Выродок (Время Нергала) - Барковский Вячеслав Евгеньевич - Страница 38

Еще в Культе должна быть последовательность, должна быть процедура. Со временем она станет священной. Но сейчас прежде всего красота и наслаждение в каждом движении.

Жертвенник стоял в лесу на поляне. Это был огромный отесанный валун с плоской вершиной.

Прежде ОН приносил жертвы на других, сделанных людскими руками жертвенниках. Тогда Неведомый требовал: „Человеческое на Человеческом“. Потом пришли люди и разорили те жертвенники:

И Неведомый сказал: „Они осквернили мои жертвенники. Теперь я хочу, чтобы ничто людское не мешало жертвоприношению“.

Рядом с жертвенным камнем была землянка. Туда ОН доставил жертвы.

Сначала ОН вывел из землянки мужчину. Подвел к сосне рядом с камнем и привязал к стволу.

Затем настала очередь женщины. ОН сорвал с нее одежду и уложил на жертвенник. Белое, нежнейшее тело резко контрастировало с фактурой черно-серого камня. ОН отошел, полюбовался, взглянул на мужчину. Тот, не отрываясь, смотрел на женщину. ОН зажег факел в изголовье жертвенника. Поляну, черные деревья заливал свет Луны. В лунном свете багрово полыхал факел.

Пора было приступать.

ОН медленно разделся. В свете луны и мерцающих бликах факела, обнаженный, ОН выглядел прекрасным и зловещим.

Трижды обойдя камень, ОН подошел к женщине, провел ладонью по ее телу и содрогнулся от предвкушения наслаждения. Еще раз обойдя камень, как того требовал ритуал, ОН положил руку на пушистый треугольник в низу живота, погладил его, потом резко раздвинул ноги обеими руками и вошел в нее весь. Женщина вскрикнула от боли. Двойник услышал крик женщины и грозно прорычал:

„Войди в нее еще, дай мне почувствовать, ощутить вкус ее крови“.

ОН перевернул женщину и снова ринулся вперед, разрывая ткани. По ногам ЕГО потекла кровь, женщина кричала, не переставая. ОН встал на колени, прильнул ртом к ее половым органам, нащупал языком губы и с яростью стал вгрызаться в ее плоть. Кровь заливала ЕМУ лицо, женщина уже не могла кричать, она только хрипела.

ОН выпрямился и всем своим могучим телом упал на нее, одной рукой отдирая от тела правую грудь, ощущая в ладони всю ее округлость вместе с соском. Одновременно зубами он впился в левую и сначала неудачно откусил лишь половину. Только потом уже рукой сорвал оставшиеся лохмотья.

Потом ОН встал, выпрямился во весь рост и яростно погрозил небу кулаками.

Отвернувшись от женщины, ОН бросился к онемевшему от ужаса мужчине, рванул на себя, отрывая от сосны.

Что-то затрещало, хлестнула струя крови, ОН не видел ничего, кроме лица жертвы. Сорвав с мужчины брюки он подтолкнул его к камню, уложил на женщину, запихал его член вместе с яичками в рот женщины, одновременно заставляя мужчину слизывать и глотать кровь, льющуюся из рваной раны между ее ног. Наконец, сбросив мужчину с камня, ОН ударом кулака легко выбип у него зубы, одну за другой оторвал обе губы. Ногой ударив в промежность, как гнилое яблоко, оторвал член.

После этого ОН долго кромсал тела обеих жертв ногтями, руками, ножом, пока не почувствовал, что член его разбух и семя мощной струёй хлынуло на камень и на землю.

Удовлетворенный, он блаженно упал на траву.

Глубоко, полной грудью вдыхая лунный свет, ОН с восторгом думал о том величии, которым наградил ЕГО Неведомый, и о безобразном времени, в котором заставил ЕГО жить, для того чтобы очистить это время от скверны, принося в жертву никому не нужных, дрянных людишек, одновременно, удовлетворяя великую похоть Неведомого людям бога Нергала!

Время СЛИЯНИЯ неумолимо приближалось. ОНО будет прекрасным!

ЖУРНАЛИСТ

В начале июля грибники неподалеку от Луги нашли в лесу полуистлевшую человеческую ногу.

О находке, естественно, заявили в милицию. Оперативная бригада из района, обыскав землю вокруг куста, где небрежно забросанная валежником лежала отрезанная или оторванная нога, нашли яму, куда в беспорядке были свалены и присыпаны ветками части двух человеческих тел.

