Кубанская конфедерация. Пенталогия (СИ) - Сахаров Василий Иванович - Страница 170

– Ты хочешь задействовать их в серьёзной операции?

– Есть такая мысль.

– Рано. Полсотни стволов из самых старших ещё смогут поучаствовать в деле, но не больше.

– Ну, пятьдесят автоматов в помощь даже на второстепенном направлении уже немало.

– Что ты задумал? – Женщина явно встревожилась и сильнее сжала мою руку.

– Не переживай, – успокоил я Лиду, – ничего серьёзного.

– И всё же?

– Налёт на один из городов Альянса, и произойдёт это первого октября, в тот самый день, когда вражеские адмиралы и генералы соберутся на большой Военный совет.

– Надеюсь, ты не Фамагусту штурмовать собрался?

– Я не камикадзе, милая. Мне хочется выжить и сохранить своё здоровье, и нет никакого желания уничтожить врага ценой своей собственной жизни. Не тот сейчас случай, так что выберем цель достойную, но такую, которую отработать сможем. Пока есть пять вариантов: Ираклион, Ретимнон, Измир, Анталья и МерсаМатрух. Окончательно я ещё не определился, и это мы будем решать несколько позже. Благо времени целый месяц впереди.

За разговором я не заметил, как истлела папироса, и, выкинув бумажную гильзу за окно, обернулся к женщине, подмигнул ей: мол, не переживай, прорвёмся. Так и не выпустив мою руку, она встала, прижалась ко мне и потёрлась носиком о мою щёку. Затем, на какоето время замерев без движения, сказала:

– Знаешь, до встречи с тобой мне на всё было наплевать. Я считала, что никогда никого не полюблю, а к мужикам относилась только как к товарищам по работе, не более того. Потом появился ты, и я както отогрелась, привыкла к тебе и впервые захотела быть не воином, а самой обычной женщиной, которую любят и уважают.

– Так ведь это хорошо.

– Конечно, да только тяжело за другого человека душой болеть. Ты в поход ушёл, а я себе места не находила, всё думала, что у вас и как.

– Успокойся, – я погладил её по голове, – мы вернулись, у нас всё хорошо, и целый месяц будем вместе.

– Что значит – месяц? – Она посмотрела мне в глаза. – Ты собираешься и в следующий поход без меня уйти?

– Да, – раскрывая свои планы, выдавил я, – без тебя. Ктото должен с небольшим отрядом находиться на базе, и я решил, что ты с этим справишься лучше всех других командиров.

Лида хотела чтото сказать, и, скорее всего, её слова должны были быть гневной речью, которую мне пришлось бы выслушать, но, на моё счастье, заработала рация и голос одного из наёмников сказал:

– Патруль1 вызывает базу! Патруль1 вызывает базу!

Настроенные на эту волну радиоприёмники были в четырёх местах. Один у Лиды, но свой она оставила вместе с рюкзачком на входе в штаб. Второй – на «Ветрогоне». Третий у Тимошина. Четвёртый у меня. По всем нашим внутренним правилам патрулю должна была ответить Лида, но сейчас она явно не была настроена на служебный лад, и на связь с патрулём пришлось выйти мне:

– База на связи! Патруль1, что у вас?

– Мы у рыбаков. Местный староста и один из лесных вождей желают переговорить с начальством.

– Ведите их в лагерь.

– Понял, проводить гостей в лагерь.

Через полчаса, похожие один на другого как родные братья, передо мной сидели два седых старика. Одного я уже знал – это рыбацкий староста Анджело Кастелли, а второй оказался вождём племенного союза провинции Рагуза и представился как Адриано Патти. Данная встреча не являлась сюрпризом, и меня удивляло только одно: почему сицилийцы так долго с ней тянули. Про то, что эскадра собирается остановиться в Поццалло надолго, местным рыбакам, а через них и всем остальным их сородичам было объявлено сразу, и то, что у меня есть потребность пообщаться с вождями крупных племён, я тоже не скрывал.

