Ларец Душ - Флевелинг Линн - Страница 104

— Вот здесь что-то. Есть или было.

- Надо бы почаще тебя напрягать, — шепнул Алек, принявшись вместе с Микамом разбирать завал из ящиков возле стены, за которой оказалась низкая дверь.

Её массивные дубовые доски были выкрашены в черный цвет, держалась она на огромных железных петлях, а толстый засов был заперт здоровенным, совсем новеньким замком. На сей раз честь взяться за дело выпала Алеку, и он спокойно взломал его. На всякий случай отступив в сторонку, они ощутили, как им в лица снова пахнуло прохладным и спёртым воздухом, с явственной примесью дыма недавно потушенной свечки.

В самом центре небольшого помещения стоял простой деревянный стол, по одной стене, до самой её середины шли две стойки, наподобие винных, шести футов в высоту и, похоже, сооруженные из довольно свежей древесины. На их боковинах были разложены десятки флаконов: какие-то — пустые, другие — запечатанные зеленым воском.

Серегил быстренько их пересчитал: сто двадцать восемь штук — семьдесят на левой стойке и пятьдесят восемь на правой, всё аккуратненько, рядок к рядку. И да, некоторые были запечатаны темно-зеленым воском, другие — пустые, но что-то во всём этом порядке напрягло Серегила. Ну, как тогда, с замаскированным Брадером.

На столе, в разбитой посудине, стояла толстая оплывшая свечка, рядом — маленькая рабочая шкатулка, палочки зеленого воска, корзина с пробками, а ещё — плошка с мусором, в которой валялось что-то вроде использованных печатей всё из того же зеленого воска. Открыв шкатулку, Серегил обнаружил в ней набор изящных инструментов и потертый медный стилус, позеленевший от времени, весь, за исключением кончика, который посверкивал свежезаточенным красноватым острием.

- Хмм, здесь, на стилусе осталось немного воска, — он поглядел на запечатанные флаконы. Ясное дело, на воске чертили какие-то знаки, да и Теро, судя по всему, весьма этим заинтересовался. — Интересно, зачем понадобились эти ювелирные инструменты?

Алек заглянул под крышку стола, или что там это было такое:

- Может, вот для этого? — он выпрямился и с торжествующим видом поставил на стол перед всеми большой открытый ларец.

Внутри находилась внушительная коллекция переливающихся перстней, серёг, колье и брошей, все вещички отменного качества, и каждая перевязана голубым шелковым шнурком с кусочком пергамента. На каждом кусочке — имя, написанное элегантным и чётким почерком Атре.

- Он решил облегчить нашу задачу.

- Колечко Иллии, должно быть, тоже здесь! — и не успел Серегил остановить Микама, как тот вытряхнул ларец, рассыпав драгоценности по столу, и начал яростно в них копаться.

Алек с Серегилом принялись ему помогать.

Алек выбрал из кучи одно кольцо с большим рубином, подписанное именем «Райлин», и серебряную брошку, украшенную сердоликом. Она была помечена «Эона».

- Лорд Райлин, скорее всего, — негромко сказал Серегил и, забрав перстень, взвесил его на ладони. — Голову даю на отсечение, что раньше видел его на нём. А это, должно быть, от вдовы Ланеуса Эоны.

- Позволь-ка мне взглянуть, — Теро взял брошь и через пару мгновений кивнул:- Да, я ещё явственно ощущаю её энергетику на ней. Её тётушка подарила ей это, когда ей было одиннадцать лет, — сказав так, он снова повернулся к стойкам, которые тщательно осматривал.

- А вот это подарок Селина, — Алек поднял тонкую золотую цепочку.

- Кольца Иллии тут нет! — прорычал Микам, когда они разобрали всё до последней вещицы.

- Равно, как и броши Элани, — ответил Серегил.

- Здесь есть ещё одна шкатулка, — Алек нагнулся под стол и вытащил простенький деревянный сундук.

Этот был размером побольше и запирался всего лишь на грубый крючок.

- Похоже, старинный, — Алек открыл его, а увидев содержимое, присвистнул сквозь зубы.

Тут были сломанные игрушки и резная ореховая скорлупа. Кулон в виде одинокой морской ракушки на обрывке грязного шнурка. Оловянное колечко грубой отливки. Наверное, с сотню всякой мелочевки и ерунды, которую можно подобрать где-нибудь в канаве или куче мусора. А ещё — прядки волос, скрепленных кусочками воска. Всё это уже не было подписано, но один, светлый и грязный клок волос был узнаваем.

- Кепи. Он говорил, что сторговался с ними за свою прядь, — сказал Алек.

Теро коснулся его:

- Маленький оборванец с острой мордашкой.

- Он.

Микам высыпал на стол и его, рядом с драгоценностями, и принялся рыться в них, ища дочкино серебряное кольцо.

И пока остальные были заняты содержимым грубого сундука, Теро вернулся к стойкам.

- Тут тоже нет, — сказал, наконец, Микам.

- И, думаю, я знаю, почему, — отозвался Теро, беря в руки одну запечатанную воском бутылочку. — Тут везде, насколько я успел понять, находятся штучки, вроде этих. Должно быть, её кольцо в одном из этих флаконов.

Он поднёс бутылочку к свету. Толстое, грубое стекло выглядело старым, всё в бороздах и пузырьках, но внутри всё же можно было рассмотреть косичку из волос.

Серегил взял со стойки другую. Жидкость в ней была молочно-белой, однако поднеся её к свету, он сумел рассмотреть очертания свиного клыка.

Он передал флакон Алеку.

- Тот парень, у которого был желтый камень, он же говорил, что выменял его на свиной клык?

- Да!

- Так вот что они делают со всем этим. Мы должны отыскать колечко Иллии, — сказал Микам. — Мы должны проверить каждую чёртову склянку!

Начав с верхушки левой стойки, он принялся доставать флаконы один за одним и светить на них своим камнем, подобно тому, как фермер просвечивает куриные яйца. Теро и остальные занялись тем же самым.

- Чувствуешь, какая тут магия во всех них? — произнёс Серегил.

Теро кивнул.

- И что, ты не уловил эту магию от остальных актёров, кроме Брадера? — спросил Микам.

- Думаю, что-то такое я ощутил ещё тогда, на вечеринке у Алека, — ответил маг.

- А никакого Брадера там не было. Только Атре, — задумался Серегил. — Получается, задействованы как минимум эти двое.

- Атре же говорил, что сначала они с Брадером путешествовали вдвоём, и только потом, на севере, им встретились остальные, — сказал Алек. — Разве он не говорил тебе, Серегил, что они с Брадером родня?

- Кузены, по-моему. Тогда это могут быть только они вдвоем.

Алек взял со стола кольцо, помеченное как «Олия».

- Почему же он подписывает только дорогие вещи?

- Думаю, вот почему, — сказал Микам.

Он протянул им пустую бутыль, демонстрируя небольшой пергаментный ярлычок, прикрепленный к его стенке при помощи нескольких капель воска. На нём было нацарапано имя.

- Ланеус! — воскликнул Алек, забирая у него бутыль. — Но у него же не было и признака сонного мора!

- Если только его семейка не предпочла умолчать об этом, — сказал Серегил. Вытащив ещё один флакон с этикеткой, он выдохнул:- О нет! Тут написано «Алайя».

Серегил показал его остальным.

- А вот Кирин. И так, как все они скончались скоропостижно, быть может, стадия сна вовсе и не обязательна?

- А, судя по всему вот этому, можно обойтись даже без обмена, — задумался Теро. — Достаточно просто добровольного подношения. И напрашиваются весьма удручающие перспективы.

- Гляньте-ка сюда, — Микам показал им пустую бутылочку, подписанную «Килит».

Взгляд Серегила омрачился.

- Она собиралась прекратить спонсировать его и он её убил. А Ланеус оскорбил его, отправив обедать на кухню.

Алек вытащил ещё один флакон и не сдержал стона:

- Мирриция. Она-то за что?

- И за что Иллия? — жёстким голосом вторил ему Микам, снова занявшись поисками. — Зачем ему потребовалось трогать невинную девочку?

- Быть может, причина та же, по которой он убил всех тех несчастных из Нижнего Города, — отвечал Серегил. — Да что, раздери его Билайри, он делает со всем этим?!

- Что бы ни делал, Серегил, Элани… она, ведь, тоже подарила ему подарок. Кольцо! Оно постоянно на нём, и брошка! — напомнил ему Алек.

Серегил мрачно кивнул, подумав про себя: если и с ней что-то случится, будет ещё одно несчастье на моей совести.