Требуется секретарша - Корнилова Наталья Геннадьевна - Страница 58

Золотой последним усилием воли сделал шаг через порог, всем весом налегая на меня, и хрипло, но довольно громко сказал:

— Моя последняя воля… Эту девчонку не трогать… Ясно?

Все угрюмо кивнули, не понимая, что с ним происходит, но он уже этого не видел — последнее слово его оказалось одновременно и последним вздохом. Я почувствовала, как резко ослабло его тело и потащило меня вниз. Я опустила его, положив на крыльцо под изумленными взглядами урок, села рядом на ступеньку и заплакала. Парни молча взирали, не решаясь вмешиваться, а я ревела навзрыд и ничего не могла с собой поделать. Что ни говори, Золотой спас меня от смерти, уже будучи сам почти мертвым…

…Но не только это заставило меня дать волю своим чувствам. Когда-то в детстве я спросила у Акиры, своего приемного отца, смогу ли я когда-нибудь найти своего настоящего папу, которого я никогда не знала и не видела. Акира осмотрел мое тело с ног до головы, показал на левой груди пять маленьких родинок в виде правильной звездочки и сказал, что если увижу такие еще на ком-нибудь, то это будет или моя мать, или отец. Прошло много лет, и я никогда не встречала ничего подобного. Но когда массировала Золотому грудь на лестнице, увидела точно такую же звездочку и в том же самом месте, как и у меня. Но ничего не стала ему говорить, боясь, что если он не умер от перенапряжения и страха, то может умереть от счастья и не успеет меня спасти. Надеялась, что он выдюжит, выживет, и тогда я расскажу ему все, поплачусь в жилетку, как мечтала сделать всю жизнь, когда меня в детстве обижали и некому было защитить. Но Золотой умер, успев спасти меня, но не успев узнать, что странная девушка Мария, с которой таким запутанным и жестоким образом его свела судьба, является его единственной дочерью, а та, в свою очередь, спасла своего отца только для того, чтобы похоронить… Что ж, видно, так было угодно Господу, аминь!

* * *

Золотой оставил боссу конверт, который нужно было отослать по написанному на нем адресу в случае его гибели. Родион мужественно смотрел на него целые сутки, ходил вокруг да около, но так и не заглянул внутрь, хотя все его существо сыщика так и подстегивало совершить этот шаг. За разглядыванием оного послания я и застала его, когда пришла в офис после обеда того же дня, когда урки привезли меня в город и высадили недалеко от моего дома. Они не задавали вопросов и вели себя очень вежливо, уважая последнюю волю Золотого. Дома я привела себя в порядок, замазав все синяки и ссадины косметикой, часик поспала и явилась в контору. Увидев мое припухшее лицо, босс удивленно поднял брови:

— Что-то случилось? Где наш клиент?

— Клиент умер от сердечного приступа. Там все перепились до чертиков и устроили потасовку. Даже мне немного перепало.

— Ну, это не беда, — успокоил он меня. — Ты не так уж и плохо выглядишь, до свадьбы заживет. Главное, мы получили наличными десять кусков. Теперь нужно отправить конверт — и совесть наша будет чиста.

— Позвольте, я сама это сделаю? — попросила я. — Доведу уж все до конца, коль начала…

— А ты не устала? Хотя это не трудно. На, забери его, а то у меня уже нервы не выдерживают — так и хочется сунуть туда свой нос. Опусти в почтовый ящик и отправляйся домой спать.

…В квартире Золотого, когда я туда пришла, никого не было. Вскрыв дверь при помощи отмычки, я вошла внутрь, осмотрелась и в комнате, служившей, по-видимому, кабинетом, обнаружила книжную полку во всю стену. В углу около стола стоял огромный сейф, в котором, наверное, и хранились все их воровские документы и деньги. Но они меня не интересовали. Положив конверт на стол, я начала осматривать полку, вытаскивая книги и ощупывая соединения в поисках тайника. Когда уже все книги лежали на полу, а голый каркас полки насмешливо смотрел на меня, зияя пустотой, я начала подозревать, что отец или что-то перепутал, или попросту обманул меня, во что мне почему-то не хотелось верить. И туг заметила, что одна полка отличается от других толщиной поперечных стоек. Я подергала ее, и она открылась, как дверь, плавно и бесшумно. За ней оказалась небольшая ниша в стене. Там лежал старый, потрепанный чемодан. Не заглядывая внутрь, я взяла его и, сгибаясь под тяжестью, вышла из квартиры. Не успела закрыть дверь на замок, как внизу на лестнице послышались шаги и голоса. Поднявшись на этаж выше, я притаилась и стала слушать.

