Хроники Зареченска. Дилогия (СИ) - Вербицкий Андрей - Страница 52

– Двоих прикончили. Третий – ловкий, зараза! – ушел по лестнице на первый этаж. Будьте осторожны!

Игорь не успел договорить, когда этот самый третий выпрыгнул в окно прямо перед Вячеславом. Ни тот ни другой не ожидали встречи, но не растерялись. Никифоров выстрелил первым. Человек в закрывающей лицо маске среагировал мгновенно. Навести оружие на Вячеслава он не успевал, поэтому сделал единственно верное действие в критической для себя ситуации. Цевьем автомата отвел ствол противника далеко в сторону, пропуская вылетающие пули мимо левого плеча, и одновременно попытался пнуть Никифорова по колену. Когда прием не удался, вознамерился достать Никифорова прикладом в голову. Махов не подкачал, если не считать вжикнувшей рядом с Вячеславом пули и нескольких капель крови, долетевших до лица командира. Точный выстрел в голову проделал в черепе бандита две дырки. Маленькую во лбу и большую на затылке. Никифоров не стал укорять подчиненного за опасную стрельбу. Живой – и хорошо. Он посмотрел на Юру. Тот остановился над телом убитого и стремительно бледнел. Вячеслав поспешил подтолкнуть Махова вперед – нечего глазеть на деяния рук своих.

– Шевелись, казак!

– Что у вас? – поинтересовался Подберезин. – Слышали выстрел.

– Порядок. Юра завалил вашего третьего. Как вы?

– Чисто. Больше никого в доме нет.

– Спускайтесь вниз. Ждем.

– Принял.

Через пару минут клановцы приступили к зачистке очередного дома.

Руководитель устроивших засаду на колонну сообразил, что к его жертвам пришла помощь, и благоразумно приказал отступить. Никифоров поначалу опасался, что бандиты усилят натиск на уцелевших с целью все же достать Быстрицкого. К счастью или несчастью – будущее покажет, – ничего подобного не произошло. В общем, противоположную сторону улицы не пришлось брать штурмом, что не могло не радовать.

– А… майор. – Генерал закашлялся, на губах выступила розовая пена. Раненный в руку сержант, не замечая собственной боли, попытался заботливо вытереть замызганным платком рот лежащего на земле командира. Быстрицкий вяло отмахнулся. – Опустите оружие.

Последние уцелевшие, два офицера и один сержант, расслабились, но «калаши» продолжали держать наготове.

– Здравия желаю, товарищ генерал, – поприветствовал Быстрицкого Вячеслав. – Хреново выглядите.

– Не юродствуй, майор. – Быстрицкий снова захлебнулся кашлем, от напряжения грудных мышц сквозь бинты на груди проступила кровь.

– Легкое задето, – констатировал Никифоров.

– Спасибо, что просветил. Без тебя чувствую, что задето. Ничего страшного. Выживу. Вы какими судьбами?

– Мимо проезжали, – ответил Вячеслав.

– Ага. Как же, как же… Знаем. – Генерал опять закашлялся.

– Вам нельзя разговаривать, – попросил сержант.

Быстрицкий хмуро глянул исподлобья на подчиненного, и сержант моментально заткнулся.

– Кто на вас напал? На обыкновенных бандитов не очень похожи. Засада грамотно устроена. Барон?

– Кто же еще? – ответил вместо генерала один из офицеров. – Только этот гаденыш и вы на такое способны!

Никифоров собрался открыто возмутиться, но генерал не дал:

– На вас я не грешу. Успокойся, майор.

– Я спокоен. – Прорезавшиеся в голосе стальные нотки говорили об обратном. Вячеславу неимоверно сильно хотелось почесать кулаки о наглую морду намекнувшего на их участие вэвэшника.

Сзади послышался шум двигателя. Никифоров обернулся. Изза поворота вырулил БТР, за ним второй, третий, четвертый. На каждом сидели по шестьсемь солдат в бронежилетах и «сферах».

Явились не запылились!

Не доезжая до места затихшего боя, солдаты спрыгивали на землю и рассредоточивались по периметру. Уже через минуту вокруг генерала суетился врач, а остальными ранеными занялся санитар.

