Путешествия по Китаю и Монголии. Путешествие в Кашгарию и Куньлунь - Певцов Михаил Васильевич - Страница 153

Основываясь на сведениях о соседней области Тибетского нагорья, собранных от местных таглыков и рабочих, возвращавшихся с прииска Акка-таг через Мандалык, я решил совершить последние экскурсии на это нагорье двумя партиями. В. И. Роборовский в сопровождении одного казака и двух таглыков должен был пересечь южный окраинный хребет долины верхней Черчен-дарьи, Музлук, по перевалу того же названия, и следовать на юго-восток до подножья другого окраинного хребта — Пржевальского (Акка-таг). Затем ему предложено было направиться вдоль подошвы этого хребта на восток, осмотреть большие озера, лежащие, по рассказам туземцев, в широкой долине между хребтами Пржевальского и Музлук, и возвратиться в Мандалык другим путем с востока.

Со второю партиею, состоящею из П. К. Козлова, К. И. Богдановича, четырех казаков и четырех таглыков, я намеревался отправиться на прииск Акка-таг и, собрав там сведения об окрестной стране, проникнуть, если будет возможно, на юг, з? хребет Пржевальского, с тем чтобы обозреть хоть небольшую часть лежащей за ним нагорной пустыни.

Обе партии были снабжены 20-дневным запасом продовольственных продуктов для людей и 20 гарнцами ячменя на каждую лошадь. 14 августа все приготовления были окончены, и на следующий день В. И. Роборовский отправился в путь, а 1б-го выступила и вторая партия.

Первую половину станции мы шли на восток по широкой, солонцеватой долине Черчен-дарьи, поросшей хармыком; потом повернули круто почти прямо на юг и направились вверх по речке Музлук, текущей с окраинного хребта того же названия и впадающей в Черчен-дарью слева. Пройдя через горные ворота между оконечностями двух длинных отрогов хребта Музлук, караван вступил в неглубокую долину, окаймленную плоскими предгорьями этих отрогов, и разбил палатки для ночлега на урочище Музлук-аягы. Речка Музлук, орошающая это урочище, образуется немного южнее его из ключей и течет круглый год до самой Черчен-дарьи, а выше них, на протяжении почти перехода, каменистое ложе ее остается большую часть года сухим и наполняется водой только в период летних дождей и таяния ледников в горах.

Пройдя несколько верст на юг по берегу сухого ложа речки Музлук, мы обогнули оконечность обособленного кряжа, обрывающегося почти отвесным склоном к юго-западу, и следовали вдоль его подножья на юго-восток. Дорога пересекает несколько оврагов, направляющихся из щелей отвесного склона этого кряжа в глубокую балку речки Музлук, промытую последнею в половодье. Неширокая долина ее окаймлена с северо-востока помянутым обособленным кряжем, а с юго-запада плоскими ветвями главного хребта Музлук. На пути по ней мы нередко пересекали торные тропы антилоп, по которым эти животные опускаются на водопой к речке Музлук во время ее разлития.

В конце перехода наш караван вступил в горы главного хребта и направился по узкой долине речки Музлук, текущей в них уже непрерывно круглый год. Невысокие горы нижней зоны хребта Музлук, покрытые скудной растительностью, имеют печальный вид; но южнее, по мере приближения к гребню, растительность этого хребта становится лучше, и на нем пасутся стада диких баранов.

Поднявшись верст 9 по горной долине речки Музлук, мы остановились на ночлег в местности Баш-музлук, между двумя ручьями, впадающими в названную речку справа. Эта солонцеватая местность покрыта весьма скудною растительностью, но вода в обоих ручьях пресная. Верстах в 5 к юго-западу от ночлежного места видны были снеговые горы высокого северо-западного луча главного хребта с небольшими ледниками, имеющими сильное падение и дающими начало речке Музлук.

С полуночи пошел большой снег и продолжался до рассвета. Утром от таяния его образовался такой густой туман, что мы не могли различать высоких холмов, отстоявших не далее 100 сажен от наших палаток, и вынуждены были отложить выступление до 10 часов, когда он стал рассеиваться.

С урочища Баш-музлук дорога пролегает около версты по ровной площадке долины, прорезанной местами мелкими оврагами, затем спускается в каменистую балку правого притока речки Музлук и направляется по ней почти до самого перевала. Путь по дну этой балки, сплошь покрытому крупными камнями, очень утомителен для животных, в особенности в верховьях речки, где крутизна подъема значительно возрастает. Из балки дорога выходит в широкую лощину весьма большой крутизны и по ней поднимается почти полверсты на перевал Музлук, вершина которого по моему барометрическому измерению лежит на высоте 15 450 футов над уровнем моря.

