Однажды орел… - Майрер Энтон - Страница 222

Расстроенная, встревоженная, Томми резким движением закрыла свой чемодан. Всего несколько минут назад она решила, что живет как бы в заточении, и ей захотелось бежать из него. Однако Сэм был ее прошлым и залогом ее будущего. Донни был душой этого прошлого, тем общим, что было между ними, только между ними одними — надеждой и памятью. Оставить Сэма означало еще раз уничтожить Донни, и уничтожить более жестоко, чем это сделали немецкие истребители…

— Все готово? — спросил Билл с порога.

— Да.

Когда она спускалась по лестнице, дождевые капли оставляли размытые прозрачные следы на оконных стеклах.

— Они сделали это просто для того, чтобы избавиться от меня, — заявила Викки Ворден, и ее гладкое красивое лицо исказилось от злости. — Они могут говорить что угодно, но все сводится к этому.

— Дорогая, попытайся взглянуть на это с другой стороны, — предложил ей Эль Хэмбро.

— С какой же еще другой стороны можно смотреть на это? Пресс-агент кинозвезды развел руками.

— Здесь ты приносишь себе колоссальную пользу. Твоя популярность огромна, я говорил тебе, что…

— Хорошо, надеюсь, это прибавит мне очков там, на небесах, — возразила она, — потому что, будьте уверены, на земле это не принесло мне ничего. — Ее глаза засверкали. — Шанс, выпадающий раз в жизни, уплывает из рук в помойку, а я просиживаю до боли задницу в десяти тысячах миль от своей основной базы.

— Ну, ну, Ви-Ви, — пожурил ее Лью Пфайзер. Подобно большинству комедийных актеров, в жизни это был тихий и застенчивый человек. — Генерал Мессенджейл был изумительно гостеприимен с нами, но я не думаю, что ему очень интересны все эти голливудские сплетни.

— Ах, извините, генерал! — Викки Ворден повернулась к командиру корпуса. Выражение неудовольствия исчезло с ее лица, его оживила обаятельнейшая улыбка, вот уже три года сиявшая на экранах, афишах и дверцах солдатских рундучков. — Право, мне очень неловко. Это действительно самый шикарный прием из всех, что мне давали после приема у генерала Айка в окрестностях Парижа в… как называлось это место, Лью?

— Марнес ля Кокетт.

— Ах да! Почему это я все время забываю его?

— Право не знаю, милочка. Кинозвезда манерно повела плечами.

— Я обожаю дворцы, они всегда вызывают во мне желание совершить что-то невероятное: завести роман с каким-нибудь султаном, пытать людей в подземелье, забыться и уйти с головой в наслаждения…

— Для всего этого вовсе не обязательно иметь дворец, моя дорогая, — сказал Пфайзер.

— Лью, ты ничтожный садист! — она обвела красивыми карими глазами филигранную вязь на потолке зала. — Такой замок, как этот, навевает на тебя что-то сказочное, все то, о чем ты когда-то мечтал. Понимаете?

Сидевший во главе длинного стола Котни Мессенджейл степенно кивнул. Действительно, дворец вызывал подобные ощущения, и даже большие. Ему был приятен произведенный эффект. Отдельный столовый зал с балконом, в котором давался званый обед для артистов труппы объединенной службы организации досуга войск и старших офицеров штаба, был изолирован от собственно офицерского клуба, но соединялся с ним узким коридором так, что музыка и смех, доносившиеся из главного зала, создавали легкую атмосферу веселья для уединившегося здесь избранного общества. В то же время было установлено, что, кроме барменов и официантов, никто не должен входить сюда, исключая самые крайние случаи. Его гости, прибывавшие сюда через Рейна-Бланку — корреспонденты, конгрессмены, эстрадные артисты, — всегда чувствовали эту особую дворцовую атмосферу, она делала их несколько более почтительными и подавленными. Исключение составляла мисс Ворден, которую, по-видимому, ничто и никогда не могло смутить.

— Простите меня, за то что я в таком отвратительном настроении, генерал, — попросила она, очаровательно надув губки. — Я переживаю самый большой кризис в своей жизни и очень нуждаюсь в вашей помощи.

Мессенджейл улыбнулся своей обворожительной улыбкой.

— Все что угодно, в пределах моих скромных возможностей, мисс Ворден.

Ее лицо озарилось радостью, как у маленькой девочки; в центре ее зрачков, казалось, засверкали маленькие звездочки.

— Пожалуйста, зовите меня Викки.

— Боюсь, что не смогу, — ответил он. — Я никогда никого не называю уменьшительным именем.

— Но почему? Я же сказала, что вы можете…

— По-моему, это, во-первых, вульгарно, а во-вторых, совсем необязательно.

