Мастера детектива. Выпуск 3 - Сименон Жорж - Страница 185

— Нет, — резко ответил Вулф. — Поскольку план был известен очень многим, я должен был принять соответствующие меры для охраны мистера Джекобса. Однако вы говорили совсем о другом. Допущенная мною халатность вовсе не снимает ответственности с вашей Ассоциации. Я не буду возражать, если вы пожелаете отказаться от моих услуг из–за моей некомпетентности, но в таком случае для выполнения взятого вами на себя обязательства вы должны будете поручить расследование кому–то еще. Мистер Тэбб, вы предложили мне высказаться, и я сделал это, — Вулф встал. — Если у вас все…

— Минуточку, — остановил его Тэбб. — У кого еще есть вопросы к мистеру Вулфу?

— У меня, — заявил один из присутствующих. — Вы слышали предложение мистера Сакса о том, что мы можем написать вам письмо с предложением провести расследование заявлении о плагиате и только. Вы примете такое письмо?

— Конечно. Если я разоблачу мерзавца, чтобы удовлетворить вас, я разоблачу и убийцу, а это удовлетворит меня.

— В таком случае я предлагаю проголосовать за предложение о том, чтобы обязать председателя комиссии поручить мистеру Саксу составить проект письма, подписать его и отправить мистеру Ниро Вулфу, уполномочивая его продолжать расследование.

Еще двое членов комиссии поддержали это предложение.

— Надеюсь, вы все понимаете, — заявил Харвей, — что я не смогу выполнить подобное поручение и дать такие указания мистеру Саксу. Если это предложение будет принято, вам придется выбрать нового председателя.

— Мортимер Ошин, — предложил кто–то.

— Этот вопрос мы решим после того, как проголосуем за предложение. Возможно, что его и решать не потребуется, — заметил Тэбб. — Прежде чем мы приступим к обсуждению предложения, я спрашиваю, если ли у кого–нибудь еще вопросы к мистеру Вулфу?

— Вот я хотела бы спросить, — поднялась одна из присутствующих женщин, — известно ли ему, кто же убийца?

— Если бы мне было известно это, я не пришел бы сюда, — сердито ответил Вулф, все еще стоя.

— Еще вопросы? — продолжал Тэбб. Видимо, ни у кого больше вопросов не было. — В таком случае приступим к обсуждению.

— Ну, во мне вы не нуждаетесь для этого, — заявил Вулф. — Я признателен за то, что вы пригласили меня присутствовать, и если мое замечание вначале создало у вас впечатление, что я принял его единственно для того, чтобы помочь вам не уклониться от ответственности, хочу уточнить это. Мне нужно также и заработать гонорар. Пошли, Арчи.

Вулф повернулся и направился к двери. Я взял его шляпу и трость со стула и забежал вперед, чтобы распахнуть дверь перед ним.

16

Мы вернулись домой в 3.35, как раз в часы второго ежедневного свидания Вулфа с его орхидеями. На столе у меня лежала записка Фрица, в которой сообщалось о трех телефонных звонках: от Лона Коэна, Декстера из «Тайтл хауз» и от одной моей приятельницы. Я позвонил Декстеру. Он поинтересовался, соответствует ли действительности слух о том, что совет НАПИД проводит специальное заседание для выработки указаний объединенной комиссии аннулировать договор с Ниро Вулфом. Полагая, что неразумно рассказывать даже сознательному издателю о том, что сделали или делают писатели и драматурги, я ответил, что нам известно о таком слухе, но мы не знаем ничего определенного, а это полностью соответствовало действительности, поскольку мы не присутствовали во время голосования предложения. Декстер сказал, что совет НАПИД не имеет права давать какие–то указания Объединенной комиссии, и если членам совета не известно это положение, они скоро узнают о нем. На Лона Коэна я не стал тратить время — он позвонит еще раз. Звонок приятельницы был моим личным делом, и я сделал все, что нужно.

Вскоре после пяти позвонил Сол Пензер — из будки телефона–автомата в аптеке в Кармеле.

— Мы освобождены и вольны как птицы, — доложил он. — Никаких обвинений нам не предъявлено. Адвокат, мисс Боннер и Фред пьют молочный коктейль у прилавка. Что теперь?

— Ничего предложить не могу. Вероятно, нет уже возможности продолжать наблюдение за ней?