— Наверняка все у него дома, — возбужденно говорил мужской голос. — Не мог он уйти, не подумав о нас. Зря, что ли, мы на него пахали.

— Сейчас все узнаем, не тараторь, — оборвал его кто-то, и послышался звук вставляемого в замок ключа.

Дверь открылась, и они вошли в квартиру. Я тихонько спустилась и, когда проходила мимо, услышала за дверью радостный крик:

— Есть! Я же говорил, что он последний

честный вор в России! Не обманул, падла…

…Родион, когда увидел содержимое чемодана, сильно изменился в лице и только сипло спросил:

— Это… от Золотого?

Я молча кивнула головой…

Глава 5 СЕКРЕТЫ С ТОГО СВЕТА

1

Вторник выдался пасмурным, хмурые тучи изредка с досады плевались на Москву мелким дождем, будучи не в силах изрыгнуть нечто более стоящее, вроде ливня или града, и пугливые прохожие послушно выуживали, а потом прятали обратно свои зонтики, радуясь хотя бы тому, что спала жара. Я терпеть не могла зонтик и готова была в любой, удобный для дождя момент вымокнуть до нитки, ничуть не смущаясь, что мокрая одежда облипает тело и прохожие бесстыдно пялятся на меня. Я рассуждала так: если пойдет сернокислый дождик, то зонт все равно не спасет, ибо сгорит вместе со мной. А простому дождю я привыкла радоваться, а не бояться его. Сегодня прохожим не повезло: сквозь прозрачное мокрое платье только-только начали проступать соблазнительные очертания моей не обремененной оковами лифчика груди, как я заскочила во двор и скрылась за дверями офиса, который теперь уже насчитывал пять этажей.

Взглянув на меня, Валентина лишь вздохнула с укоризной, зная, что выговаривать бесполезно, а босс привычно отвел глаза в сторону и проворчал:

— Надо бы ей бронежилет купить.

— Задницу ей надрать нужно, а не бронежилет! — уверенно заявила Валентина, ставя боссу на стол чашку кофе. — А этим бронежилетом по башке надавать.

Я стояла перед ними и невинно хлопала глазками, ожидая от босса указаний на день грядущий и пропуская их замечания мимо ушей.

— А что, зонтики нынче уже не в моде? — Босс отхлебнул кофе и вопросительно посмотрел на Валентину. — Может, я отстал от жизни?

— Что вы, Родион Потапович, как можно! — всплеснула та руками. — От жизни отстали, видано ли! Это она от жизни отстала, дикарка, живет, словно зверь в лесу, и ничем ее не проймешь. Я вам не говорила, она ведь и спит голая зимой и летом с открытым окном…

— Невероятно, — пробормотал он, пробуя кофе на языке.

— Ну да! А вы говорите: зонтик! Да она чихать хотела на все приличия, ей лишь бы покрасоваться. Я уже молю бога, чтобы ей на голову какой-нибудь метеорит свалился, может, тогда что поймет.

— Угу, — буркнул босс, уставившись в чашку, — метеорит было бы неплохо. Кстати, Валентина, вы сколько кусочков сахару сегодня положили?

— Три, как положено, а что? — насторожилась она.

— Но сегодня ведь вторник, — мягко напомнил он ей. — Значит, нужно было два положить. То-то я чувствую, что-то не то.

— Батюшки, а я думала, среда! — засуетилась она вокруг него. — Давайте чашку, я разбавлю.

— Ладно уж, завтра два положите, — великодушно разрешил он.

Ну и слава Богу. — Она смущенно за рделась и глянула на меня. — Все, Родион Потапович, можете смотреть, она уже подсохла…

Тут в прихожей раздался звонок, и я пошла открывать.

На пороге стоял сухонький старичок. На локте у этого высушенного гриба висел зонтик-трость. Посмотрев на меня выцветшими глазами, он проскрипел: