Белый - Хансен Эва - Страница 34

– Доктор не мог убить Эмму, он в ту ночь дежурил.

Конечно, Фрида ничего не понимала в том, что слышала, но на всякий случай так же жестко уточнила:

– Почему вы не сказали этого в полиции в Стокгольме?

– Я боялась, что доктор расскажет о фотографиях…

– Что за фотографии?

– Там… там мы с Эммой занимались любовью с Ноелем и…

Вот это «и» заставило Фриду вытаращить глаза. Неужели втроем?..

Хантер, видно, поняла невысказанный вопрос, опустила голову, затеребила платочек в руках:

– Понимаете… если кто-то узнает в Эстерсунде… здесь много молодежи, и они занимаются этим… – женщина зачастила, было понятно, что она не раз проговаривала это оправдание мысленно, а теперь торопилась повторить вслух, пока не остановили. – Но студенты это одно, а нас подняли бы на смех. Эмма уехала в Стокгольм, я тоже хотела.

– Где эти фотографии?

– Я взяла только свои! Только те, на которых есть я тоже.

– Нужно было сказать об этом в Стокгольме.

– Нет! Эмма была мертва, когда я пришла, я нашла свои фото и позвонила в полицию. Они заставили бы меня показать и мои.

– Чем еще вы занимались с доктором?

Конечно, любая нормальная фыркнула бы в ответ, но эта испуганно выложила:

– БДСМ.

– Чем?!

– Ноель нас… пристегнув к кровати наручниками.

Господи, сказать этой курице, что наручниками сейчас не пристегивают разве что в детском саду?

Фрида почувствовала, что с нее хватит. Если какие-то вопросы появятся, она лучше приедет еще раз.

Хантер забеспокоилась:

– Вы никому не расскажете? Пожалуйста… Я скоро тоже уезжаю в Стокгольм, не хочу, чтобы здесь кто-то узнал.

– Не скажу…

Фрида знала одно: лично она не скажет, потому что сюда больше ни ногой. Эстерсунд очаровательный город и живут в нем нормальные люди, наверное, но в любом городе можно найти вот таких куриц, встреча с одной способна испортить впечатление от многих.

На перекрестке компания явно студенческая что-то активно обсуждала. Парень с девушкой целовались так, что казалось, их не сможет оторвать друг от дружки даже какой-нибудь смерч. Вот он, нормальный Эстерсунд, а не София Хантер…

Уезжала из города в отвратительном настроении. Вангер на ее звонок ответил как-то скомканно:

– Возвращайся. Завтра увидимся.

Попыталась рассказать, что узнала – отговорился занятостью.

Она выехала из Эстерсунда, решив даже пообедать по пути. Настроение было паршивым, словно ее водили кругами с завязанными глазами или намеренно держали подальше от Стокгольма. Все, о чем она расспрашивала в Эстерсунде, можно было легко узнать у Софии Хантер в Стокгольме.

Решив задать трепку Вангеру, она гнала машину, чтобы успеть хоть немного поспать до начала завтрашнего рабочего дня. Предстояло полтысячи километров пути, но на сей раз Фрида не была намерена ночевать где-то, как сделала это по дороге в Эстерсунд. В Стокгольме что-то не так, она должна быть там как можно скорее.

Может, Вангеру стало известно, где она была во время своего отсутствия на работе? Так бы и спросил. Конечно, ей совсем не хотелось рассказывать, но если дело в этом, то Фрида готова, ничего преступного в поездке следователя в Эстерокерскую тюрьму нет. Туда вообще может приехать любой, имеющий отношение к заключенным. Зачем ездила? Ну, потребуют – расскажет…

Пятьсот километров пути в среднем по семьдесят километров в час (на трассе можно двигаться быстрее, но придется останавливаться и для заправки, и для того, чтобы передохнуть и выпить кофе) – это семь часов. Даже с остановками, выехав около двух, Фрида рассчитывала ночью быть в Стокгольме, немного поспать и утром выйти на работу.

Мелькали огни населенных пунктов, которые проезжала, не останавливаясь, но на въезде в Сундсваль, увидев справа кафе быстрого питания «Сибилла», решила свернуть, чтобы купить себе еды на дорогу. Долго не могла выбрать, хотя меню оказалось вполне приличным, но Фрида не жаловала фаст фуды и не видела разницы между «Pepper Cheese Bacon Meal» и «Super Cheese Bacon Meal», а потому махнула рукой:

– Все равно.

Девушка за стойкой пожала плечами и выдала «Super».

Фрида попыталась таскать картошку фри прямо на ходу, но быстро поняла, что это рискованно, и остановилась, едва покинув гостеприимный Сундсваль.

– Могла же спокойно поесть в кафе!

Однако еда не выходя из машины на обочине дороги показалась вкуснее, чем в кафе за столиком.

Дальше до Стокгольма останавливалась еще дважды – заправляла машину, разминала затекшие конечности, пила кофе и… покупала все тот же картофель фри.

– Так можно стать фанаткой фаст фуда, виноват в этом будет Вангер!

– Бритт… Бритт, ты где?

Подруга явно куда-то слиняла. Где это она? Почему-то стало тревожно…

Убедившись, что куртки Бритт нет на вешалке, я позвонила. Подруга ответила не сразу, причем явно задыхалась.

– Линн… Что-то случилось?

Она что решила бегать? Так кто это делает вечером?

– Нет, ничего. Ты где?

– Я?.. Так… скоро буду… Не беспокойся, все в порядке… скоро приеду…

Мне совсем не понравился ее тон. Неужели Том прилетел, и я вторглась в их личную жизнь в самый неподходящий момент? Представляю, как отвечала бы я, позвони Бритт, когда я сидела верхом на Ларсе! Стало смешно, но тревожное чувство не отпускало.

И вдруг я увидела визитку Хильды, наверняка выпавшую из кармана или сумки Бритт.

Вот она где! Воспользовалась тем, что меня нет дома, и отправилась к Хильде учиться владеть плетью? Бэдээсэмщица несчастная! И ведь не возразишь, немедленно поинтересуется, почему мне можно, а ей нельзя.

Только бы не попала в беду…

Зачем она полезла к Хильде – ясно, не Ларса же просить отхлестать ее флоггером, но мне с каждой минутой все меньше нравилось это знакомство и это общение. Что-то в Хильде есть двойственное, какое-то нехорошее нутро. Внешне она общительная толстуха, свой парень, и роль госпожи ей тоже хорошо удавалась, но было еще что-то, что заставляло усомниться, что я знаю все подводные камни, все стороны характера Хильды.

Я знаю, что она способна предать, испытала на собственной шкуре, когда Хильда отвела меня к Маргит, прекрасно понимая, к чему такая встреча может привести.

Может, она сама не знала, чем занимается Маргит?

И вдруг меня обожгло понимание: Хильда не могла не знать, иначе не сбежала бы. Но если она знала, значит, и о банде знала?

Рука невольно нащупала телефон. Нужно позвонить инспектору Дагу Вангеру, который занимался этим делом. Нет, этому надутому индюку мне звонить совсем не хотелось. Может, Ларсу сказать? И Ларсу не хотелось, но совсем по другому поводу. Я не могу впускать в наши с ним отношения никакие дела или воспоминания о банде, не должна этого делать.

У нас все только начало налаживаться, это хрупкое состояние так легко разрушить одним-единственным неосторожным шагом, движением… Ларс и так оказался свидетелем двух моих приступов паники, нельзя, чтобы он думал, что я зациклилась на том кошмаре.

Может, вообще плюнуть на все, это дело полиции, пусть сами ищут Хозяина.

Эта мысль заставила замереть, сдерживая дыхание. Нет, никакого покоя не будет, пока эта тварь на свободе. Как я могла забыть о том, что главарь банды избежал наказания?!

Но Вангеру я звонить не буду, есть еще Фрида Волер.

Фрида ответила сразу, но сообщила, что она в Эстерсунде по работе.

– Линн, позвони Вангеру, если есть какие-то соображения.

Пришлось последовать ее совету. Причем делать это нужно срочно, пока не вернулась Бритт, иначе ненужной активности подруги не избежать.

Даг Вангер моему звонку удивился:

– Я допрашивал Хильду Шеквист, она клялась, что не подозревала о существовании банды.

– Это неправда, она что-то скрывает.

– Если это так, держитесь от Шеквист подальше. Это все, что я могу вам посоветовать.

Очень хотелось нагрубить в ответ, но я сделала над собой усилие и сдержалась. Ради дела я готова вынести даже общение с Дагом Вангером.