Спуск с перевала Музлук на первой версте крут, на второй он значительно отложе, а далее дорога склоняется постепенно по неширокой междугорной долине, переходящей южнее в теснину, к реке Улук-су — верховью Черчен-дарьи. В верхней половине эта долина, орошенная маленькой речкой, текущей с перевала, покрыта порядочной растительностью; в нижней же, где речка иссякает, она становится пустынной.

После трудного перехода через хребет Музлук, простирающийся на этом пути до 28 верст в ширину, мы переправились через многоводную Улук-су и остановились ночевать на ее правом, пустынном берегу. Еще не успели поставить палатки, как поднялся западный ветер со снегом, и разыгралась сильная метель, скрывшая из вида всю окрестную местность. Мокрый снег, падая на землю, быстро таял и сохранился только на окрестных горах, да и то лишь до утра: яркое утреннее солнце, озарившее на короткое время нагорную пустыню, очень скоро расплавило его.

Перевалив через хребет Музлук, мы очутились уже на Тибетском нагорье, возвышающемся над долиной верхней Черчен-дарьи с лишком на 3000 футов, а над уровнем моря

13 000 футов. В описываемой области оно покрыто длинными юго-восточными отрогами названного хребта. Эти мощные, тесно сплоченные отроги, восходящие местами за предел снеговой линии, бороздят нагорье на далекое расстояние к югу и придают ему горный вид. Таким образом, окраинный хребет образует в рассматриваемой области как бы горный выступ на Тибетское нагорье в виде обширного полуострова, простирающегося до 50 верст в длину и до 60 в ширину. Западнее этого выступа хребет Музлук, по свидетельству туземцев, уже не отделяет от себя к югу таких мощных отрогов, а восточнее его высылает на Тибетское нагорье только изредка длинные и узкие лучи, теряющиеся на соседнем весьма высоком плато.

Следующую станцию мы прошли вверх по реке Улук-су, текущей с юго-востока на северо-запад в узкой долине между отрогами Музлука. В одном из них, простиравшемся влево от нашего пути, видны были снеговые вершины, усмотренные еще накануне, при спуске с перевала к реке Улук-су. Долина этой реки на протяжении всей станции печальна и бесплодна: в ней лишь кое-где встречались миниатюрные островки плодородной земли, покрытые пшеничкой (Triticum) и тибетской осокой, а все остальное пространство совершенно лишено растительности. Окраинные горы ее, большею частью обнаженные, отличаются почти полной мертвенностью и только в узких щелях да лощинах покрыты одинокими кустиками чахлого белолозника.

Река Улук-су, разбиваясь на многие рукава, приближается местами к горным утесам своей долины, а дорога в этих местах переходит с одного берега реки на другой, причем броды через нее, кроме глубины и быстроты главных рукавов, затрудняются еще топкостью их дна.

Переправившись в последний раз через Улук-су, караван прошел верст 8 по ее правому берегу и остановился ночевать на урочище Улуксунын-коши. На нем находятся два небольших песчаных островка, покрытых пшеничкой и тибетской осокой, а на каменистом предгорье соседнего кряжа растут одинокие, приземистые кустики тощего белолозника.

Перед вечером на том же урочище остановились на ночлег двое туземцев, возвращавшихся с прииска Акка-таг в Черчен. Мы были очень рады встрече с ними в этой безлюдной, нагорной пустыне и пригласили их к себе в палатку на чай. От них мы узнали, что летом на прииске работало до 300 человек, из которых осталось не более 50, да и те вскоре должны были уйти оттуда. Путники сообщили нам подробные сведения о дороге на прииск, до которого оставалось только три перехода, и уверяли, что там можно найти людей, знающих хорошо окрестную страну. Они советовали мне расспрашивать о ней преимущественно приисковых охотников, которые все лето проводят на охоте за антилопами, куланами и яками, удаляясь порой далеко от прииска. Мясо убитых зверей они сбывают по дешевым ценам на прииск, а шкуры увозят домой, в Кашгарию, и там продают. Охотники посещают не только ближайшие к прииску местности, но пробираются иногда по следам раненных ими яков на юг, за хребет Пржевальского, в нагорную пустыню. Кроме того, они нередко проникают на далекие расстояния от прииска к востоку и западу по горам хребта Пржевальского и его северному предгорью.