мешок подтягиваешь, а…

— Умник, хватит, я серьёзно.

— Знахарке помоги раненого перевязать.

Напившись и кое-как умывшись, я бодренько (ну почти бодренько — на четвереньках!) отправилась на трудовые подвиги.

Женщина отложила в сторону свою сумку, где что-то искала, внимательно посмотрела на "подоспевшую подмогу", улыбнулась и сказала, что обязательно воспользуется моей помощью, но в другой раз. Перевод Умника, прозвучавший в голове, больше соответствовал действительности и выражению глаз травницы. Поняв, что просто так от меня не отделаться, она сунула мне в руки какие-то тряпки, велев разорвать на полосы и свернуть в бинты. О, с этим я справлюсь. Проделав весь сложный и трудный путь обратно к Айверину и Зару (ещё бы — целых три метра!), я принялась за дело.

— О, вот и наши отважные охотники на скакунов! — воскликнул Умник. — Восторженная толпа приветствует их криками радости и счастья. Целых пять жеребцов! И это я не об охотниках! Этих-то всего двое!

Я невольно рассмеялась: с Умником не соскучишься, а недовольной возглас одной из женщин "Где вы столько шлялись?" как-то на крики радости и счастья не очень тянет.

А зелёненький ничего так, колоритный типчик. Если издалека смотреть, можно за человека принять. Но вблизи сразу становится ясно — нелюдь. Довольно симпатичный: дикая такая, мрачноватая красота, резкие черты лица, хищные вытянутые к вискам глаза, пронзительно чёрного цвета, такого же цвета с отливом в синеву длинная тугая коса, крепкая мускулистая фигура, высокий рост. Силой и опасностью за версту веет. А уж какие слова знает! Так всё доступно своей жене объяснил, что Умник аж от восторга взвыл и за своим блокнотиком кинулся. Та тоже в долгу не осталась, и если бы старик не вмешался, я бы столько новых слов узнала!

— Ладно, ругаться не будем, — согласилась женщина, — пусть только этот придурок объяснит, зачем он всю упряжь на лошадях перерубил? Как мы теперь их запрягать будем?

— Пусть лучше одна курица головой подумает, что было бы, если б я этого не сделал сразу же после нападения. Или ей аражей мало было, нужна в дополнение толпа обезумевших лошадей, мечущихся по дороге и топчущих всё подряд, да ещё вместе с телегами?

Женщина замолчала, и по виноватому выражению лица стало понятно, что картинку она представила.

— Но где мы теперь сбрую возьмём?

— Вот четыре целых упряжи валяется! — орк указал на мёртвых лошадей. — А с пятой что-нибудь придумаем.

— Деда, — дернул старика за рукав мальчик. — А почему аражи лошадок отпустили?

— Не знаю, внучек, эти твари вообще себя странно вели.

— Да что тут непонятного? — прокомментировала одна ехида. — Просто паучки человечинку свеженькой любят, а не в котлетках!

Перед воротами Неор устроила целое представление в духе женских романов. Я сначала не понимал, и чего это дамы в этих книгах находят. Однажды взял у мамы такой томик, посмотрел — оторваться не мог, всю ночь ржал. Теперь понятно, почему девицы всегда с платочками сие произведения читают. Не, мне платочка не хватило, пришлось полотенце брать!

У пэри Эра'стуар, судя по всему, эти романчики вообще были настольными книгами, так как знала она их досконально и сейчас наглядно это продемонстрировала. Тут было и заламывание рук, и всхлипы, и пафосные возгласы "О, вот эти двое отважных эльфов спасли меня из рук коварных похитителей" (какого аража она им, похитителям, сдалась!) и "Теперь у меня столько сильных и мужественных защитников!", и слёзы, и объятья с поцелуями. "Спасители" к счастью успели отскочить и прикинуться неотъемлемой частью местного ландшафта, как то статуя "Добрый стражник приветствует въезжающих в город" — это я! (а что, вытянутая рука очень даже похожа!) — и мраморный монумент "Подайте убогому на пропитание" — это споткнувшийся от спешки и упавший Эйри. Для полноты картины я даже кинул ему медянку. От подзатыльника привычно увернулся. И чего это у эльфов лица такие вытянутые? Странно… Мне всегда казалось, что они существа культурные, и должны ценить виды искусства, в том числе и скульптуру!

Вдохновлённые видом прекрасной скульптурной композиции "защитники" не сумели увернуться и были каждый по очереди самым жесточайшим образом затисканы и зацелованы. Кто это, интересно, говорил, что эльфы красивая раса? Извращенец, араж его задери! Глаза навыкате, рот приоткрыт, руки трясутся — красота так и прёт!

Запасных коней у "защитников" оказалось всего два. "Княжна" любезно предложила их нам с Эйри, а сама выбрала золотистика, который командовал этой группой, уселась позади него, вцепившись из всех сил. Ещё бы! Когда ещё можно будет безнаказанно с эльфом пообниматься! По дороге все остальные были строго допрошены на предмет: "Кто? Сколько? Где? Когда? Что?" и так далее. Как у неё язык еще не заболел? Предводитель этой компании, правда, пытался допросить нас, но после третьей попытки бросил это безнадежное дело. Да, значит, и Неорки бывают полезными!