Тугая струна - Макдермид Вэл - Страница 29

– Тони, – сказала она, прилагая усилия, чтобы ее голос звучал официально, – очень рада вас видеть.

– Привет, Кэрол, – поздоровался он, со звоном роняя ложечку на стол. – Вы… э-э-э… хорошо выглядите. Да, вы хорошо выглядите.

Она не могла ответить ему тем же, не покривив душой. Он по-прежнему был бледен, хотя ей случалось видеть его и бледнее. Тени под глазами уже не смахивали на синяки, как это было во время их последнего свидания, но все-таки они свидетельствовали, что перед нею человек, для которого восемь часов сна – недостижимая мечта. Его взгляд отчасти утратил ту напряженную сосредоточенность, к которой она уже стала привыкать, когда их общее памятное дело наконец завершилось, но он все еще держался скованно. Ей вдруг захотелось наплевать на условности и поцеловать его.

Но она поставила оба портфеля на длинный стол, где пили кофе, и сказала:

– Можно и мне чашечку?

– Крепкий, черный, без сахара? – с намеком на улыбку задал ненужный вопрос Тони.

– Не иначе как вы произвели на него сильное впечатление, – заметил Бишоп, проходя мимо Кэрол и опускаясь в одно из продавленных кресел. Садясь, он заботливо поддернул брюки, чтобы штанины не вытянулись на коленках. – Какой кофе пью я, он забывает на следующий же день.

– Мы работали вместе над таким делом, когда каждая мелочь навсегда врезается в память, – отрезала Кэрол.

Тони метнул в нее благодарный взгляд и, отвернувшись, вновь занялся кофе.

– Спасибо, что заранее переправили материалы, – заговорил он, перекрывая шум старенького электрического чайника. – Я уже сделал ксерокопии и вчера вечером раздал их студентам.

– Отлично. Как вы думаете их использовать? – спросила Кэрол.

– Я подумал, тут подойдет ролевая игра, – проговорил Тони, по-прежнему стоя к ним спиной и занимаясь кофе. – Мы с вами сядем за стол друг против друга и еще раз пройдем все от начала до конца, как обычно происходит на самом деле. – Он полуобернулся с нерешительной улыбкой, от которой Кэрол почувствовала замирание в животе.

Держи себя в руках, сердито сказала она себе. Даже если бы он и мог, ему бы вряд ли понадобилась именно ты. Ясно?

– Звучит неплохо, – услышала она свой собственный голос, – а на каком этапе вы предполагаете подключить команду?

В больших крепких руках Тони оказались сразу три горячие кружки, и он ухитрился донести их до стола, пролив на зеленовато-бурый ковер всего несколько капель.

– Выбран специально, чтобы не видно было пятен, – пробормотал он, хмуря брови в акробатическом усилии.

– Их шестеро, – сказал Бишоп, – так что дать каждому поучаствовать невозможно, даже если бы вы не жалели для этого времени. Они посмотрят, как вы с Тони разбираете эти случаи. Потом, если у них будут вопросы, они их зададут. После того как вы уедете, Тони поработает с ними над психологическим портретом, и мы пришлем его вам через пару дней. Но нам бы очень хотелось, чтобы, когда дойдет до ареста и предъявления обвинения, вы снова связались с Тони и обсудили стратегию допросов, а потом предоставили нам пленки с их записью. – Его улыбка говорила, что в своей жизни он не привык к отказам.

– Это может и не получиться, – на всякий случай предупредила Кэрол, не совсем уверенная в своих возможностях, – может быть, придется подождать до окончания процесса, прежде чем я передам вам записи, и только при согласии сторон. Мне нужно посоветоваться.

На щеке Бишопа чуть заметно дрогнул желвак, и от этого движения лицо его моментально утратило выражение добродушной любезности.

– После разговора с мистером Брендоном мне казалось, что в данном случае мы вряд ли будем придерживаться формальностей, – резко сказал он.

– Это расследование поручено мне. Речь идет не об учебных упражнениях. Мы расследуем дело об убийстве, и я намерена, если получится, добиться осуждения. Я не пойду ни на какой риск, который может стоить мне успеха в разбирательстве. Не собираюсь оставлять лазейки для умных адвокатов.

