Хроники Зареченска. Дилогия (СИ) - Вербицкий Андрей - Страница 47

«Что тебе нужно, нежнокожий?»

«Хочу учиться у тебя». – Александр почувствовал удивление гнолла.

«Чем я могу быть полезен для шхаса? Я простой наездник».

«Научи управлять шантархом».

Молчание гнолла затянулось. Александр уже начал думать, что просьба не дошла до адресата или он както неправильно произнес название боевого животного и был просто не понят. Он уже намеревался повторить, когда ответ возник в его голове.

«Что дашь взамен?»

Большое достижение! Теперь Бер боялся спугнуть удачу.

«Пища в достатке, кров, безопасность. После обучения получишь свободу».

Гнолл опять надолго затих.

«Если откажу?»

Глава клана поначалу хотел ответить, что в таком случае убьет пленного, но неожиданно передумал.

«Отпущу».

Гнолл заерзал на месте. Хвост резко дернулся несколько раз, а мозг Бера захлестнула волна непонятных, чужих эмоций.

Сапрыкин и Подберезин заметили изменения в позах «собеседников», насторожились и приготовили оружие. Александр поспешил успокоить бойцов – опасности он не видел.

«Почему?» – спустя некоторое время задал вопрос гнолл.

«Почему отпущу или почему прошу научить?»

«И то и другое».

«Я шхас и правитель. Мне не нужна твоя смерть, чтобы доказать собственную власть и силу. Поэтому отпущу. А знания лишними не бывают. Мир освещается солнцем, а человек – знанием, ибо ученье – свет, а не ученье – тьма, и новое умение везде найдет применение, потому что стыдно не знать, стыдно не учиться», – выдал тираду из пословиц Александр.

Если бы гнолл был человеком, то Бер с уверенностью смог бы сказать, что пленник офонарел. Гнолл опять заерзал, убивая нервные клетки бывших омоновцев.

«Я ошибался. Ты самый мудрый из встреченных мною шхасов, – вынес вердикт гнолл. – Но ты понимаешь, я вернусь в прайд и расскажу о вас. Многое мне стало известно, многое для меня во тьме, но знающие разберутся с тем, что видели мои глаза. Мы вернемся и не пощадим никого, и я буду среди воинов и охотников».

«Мы не боимся. В первый раз никто о вас ничего не знал. Теперь знаем. Вы слабы. – Бер сам не понимал, врет он или нет. Хотелось верить, что нет. – Тебе решать, на чьей стороне ты будешь».

«Ты честен».

Бер скромно промолчал.

«Я помогу тебе. Но только тебе! Твоих воинов учить отказываюсь».

Александр еле удержал в груди ликование.

«Я рад. Ты выбрал верный путь. – Он удовлетворенно кивнул и решил подсластить жизнь пленника. Хорошее отношение никому не вредило. – Есть ли у тебя пожелание?»

«Хочу жареного мяса».

После напряженного диалога у Бера разболелась голова, но он постарался не обращать внимания на такую мелочь. Александр не ожидал, что разговор с аборигеном окажется столь продуктивным.

Хоть одна положительная новость за сегодня!

Глава 16

На следующий день состоялся долгий разговор с Любой. Александру потребовались все его терпение и красноречие, чтобы убедить женщину остаться и впоследствии пойти на обман Петровича. Женщина долго упиралась, из ее сбивчивых фраз Бер толком не понял, то ли она боялась последствий для себя, то ли просто не хотела врать. Самое главное, что она все же согласилась, но взамен потребовала обеспечить ей и матери безопасность, снабдить всем необходимым для относительно комфортного проживания и две комнаты. Бер сразу согласился. Почувствовав слабину собеседника, Люба потребовала также предоставить возможность в случае, если ей стукнет в голову, покинуть клан. Бер подумал, что последнее для общины нежелательно, но другого выхода он не видел и тоже согласился. Александр надеялся, что со временем женщине понравится жить здесь и вопрос, остаться или нет, отпадет сам собой.

Когда Бер со своей частью закончил, как и договаривались, явился Никифоров. Поначалу Александр воспротивился и не желал давать добро Вячеславу на разговор с предсказательницей, но уступил давлению. Единственное, о чем попросил, – начать разговор после того, как Люба уже примет решение остаться в клане.

