Оранжевый для савана - Макдональд Джон Данн - Страница 51

— Заканчивай.

— Но тут могут еще...

— А, возможно, больше ничего нет. Нам нужно выбраться с тем, что уже нашли. Поехали!

Как и было запланировано, мы глубоко загнали прут в землю, и я присоединил кабель к воображаемому источнику питания. Мы вбили еще один прут, в трех метрах от первого, протянули кабель от него к коттеджу и я подключил концы к массивной штепсельной розетке, купленной все в том же магазине скобяных изделий.

Мы уехали. Чуки сказала, не отрывая глаз от узкой дороги.

— Я понимала, что времени у вас больше нет. Вы ведь ничего не нашли, да?

— Нашли, но не то, что ожидали. Самую малость. Шестьдесят тысяч.

Она отъехала от края сточной канавы. Остановилась у въезда на дорогу. Артур опустил стекло.

— Мы все поставили, спасибо, — крикнул он. — Теперь нам надо съездить свериться с контрольной службой. Их планы очень быстро меняются, все зависит от поступления новых сообщений. По крайней мере, если они решат использовать эту точку, тут все готово к их приезду. Я лично благодарю вас за сотрудничество.

— Рад был помочь вам, мистер.

— Если вдруг возникнут какие-либо изменения, не беспокойтесь за то оборудование, что мы оставили. Оно никому не помешает, а потом кто-нибудь подъедет и заберет.

На главной дороге, ведущей с острова к шоссе, Артур неожиданно захихикал. И заразил нас. Вскоре все мы ржали и постанывали, Артур и Чуки были на грани истерики. Тяжело дыша, я сообщил Артуру Уилкинсону, что он превзошел сам себя и все больше приближается к амплуа великого артиста.

— Теперь давайте попытаемся ограбить банк, — сказала Чуки. И мы снова залились смехом.

Чтобы избежать каких-либо неприятных совпадений, не доехав до Неаполя, мы свернули на север по 951-й дороге, потом на запад по 846-й, чтобы выехать у набережной Неапольского парка в десяти километрах к северу от города.

Оказавшись снова на борту «Флэша», пересчитав наличность и заперев деньги в сейф, я почувствовал, как спадает нервное напряжение в плечах и шее. Хороший специалист с нужными инструментами вскрыл бы, наверно, мой сейф за час. Но как-то раз я пригласил сюда высококвалифицированного эксперта, чтобы посмотреть, сможет ли он обнаружить сейф, не отдирая внутренней обивки.

После четырехчасовых изысканий, простукиваний и прикидок, он сказал, что никакого сейфа на борту нет, а он терпеть не может эти дурацкие розыгрыши.

— Я полагаю, — сказал Артур, — что если посмотреть на это с другой стороны, если все, что они делали, было законным, то мы просто украли деньги.

— Лучше употребить слово «отобрали», — заметил я. — Ну, а уж если говорить о законности, то твоя жена Вильма мертва, а эти деньги ее состояние.

— Но часть их принадлежит Стебберу.

— Но он на нее больше не претендует.

— Ради Бога, Артур, — сказала Чуки. — Не дури. Трев, а сколько получит Артур? Много ему останется?

Я достал из ящика стола бумагу и карандаш. И, записывая цифры, попутно пояснял их.

— Шестьдесят тысяч минус девятьсот долларов издержек — будет пятьдесят девять тысяч сто. Вычитаем отсюда пять тысяч сто пятьдесят долларов, которые ты одолжил у друзей.

— Но разве это справедливо по отношению к тебе? — сказал Артур.

— Заткнись. Половина от оставшихся пятидесяти трех тысяч девятисот пятидесяти долларов составит... двадцать шесть тысяч девятьсот семьдесят пять долларов на долю Артура. Или чуть больше десяти процентов от того, что они у тебя забрали.

— Выгодно работаешь, очень мило, — произнесла Чуки довольно злобно.

— Да что с тобой, женщина? — с неожиданным жаром набросился на нее Артур. — Да без Тревиса я и гроша ломаного обратно не получил бы. Что он должен делать по-твоему? Рисковать своей шкурой за... за посуточную оплату?

— Извини, милый. Я вовсе не это хотела сказать, — ответила она, посмотрев на Артура удивленно.

— И если бы нам не удалось ничего спасти, то он бы ничего и не получил. Только потратился бы на издержки.