– Она права, – неожиданно поддержал Тони, – мы тут увлеклись и думаем только о себе. Все это довольно сомнительно, согласись, Пол. Кэрол должна так провести дело против этого поджигателя, чтобы у суда не было лишних вопросов, и мы вряд ли должны рассчитывать на ее согласие в отношении того, что может этому помешать.

– Отлично, – только и сказал Бишоп. Не допив кофе, он резко встал и пошел к дверям. – Займитесь этим сами. Мне еще предстоит ответить на кое-какие звонки, если я хочу присутствовать на вашем заседании. До встречи, старший инспектор Джордан.

Кэрол усмехнулась:

– Десять против пяти, что его задница еще не опустится в кресло, как он будет звонить Джону Брендону!

Тони покачал головой, хотя в глазах его блеснуло веселье:

– А может и нет, честное слово. Пол не любит, когда ему перечат, но бережет порох для более серьезных баталий.

– Другое дело я: всегда пру напролом, да? Тони поймал ее взгляд и прочел в нем расположение.

– Вы вообще уником, Кэрол. Я, право, очень жалею, что вы не захотели к нам присоединиться.

Она дернула плечом:

– Вряд ли это для меня, Тони. Мне, конечно, нравятся крупные дела, но я не люблю пребывать в чистилище.

Ее слова повисли в воздухе, нагруженные большим смыслом, чем усмотрел бы в них человек посторонний. Тони отвел взгляд и откашлялся:

– Однако тем больше у меня оснований благодарить судьбу за то, что мне выпало поработать с вами еще раз. Если б дело наше было уже налажено, думаю, вы вряд ли бросились бы к нам с тем, что на первый взгляд больше всего напоминает самый обычный серийный поджог, только по чистой случайности обернувшийся убийством. Так что нашей команде явно повезло, что они смогут поучиться у такого специалиста, как вы.

– Знаете, единственное, что я все время слышу с тех пор, как мое дело стали связывать с вашим подразделением, это лесть, и в таком количестве, что любой политик бы захлебнулся, – сказала Кэрол, пытаясь за иронией скрыть удовольствие.

– Разве я вам когда-нибудь льстил? – искренне удивился Тони.

И снова Кэрол ощутила замирание в животе.

– Может быть, это не такая уж удачная мысль, – сказала она, – я имею в виду пригласить кого-то вроде меня. Для них, возможно, было бы лучше, если бы вы сразу окунули их в реальность, подключив когонибудь из местных, – добавила она, стараясь сдержать улыбку.

Идея эта Тони развеселила.

– Представляете? Вот были бы занятия так занятия! – Он понизил голос и заговорил, подчеркивая свой йоркширский выговор: Все это – одно сплошное дерьмо, и больше ничего. Желаете, чтоб я расспрашивал подозреваемых, мочились ли они в детстве в постель?

– А я и забыла, что вы сами из этих мест, – сказала Кэрол.

– Никогда здесь не бывал. Берите выше – я из Вест-Ридинга. А этот городок – последнее место, где мне бы хотелось очутиться. Но я мечтал организовать особое подразделение, а министерство внутренних дел предпочло, чтобы мы разместились не в Лондоне. Упаси нас Боже сделать что-нибудь разумное, например разместить такое подразделение там, где это встретили бы с пониманием. Кстати, как вам девственные болота Сифорда?

Кэрол пожала плечами:

– Жизнь среди динозавров? Спросите меня через полгода. – Она посмотрела на часы. – Когда нам нужно закругляться?

– Через пару минут.

– Я подумала: а не продолжить ли нам за обедом?

По дороге сюда, в машине, она раз пятьдесят произнесла эти слова, стараясь, чтобы они прозвучали небрежно.

– Не могу, – казалось, он искренне расстроился, – мы обедаем все вместе, командой. Но я собирался просить вас…

– Да?

Тихо, Кэрол! Не кидайся сразу!

– Вы очень торопитесь обратно?

– Нет, не так чтобы очень.

Ее сердце пело. Сейчас, вот сейчас он пригласит меня на ужин.

– Я только хотел спросить, не согласитесь ли вы поприсутствовать на нашем вечернем занятии?

– Хорошо.

Голос не дрогнул, надежды разбиты, свет в глазах потух.

– Есть какие-то особые причины?