Никифоров, не теряя времени, начал выспрашивать о жизни дробышевцев, их количестве и вооружении. Сколько бойцов погибло от нашествия и в стычках с вэвэшниками. Естественно, женщина всего не знала, однако примерное представление о делах в баронстве имела.

Очень хорошо, что Никифоров затеял беседу с Любой после Александра. Будь иначе, уговоры Бера оказались бы бессмысленными. Женщина не приняла бы сторону клана. Мало кому понравится, когда от тебя постоянно требуют вспомнить и то, и это. По сути, Вячеслав устроил допрос в мягкой форме. Люба еще не стала частью клана и психологически, на уровне инстинкта, противилась напору малознакомого человека.

Никифорова, конечно, тоже можно было понять, он отвечает за безопасность, а ситуация требовала узнать о бароне и его боевиках как можно больше и быстрее.

Бер заметил, каким взглядом женщина наградила бывшего майора, и понял, что еще пара минут, и Люба будет готова сбежать, так и не успев стать частью их общины. Александр прервал увлекшегося Вячеслава и чуть ли не насильно выставил в коридор.

– Ты чего творишь? Я с таким трудом уговорил тетку остаться и помочь, а ты давить начал! Будто врага допрашиваешь.

– Действительно. Забылся. Прости. – Никифоров уже сам понял, что зашел дальше, чем намеревался.

– Не у меня прощения проси. Лучше вернись и принеси извинения Любе.

– Что, прямо сейчас?

– А когда? На полпути к Быстрицкому и Петровичу? Или собираешься посадить единственную предсказательницу на цепь? – Голос Бера наполнился ехидством.

– Хорошо, – недовольно пробурчал Никифоров.

– Я пойду к гноллу. А ты после окончания разговора с Любой не забудь НЕ приставить к ней охрану.

– Ты поосторожнее там, – посоветовал приободрившийся Никифоров.

– Буду, – сказал Александр. Чточто, а уходить от неприятных разговоров майор умел.

Проводив взглядом удаляющуюся спину друга, Никифоров решительно постучал в комнату Любы. Бер прав. Хорошие отношения с предсказателем лучше, чем плохие, тем более для руководителя разведки и безопасности клана. «Лишь бы она оказалась той, за кого мы ее принимаем», – подумал Вячеслав.

Александр проверил пистолет, нож, похлопал по бронежилету – авось поможет в случае чего. Предстоял разговор один на один со своим будущим учителем. Вроде все. Он шагнул на первую ступеньку лестницы, ведущую в подвал.

На посту опять стоял Гвоздь. Насколько Александр знал, пост Сапрыкин использовал в качестве ссылки для надоевших подчиненных ему бойцов. Так сказать, с глаз долой, пока не прибил. Чем в этот раз Леха достал своего наставника, Бер выяснять не стал. Пусть бывший омоновец сам разбирается в своем огороде, лишь бы на пользу пошло.

– У меня для тебя хорошая новость. – Александр широко улыбнулся.

Гвоздь непонимающе уставился на Бера, но тоже растянул рот до ушей. Ведь не могут с такой улыбкой, как у Александра, приносить дурные вести. Или могут?

– Все. Ты свободен от обязанности сторожить эту дверь, – сообщил Бер.

– Вот здорово! – Искренняя радость озарила лицо Алексея.

– Есть и плохая новость.

Гвоздь сразу сник. Опять шуточки начальства?

– Теперь нахождение в прохладном подвале заменяется на уличную жару. Будешь следовать, на расстоянии, за гноллом.

– А?..

– А если захочет бежать – пусть убегает. Главное – не дать ему комулибо навредить, – ответил Александр на незаданный вопрос.

– Может, тогда не нужно его отпускать?

– Ты и Фикса мне как младшие братья, но не вам решать, что надо, что не очень надо. Без вас умных много, – посерьезнел Бер. – А как продвигаются тренировки с Егором? – переключил он внимание обиженного Гвоздя на другую тему.

– Потихоньку.

– Значит, никак. Ладно, я поговорю с Сапрыкиным.

– Нетнет! – Алексей поспешил заверить Бера, что не все так плохо. Не хватало, чтобы Сапрыкин расценил ситуацию неверно и подумал, будто он, Леха, нажаловался. Тогда все, ховайся кто может. – Мы уже гораздо лучше стреляем. Фиксу он хвалил. Говорит, наконец золотой зуб не отсвечивает, когда его башка в засаде.