Берег бесконечности - Макдевит Джек - Страница 104

— У нас в словаре нет слова «погибли». И слов «несчастный случай».

Али скомандовал:

— Ким, войди внутрь! Времени уже нет.

— Мэтт…

Мэтт отрицательно мотнул головой и закрыл люк. Потом повернулся и подошел к Ким.

— Это глупо.

— Я тебя одну не брошу.

Ким старалась вспомнить словарь. Там было много слов вроде «камня» или «травы», «дерева» и «листа», «воды» и «земли», «света» и «темноты». Были «облако» и «солнце», «звездолет» и «двигатель». Даже цвета были. Как же описать смерть?

— Скажите так: «У них остановились двигатели. Они ушли темноту».

— Ты уверена, что это надо?

— Уверена, Мори.

— Ладно, делаю.

— Нужен способ выразить сожаление. Есть предложения?

— «Мы хотели бы, чтобы этого не было», — предложила Мона.

— У нас нет слова «хотеть», — возразил Джил. — И синтаксически выходит сложно.

Ким не отрывала глаз от пятнышка на небе, от которого шла к ней пелена.

Споры о том, как обратиться к инопланетянам, сменились раздраженным молчанием.

— Дефективный словарь! — воскликнула Терри.

— Сделали что могли, — огрызнулся Эрик. — Сначала нужно дать основы, а философию уже потом.

Небо зарябило, звезды исчезли.

— Они здесь, — сказала Ким.

— Ким! — донесся рассерженный голос Али. — Почему ты еще снаружи?

— Эрик, — сказала Сандра, — попробуй такое: «Листья наших деревьев падают на землю».

— Да, — одобрила Ким, — звучит хорошо.

— Надо было писателя с собой взять, — заметил Пол.

Облако приближалось, через его складки были видны звезды.

— А как прозвучит «Наши растения стали сухими?»

— Давай и это тоже. Сожаление в такой момент излишним не будет.

Ким и Мэтт стояли рядом не шевелясь. Пелена была похожа на ту, из Северина, только поменьше.

— Та же модель, — сказал Мэтт. Но у этой не было глаз.

И все же Ким знала, что пелена ее видит. Или как-то ощущает другим чувством, отличным от зрения.

— «Наша жизнь теперь темна», — сказала Ким, обращаясь к Мори, одновременно подавляя желание попятиться. Мэтт, к ее удивлению и к его чести, остался рядом.

— У нас нет слов для обозначения времени. Для понятия «теперь».

— Пошли без «теперь», Мори. — С колотящимся сердцем Ким подняла «Доблестный».

Облако раскрылось, распустилось лепестками как цветок, как делало то, на озере, перед тем, как охватить своих жертв. Ким протянула кораблик.

— Не делай резких движений, — предупредил Али. Ким вообще еле могла двигаться. В скафандре вдруг стало тесно.

— Получаем ответ, — сказала Тесла.

И голос Эрика:

— «Мы это вы».

— Бессмыслица.

— У нас одинаковый разум, — предположил Мэтт срывающимся голосом. — Может быть, они понимают, что мы пытаемся сделать.

— Ты правда так думаешь? — спросила Тесла. Ким искренне надеялась, что он прав. Голос Али:

— Как вы там, ребята?

Ким ощутила, как что-то потянуло «Доблестный». Она отпустила кораблик, он стал падать, но медленно, все еще в гравитации. Потом по полированному корпусу заклубился туман, охватил его, и облако вошло внутрь.

Ким услыхала аплодисменты.

А потом они с Мэттом остались на крыше одни.

35

Ким не удалось долго праздновать победу. Не прошло и часа, как «Доблестный» уплыл в темноту за пределы досягаемости сканеров и телескопов «Мак-Коллума» и кораблей флота, а Ким уже была арестована капитаном «Бесстрашного» по обвинению в преднамеренном хищении собственности правительства. Вопреки бурным протестам, она была переведена на борт линкора для доставки на Гринуэй.

Но проблемой, по крайней мере главной, было не это. Мэтт пустил в ход все аргументы, которые мог найти, чтобы убедить командира «Бесстрашного» отменить свой приказ о немедленном возвращении «Мак-Коллума». Али сумел застопорить главную навигационную систему, и таким образом выиграть двенадцать часов, в течение которых команда отчаянно работала, пытаясь установить конструктивные отношения с инопланетянами.

С Ким обращались достаточно хорошо. Передвижения ее были ограничены, но отведенную ей каюту было не сравнить со скромным обиталищем на «Мак-Коллуме». Экипаж был с ней вежлив, хотя и без подчеркнутой приветливости. Людям, очевидно, сказали, что она — серьезный нарушитель, поэтому с ней держали почтительную дистанцию. Капитан отказался ее видеть или с ней говорить, передав через посредника, что не имеет желания выступать свидетелем в суде и рассказывать, что она сказала или не сказала о своих действиях.

Отряд, возглавляемый «Бесстрашным», не уходил, пока «Мак-Коллум» не взял курс домой. Тогда он тоже ушел в гипер и начал длинный перелет к Гринуэю.

Ким в основном читала, занималась физическими упражнениями и спала. Дважды она передавала капитану просьбы, объясняя, что дело идет о научном открытии века, если не всех времен, и спрашивая, не может ли «Бесстрашный» выйти из гипера на час, чтобы она передала рапорт своему начальству.

— Совершенно излишне, — вежливо ответил капитан через представителя. Он был бы рад выполнить ее просьбу, но он уже отправил рапорт. И «Мак-Коллум» — тоже. У него есть копия последнего, которую он ей передает.

В рапорте содержались потрясающие новости о том, что инопланетяне согласились на встречу в будущем, которая будет проведена через одну пятисотую времени оборота газового гиганта. То есть через несколько месяцев.

И вот на второй неделе августа «Бесстрашный» вышел в нормальное пространство и Ким снова вернулась в Небесную Гавань, ожидая ареста. И снова была приятно удивлена: ее приветствовал сам премьер под музыку оркестра, возгласы публики и суета репортеров, фиксирующих все подробности для потомства.

«Я же тебе говорил и повторяю, — сказал Мэтт, встречая ее у причала и сияя. — Никогда не надо недооценивать силу пиара».

История получилась такая громкая, а новости такие хорошие, что политикам было не отмахнуться. Если потом окажется, что инопланетяне опасны — что ж, это будет уже на чужой вахте.

В лифте на пути вниз Ким смотрела специальную передачу, озаглавленную «Встреча у Алнитака». В ней Агостино выступал как человек, продолжавший биться над загадкой пика Надежды, когда остальные опустили руки, и в конце концов сложивший эту головоломку. Ким тоже мельком упомянули.

Новости разворошили всю планету. Потом Ким узнала, что сначала Совет пытался все сохранить под спудом, но это просто было невозможно.

Подготовка к следующей встрече уже шла полным ходом. Ким получила от Агостино письмо с поздравлениями за хорошую работу и обещанием, что, если ее не посадят в тюрьму место в экспедиции ей обеспечено.

Анализ результатов сканирования «Доблестного» показал, что Терри была права и что корабль двигался в нормальном пространстве с помощью управления гравитацией. Метод куда более эффективный, чем все, известное в Девяти Мирах, но, к сожалению, не имея в руках корабля, было невозможно определить, как эта система работает.

Это вызвало некоторое раздражение, особенно когда на второй встрече выяснилось, что инопланетяне вовсе не рвутся объяснять свои технологии. Примерно в это время роль Ким стала известна более четко, и она временно стала мишенью журналистских расследований. Кто-то даже написал книгу, где Ким была выведена предательницей.

Конструкция «Доблестного» также показала необходимость присутствия чего-то вроде этой пелены: детали, требующие периодического обслуживания или регулировки, находились в таких местах, где до них не добраться без серьезной разборки. К ним был доступ через некоторые отдушины, но туда не пролез бы даже миниатюрный организм. Примерный размер члена экипажа был оценен в пять сантиметров с ног до головы — или от крыла до крыла, как мерить.