Быстрицкий оттолкнул врача и подозвал прибывшего офицера, в котором Вячеслав узнал адъютанта генерала. В полевой форме, в бронежилете и разгрузке. Карманы оттопыриваются полезными в бою вещами. В полной выкладке адъютант не выглядел, как в приемной, лощеным. Вполне нормальный боевой вид. Всетаки одежда сильно меняет человека.

Адъютант нагнулся к раненому, и генерал чтото тихо ему сказал. Офицер выпрямился, жестом приказал двум солдатам следовать за ним и направился к прекратившему дымить подбитому бронетранспортеру. Он первым полез внутрь, следом полезли солдаты и спустя минуту извлекли двух мертвецов. Слава подумал, что один из двух наверняка тот самый стрелок.

«Угорел, бедолага», – промелькнула мысль.

Больше никого внутри не оказалось. Сам собой напрашивался вопрос: «Где же Давлетшина?»

Адъютант начал раздавать приказы направо и налево, солдаты резко активизировались. Несколько отделений разбились на более мелкие группы и пошли прочесывать окрестности. Вячеслав догадывался, кого они ищут. Любу. Он сам бы желал знать, куда пропала женщина.

Быстрицкого положили на носилки и понесли. Поравнявшись с Никифоровым, генерал схватил его за руку.

– Не в моих правилах извиняться и благодарить. Но спасибо тебе, майор, – тихо произнес он.

– Не за что.

Быстрицкий закрыл глаза, выпустил руку Вячеслава, и его унесли к ожидающей машине.

К Никифорову подошел Вадим:

– Смотри. Наших ведут.

Неудачливых устроителей аварии и одновременно очень удачливых, потому как умудрились уцелеть под огнем противника, клановцев конвоировали в наручниках несколько солдат внутренних войск.

Никифоров поспешил навстречу:

– Это мои люди. Отпустите.

– Мы должны разобраться, – начал было конвоир.

Вячеслав вскипел:

– Ты что, рядовой, совсем охренел?! Не слышал, что я сказал? Это мои люди!

– Не стоит повышать голос, Вячеслав Иванович. Они просто выполняют приказ.

Никифоров резко обернулся. Сзади стоял адъютант генерала.

– Можете освободить этих людей, – распорядился он.

Солдаты безропотно подчинились.

– Продолжайте поиски.

– Когото потеряли? – заинтересованно спросил Никифоров, хотя сам знал кого и внимательного взгляда от адъютанта не отводил. Ему была интересна реакция офицера.

– Ищем людей полковника Дробыша. Вконец обнаглел барон! – Адъютант выдержал испытующий взгляд майора.

– Простите. У меня маленькая просьба экономического характера.

Офицер нахмурился после слова «экономического».

– Видите ли, при попытке спасти Анатолия Ивановича, вашего босса, дотла сгорел один из наших УАЗов. Мы не требуем наград за спасение жизни товарища генерала, но хотелось бы получить компенсацию за утерянное имущество.

– Вы бы еще за каждый потраченный патрон потребовали оплату! – возмутился офицер.

– А что, можно? – Иногда маска простоватого мужичка Никифорову очень удавалась.

– Нет. Но я доложу о вашей просьбе и постараюсь посодействовать в принятии положительного решения. Это все?

– Когда можно будет узнать о результате?

– Боже, сейчас не время и не место обсуждать подобные вопросы!

– И все же? – не отставал Вячеслав.

– Через неделю приезжайте. Думаю, тогда станет ясно, возможно ли решить возникшую проблему, – сдался офицер.

– Благодарю. Если вы не против, то мы покинем вас. Дела!

– Не против. Вы можете беспрепятственно покинуть территорию. – И адъютант поспешил отойти, пока этот наглый боевик не стал требовать чтонибудь еще.

– Вы как? В порядке? – обратился Никифоров к освобожденным бойцам.

– Вполне, – ответил за двоих Панкратов. По глазам было видно, что ему не терпится чтото добавить. Он почти подпрыгивал на месте от желания поделиться, но не решался, боялся, что могут услышать посторонние.

Никифоров отвел его в сторону:

– Говори. Чего мнешься?

– Мы нашли Давлетшину и спрятали воон в том здании! – указал пальцем Панкратов.

– Тихо, дурилка! Убери палец! – забеспокоился Вячеслав. – Живая?

– Ни единой царапинки, только от страха чуть ли не заикается.

– Опустим подробности, расскажете по дороге. А пока виду не подавайте.

– Не дураки.