— Я уже сказала, извини.

— Вот что каждый раз губит воров, — вмешался я. — Они начинают ссориться при дележе. Артур, а почему бы тебе не взять свою долю нашей скромной добычи, не купить кусок земли и не построить на ней дом?

— Что?

— Возьми заем на строительство. Пусть Чуки тебе поможет с внутренней планировкой и отделкой. Сделай в нем все, что сможешь, самостоятельно. Поставишь дом — продай и построй новый.

Он глядел на меня сперва с недоверием, а потом все с большим и большим энтузиазмом.

— Ха! — сказал он. — Ха, а что? Знаешь, это, может быть, как раз то, что нужно...

— Господа, — объявила Чуки. — Не хочу нарушать ничьи жизненные планы, но мне кажется я буду гораздо счастливее, когда мы выберемся из этого чертового места. Прогноз погоды был хорошим. Мы же можем плыть ночью, правда? Не хочу казаться глупой и слабой, но мне будет как-то спокойнее, когда мы окажемся... вне пределов досягаемости Бу.

— Давай развеселим даму, — сказал я Артуру.

— Чтобы действительно осчастливить меня, господа, давайте прямо отсюда отправимся домой и без остановок.

— Одна остановка в Марио, — сказал я. — Чтобы сказать тому пареньку, где он может забрать свой «Рэтфинк» и выдать ему денег на транспортные расходы.

— И еще одна остановка, — добавил Артур. — Если никто из вас особо не возражает. Я хотел сказать, что Сэм и Лифи Даннинг были очень добры ко мне. Слишком добры, чтобы я просто написал им письмо и сообщил, что у меня все благополучно. И... они меня видели, когда я был так высушен всем этим... мне бы хотелось, чтобы они увидели меня таким... каков я есть. Я хочу посмотреть, все ли там в порядке у Кристины. И, может, взглянуть на тех людей, с которыми вместе работал. Не знаю, возьмут ли у меня Даннинги денег, но я хочу дать им немного. Им так много нужно. Может, даже тысячу долларов. И...

— И что, милый? — спросила Чуки.

— Там остались мои плотницкие инструменты. Мне пришлось заплатить за них из своего заработка. Боюсь, им цена не больше сорока долларов, но я хочу их забрать. Я ими работал. И они могут принести удачу, если я... попытаюсь построить дом.

Глава 15

Во вторник после полудня, в самый последний и прекрасный майский день, мы вышли в отмеченный бакенами пролив, ведущий через острова к Эверглейдз. Павильон-Кей остался на юге. Я сверился с картами и решил, что нам лучше держаться официально рекомендованного прохода и войти в реку Баррон в том месте, где она впадает в залив Чоколаски, а потом, немного пройдя по ней, встать у большой пристани клуба «Ружье и удочка». Я мог наметить путь и дальше, до острова Чоколаски, но тогда начнется прилив и будет большая вода. Артуру гораздо проще каким-нибудь образом перебраться через дамбу и попасть в Чоколаски.

Я стоял в рубке, ведя «Флэш» по проливу между островами Парк. Внизу, на нижней палубе, сидела на крышке люка Чуки в маленьких красных шортиках и полосатой вязаной кофточке без рукавов. Рядом стоял Артур в моих старых бриджах цвета хаки, показывая ей разные места и, видимо, рассказывал о том, что с ним здесь происходило, когда он работал матросом у Сэма Даннинга на его катере. Монотонное гудение двигателя заглушало слова. Я только наблюдал за их мимикой и беззвучным смехом.

Артур, хотя все еще худой, выглядел гораздо лучше. Месяцы работы в этом районе заставили его обрасти мускулами, которые последующее истощение сделало тонкими, как веревки. Теперь они снова наливались гладкими бугорками, выделяясь под розовой, загорелой кожей спины, когда он наклонялся и показывал что-нибудь Чуки. Она велела ему выполнять упражнения, и несколько раз я заставал его распятым в дверном проеме. Словно богатырь Самсон, он пытался прогнуться как можно ниже, дрожа с головы до ног и наливаясь кровью. Альберт всегда смущался, когда его заставали за этим занятием, но результаты были налицо. Кроме того Чуки разработала для него целый цикл упражнений на гибкость, да еще впихивала в Альберта высококалорийные блюда.