РУВД посчитал, что наткнулся на захоронение жертв бандитских разборок, тем более что пару недель назад отдыхающие слышали выстрелы, а ГАИ не удалось остановить и проверить „мерседес“, на большой скорости промчавшийся в сторону города.

Тем не менее Лужский РУВД решил отослать материалы по делу вместе с подробным рапортом в ГУВД Петербурга, поскольку недавно по всем районным отделениям были разосланы циркуляры с требованием сообщать в управление обо всех случаях убийств без видимых причин.

ГУВД передал материалы в прокуратуру города, там заинтересовались и выслали на место бригаду, следователь которой после тщательного анализа всех материалов пришел к выводу, что вновь дал о себе знать Выродок.

Любомудров, еженедельно просматривавший все отчеты и рапорты об убийствах, наткнувшись на материалы Лужского дела, внимательно прочел все бумажки, включая результаты экспертизы, и решил сам съездить в Лугу, прогуляться по тамошним лесам.

Что заставило журналиста поехать на место, где орудовал Выродок, он и сам не знал. Просто появилась потребность потоптаться по земле, вокруг места, где в страшных муках умирали люди. Любомудрову хотелось самому все увидеть, собственными глазами. Попробовать как бы перевоплотиться в убийцу, понять, что он испытывает во время своих жутких ритуальных действий.

Он получил от прокуратуры письмо, в котором предписывалось оказывать содействие журналисту Любомудрову в его частном расследовании, и чуть свет отправился на электричке в Лугу.

В райотделе журналисту дали уазик. Через полчаса он был на месте. Любомудров вышел из машины и огляделся.

Яму, очевидно воронку, оставшуюся со времен войны, окружали заросли кустов, здесь же неподалеку в траве была найдена нога.

Журналист прошел по тропке сквозь кусты и вышел на большую поляну. Он обошел ее, подошел к возвышавшемуся в центре огромному валуну с плоской вершиной. Здесь ОН устроил свой жертвенник. В складках камня то там, то сям хорошо были видны темные пятна. Остальное было смыто дождем.

Рядом с валуном валялась жердь. Конец ее был обмотан какими-то обгоревшими тряпками. Очевидно, ЕМУ жердь послужила факелом. Любомудров подошел к землянке, нагнулся, протиснулся в дверцу. Засветив фонарик, журналист оглядел подземелье, потом выключил фонарь и некоторое время постоял во мраке. Здесь сидели, оцепенев от ужаса, жертвы… Любомудров вдруг явственно почувствовал их запах. Запах пота, предсмертного страха. Любомудров представил, как ОН выводит жертвы на поляну.

Ночь, полная луна, полыхает багровый факел…

Журналист вдруг внутренне напрягся. У него стало появляться, расти, рваться наружу ощущение жажды. Жажды власти, безраздельного владычества. Сейчас он переставал быть безвестным писакой. У него в руках была власть над жизнью. Он готов был призвать смерть, но прежде должен был совершить нечто… Любомудров тряхнул головой. Он стоял около валуна.

Любомудров еще раз шаг за шагом стал. обходить поляну. Он хорошо знал, что ее уже тщательно осматривали, и все-таки надеялся найти то, что могли не принять к сведению следователи и оперативники. Водитель уазика неодобрительно посматривал в его сторону.

Журналист поднял шест-факел. На месте, куда он был воткнут, виднелось небольшое углубление. Журналист механически копнул рыхлую землю носком ботинка. Из ямки вывалился какой-то комочек. Любомудров наклонился, отбросил шест. Комочек оказался то ли детской игрушкой, то ли сувениром. Это была фигурка овцы. Журналист смахнул с нее землю. Овца была белой, но вымазана чем-то темным. Любомудров осторожно принялся разгребать землю руками. Скоро он нашел еще одну игрушку. На этот раз овца была черной, но опять же вымазанной в чем-то.

Две овцы! Белая и черная! Два жертвенных агнца.

Он выпрямился, сосредоточился. Да, теперь он мог полностью или почти полностью воссоздать кошмар, который здесь недавно происходил.

ОН выводит жертвы из подземелья, делает надрезы у них на предплечьях, обмазывает кровью изображения двух жертвенных овец, закапывает их в землю и на этом месте водружает факел… Ритуал начинается…