— Думаю, что нет, ибо я не вижу, как его теперь можно вести. Я только что был там. На том месте, откуда мы вели наблюдение, стоит машина, по–моему, заместителя шерифа. Вероятно, он сам сейчас ведет наблюдение за домом. Около места, с которого наблюдали Боннер и Корбетт, тоже стоит машина, и в ней есть кто–то. Похоже, что Стеббинс информировал полицию графства Патнем. Единственно, что еще, пожалуй, можно было бы сделать, это проехать на другое шоссе, пешком добраться около мили до холма, находящегося ярдах в пятистах от дома, и попытаться наблюдать оттуда через бинокль. Конечно, после наступления темноты мы ничего не увидим.

Я ответил, что и до наступления темноты он тоже ничего не увидит, посоветовал ему поехать домой, поспать и быть в готовности. Фред должен поступить так же. Я попросил его передать Дол Боннер, что мы свяжемся с ней, когда возникнет необходимость. Я положил трубку, но минуты через две снова раздался телефонный звонок.

— Кабинет Ниро Вулфа. У телефона Арчи Гудвин.

— Говорит председатель Объединенной комиссии по вопросам плагиата. Вы, возможно, узнали меня по голосу.

— Как прошло голосование? Вероятно, голоса разделились почти поровну?

— Мы не раскрываем перед посторонним детали наших обсуждений. Голосование прошло совсем не так, как вы думаете. Письмо составлено, и завтра вы получите его. Я не спрашиваю, что Вулф предпримет дальше, поскольку он тоже не раскрывает деталей. Полагаю, ему будет интересно узнать, что у нас есть и мужество и честь… иногда.

— Конечно, ему будет интересно это, мистер Ошин. Примите мои поздравления.

— Харвей остался в составе комиссии, но отказался быть председателем. По–моему, он хочет присматривать за нами. Надеюсь, вы скажете мне, если вам потребуется моя помощь?

Я обещал ему это.

Вулф появился в кабинете в шесть часов, и я доложил ему о телефонных звонках Декстера, Сола и Ошина. Едва я закончил, как вошел Фриц с подносом, на котором стояли бутылка пива и стакан. Вулф так сердито взглянул на него, что Фриц замер на полпути.

— Это Арчи тебя научил, — холодно заявил Вулф.

— Нет, сэр, но я думал, что, возможно…

— Унеси обратно. Я взял на себя обязательство. Унеси обратно!

Фриц ушел, и Вулф перевел взгляд на меня.

— Алиса Портер еще жива?

— Не знаю. Сол видел ее сегодня в восемь часов утра, то есть десять часов назад.

— Я хочу видеть ее. Привези ее.

— Сейчас?

— Да.

Я внимательно посмотрел на Вулфа.

— Когда–нибудь вы прикажете доставить вам английскую королеву, — сказал я, — и мне придется приложить все усилия, чтобы сделать это. Однако сейчас мне хочется напомнить вам, что раза два–три в прошлом, когда вы давали мне такое распоряжение, и я доставлял вам кого–нибудь, вам не нравился метод, применявшийся мною при этом. Может быть, сейчас вы предложите мне что–нибудь?

— Да. Скажите ей, что я готов урегулировать с ней вне суда ее иск к Эми Винн.

— А что, если она захочет узнать, как вы намерены сделать это?

— Ты ничего не знаешь. Тебе только известно, что я готов на такое урегулирование и что завтра может быть уже поздно.

— Ну, а что, если она позвонит Эми Винн и узнает, что она не поручала вам этого?

— Вот потому–то ты и поедешь к ней вместо того, чтобы позвонить. Она, вероятно, не позвонит никому, но если она все же поступит так, ты скажешь, что я делаю предложение не от имени мисс Винн, а от имени комиссии, являющейся моим клиентом. Однако лучше будет, чтобы тебе не пришлось говорить так, если, конечно, не возникнет необходимость в этом.

— Хорошо, — согласился я, вставая. — Может быть, мне поможет то, что я буду иметь некоторое представление, о чем вы намерены разговаривать с ней?

— Нет. Эта мысль пришла мне в голову несколько минут назад, когда я спускался в лифте, хотя должна была бы возникнуть у меня уже давно. Я начинаю думать, что мой мозг тупеет, но ты тоже должен был бы подумать об этом. Целую неделю у нас под рукой была возможность оказать давление на эту женщину, и ни одному из нас не хватило ума увидеть это. Сейчас, после того как я сказал тебе, ты тоже увидишь, в чем дело.