— О…

Наступила неловкая пауза. Пфайзер и Хэмбро смотрели на Мессенджейла смущенно. Довольный произведенным эффектом, он снова улыбнулся и сказал:

— Однако я буду называть вас Виктория, если разрешите. Она выпрямилась в своем кресле, немного смущенная.

— Ах, я буду в восторге! — воскликнула она и, неожиданно прицелившись своим пальцем с ярко-красным ногтем в горло Пфайзеру, продолжала: — Видишь, Лью? Вот это галантность! То, чему ты никогда не научишься… Боже, почему мужчины растеряли всю свою галантность?

— Мы растеряли ее, сопровождая тебя по боевым фронтам, дорогая, — ответил комик.

Викки Ворден пропустила его слова мимо ушей. Все ее внимание вновь сосредоточилось на Мессенджейле.

— Дело в том, что мне грозит опасность потерять самую большую роль в моей карьере. Правда. Они уже распределяют роли. «Тэсс из рода д’Эрбервилль». — Она прикусила ровными зубками нижнюю алую губу. — Это роман Томаса Хардинга. Мессенджейл снова кивнул.

— О да, помню. А они вешают ее в конце?

— Не знаю. Я не читала сценария. Такой шанс выпадает раз в жизни, а студия вытурила меня в это отвратительное турне по всем поганым дырам на Тихом океане. А теперь от меня еще хотят, чтобы я нашла Чета и примирилась с ним. Может ли прийти в голову более дурацкая идея?

— Ну-ну, Ви-ви… — пробормотал Хэмбро.

— Не спорь, это именно так. Чудовищно! По такой жаре… Конечно, каждый понимает, что в августе везде жарко, — обратилась она к Мессенджейлу. — Можно, я буду называть вас Кот? — спросила она. — Это звучит так… как бы сказать… так сильно и мужественно. Даже угрожающе. Генерал Кот… — Ее лицо вдруг приняло озадаченный вид. — Ох, мне кажется, не следовало говорить так, правда?

— А если бы моя фамилия была Маршалл…

Через коридор, соединяющий эту отдельную столовую с помещениями штаба корпуса, вошел капитан Гролет из разведывательного отделения и теперь, наклонившись, что-то быстро и взволнованно говорил Фаулеру. Фаулер повернулся и недоуменно посмотрел на Гролета, на его спокойной физиономии появилось раздражение.

— Кот, вы чувствуете себя одиноким здесь, правда? — спросила кинозвезда.

Бесцеремонность этих людей иногда поразительна, но Мессенджейл был уверен, что его лицо никоим образом не выдает тоге, что он чувствует. Он повернулся к ней, неожиданно поняв, что все другие за столом чувствуют себя скованно. «Они боятся ее, — подумал он с тайным удовольствием, — а еще больше боятся меня. Они как бы между двух огней».

— Командующий всегда одинок, — ответил он. Улыбнувшись, она покачала головой.

— Я не это имела в виду. Но неважно. — Она осушила свой бокал — к еде Викки едва прикасалась, хотя большинство остальных неустанно расхваливали кухню — и нагнулась к нему, ее глаза расширились и смотрели на него вызывающе.

— Всему свое время, — произнесла она и постучала ноготками по столу. — Всему…

— Я знаю, — согласился Мессенджейл.

— Я знаю, что вы знаете. Поэтому я и восхищаюсь вами: вы никогда не ошибаетесь. — Она кивнула, пристально наблюдая за ним исподлобья. — Поэтому-то я и хочу вашей помощи. Вы ведь не откажете в помощи даме в беде?

Мессенджейл медленно кивнул в знак согласия — этакий снисходительный кивок в присущей ему манере. Эта кинозвезда может сыграть положительную роль в его карьере. Однако через несколько секунд он отбросил эту мысль прочь: обстоятельства складываются как нельзя лучше, и он достигнет всего сам. Кампания но захвату долины реки Кагаян завершится к копну месяца. Дивизия Дэмона уже захватила Лагум. Где-то в начале сентября части Свонсона смогут начать тренировку перед высадкой на остров Хонсю. Операция «Коронет». К тому времени у него будут и двенадцатая армия, и четвертая звезда, и обширная равнина Канто, на которой можно будет развернуть свои легионы. Япония будет защищаться фанатически, падет не сразу… А потом наступит захватывающий период оккупации. Может быть, даже (а почему бы и нет?) состоится и аннексия, осуществится давняя его мечта об американском господстве в Восточной Азии. В этом случае стране понадобятся губернаторы, способные управлять твердо и искусно. Но это не надолго: самое большее на год. Потом обратно в Вашингтон, оперативное управление. А там…