Мы расположились следующим образом: с одной стороны Кастелли и Патти, посредине Антонио Праска и Тедди Аргайл, за ними – Лихой, а с другой стороны я. Разговор начался, как принято на Сицилии, с витиеватых приветствий и какихто дурацких расспросов про семью, детей, родственников и здоровье. Можно подумать, их это интересует. Лично мне совершенно без разницы, как поживает семья вождя Патти, и пустословие я переношу с трудом. Однако со своим уставом в чужой монастырь не лезут, и я был терпелив, потратил полчаса на никчёмный разговор и только после этого перешёл к делу.

– Уважаемый староста Кастелли, – я прижал к сердцу правую ладонь, – мы благодарны вам за то, что вы дозволили нам остановиться на ваших землях.

Старик раздулся от гордости, словно у него был выбор – разрешить нам остановиться на развалинах порта или нет. Полуприкрыв веки, он снисходительно кивнул:

– Люди должны помогать друг другу.

– Само собой, – согласился я и, не отнимая руки от груди, повернулся ко второму гостю: – Кроме того, я рад знакомству с уважаемым вождём провинции Рагуза доном Патти. Думаю, такой важный человек не проделает дальний путь ради простой беседы и наверняка он принёс нам некие серьёзные предложения о сотрудничестве и торговле, ведь жителям благословенной Сицилии есть что предложить, а у нас есть то, что заинтересует их. Так ли это?

Патти улыбнулся, огладил гладко выбритый подбородок и одобрительно покивал на мои слова:

– Всё это так и в то же время не совсем так, господин Мечников. Мы не дикари, как вам может показаться на первый взгляд, и мы знаем, что вы не просто так остановились в Поццалло. Вы воин, и ваша эскадра сражается против Средиземноморского Альянса, который нам глубоко несимпатичен.

– Вы знаете про Средиземноморский Альянс?

– Да, знаем. Пару лет назад прибывшие с Кипра корабли побывали на военноморской базе в Августе. Десантники Альянса искали оружие и корабли, но там ничего не оказалось, и тогда они атаковали несколько близлежащих поселений, которые полностью разграбили, а жителей увели на свои суда. Затем то же самое повторилось в Сиракузах и НотоМарине. Сначала мы думали, что вы тоже из Альянса, но наш родственник вождь Фредди Висконти из Портопало утверждал, что ваш отряд сам по себе и нам не следует ждать от вас зла. Вожди решили не торопиться, и мы оценили вашу мирную позицию по отношению к рыбакам Поццалло. Всё это время наши разведчики присматривались к вам, и, не стану скрывать, некоторые горячие головы из молодёжи наших племён хотели воспользоваться тем, что фрегат с большинством бойцов ушёл в море, и предлагали напасть на ваш лагерь…

– Для нападения были причины или это обычная горячность?

– Повод был, так как ваши люди, два десятка подростков, покинувших Поццалло в первый день вашего прибытия, совершили нападение на поселение вблизи развалин городка Росолини.

– Были жертвы?

– Они убили трёх человек, забрали всё огнестрельное оружие, какое только нашли, взяли с собой немного продовольствия, одежду, обувь и направились в сторону провинции Катания.

– Это на север?

– На север. – Патти согласно кивнул.

– Их догнали?

– Нет. Наши лучшие воины гнались за ними десять дней, прошли больше ста пятидесяти километров по прямой и догнать этих мальчишек не смогли. Сейчас мы знаем, что они изгнанники, и претензий по этому печальному случаю к вам не имеем.

Вот оно, значит, как. Два десятка украинских хлопчиков таких дел натворили, что целое племенное сообщество на уши поставили. Дааа, а что с ними дальше будет и куда их судьба занесёт, даже предположить трудно. Парни лихие, с юности в крови запачкались, и теперь им только одна дорога – на разбойную тропу. Впрочем, судьба юных пиратов меня не сильно волновала, и пора было переводить наш разговор с Патти в деловое русло.

– Значит, претензий ко мне нет? – уточнил я у вождя.

– Между нами мир. – Патти вновь огладил свой подбородок и посмотрел на деревенского старосту: – Анджело, нам с господином Мечниковым необходимо переговорить наедине.

– Дада.

Несмотря на преклонные года, Кастелли вскочил с места как молодой и быстро вышел из комнаты.

Мы с Патти переглянулись, мгновение померялись взглядами, затем он зыркнул на переводчиков и на Лихого и вновь сосредоточил своё внимание на мне: