Прогулка по висячему мостику (СИ) - Трубицина Екатерина Аркадьевна - Страница 161

- Так ты и вел меня. И сейчас все еще ведешь, – попыталась успокоить его Ира.

- Видимо, не так и не туда.

- Женечка! Если б что-то было не так, то я, наверное, и не пошла бы, верно?

- Отчасти да, но ведь ты все больше и больше своевольничаешь.

- Жень! Брось! Если бы ты не был мне нужен, неужели у тебя бы получилось найти меня?

- Верно, Палладина, – со вздохом, но, уже вполне овладев собой, сказал Женечка. – Однако я все равно многого не могу понять.

- Не волнуйся! Я вообще ничего не понимаю, – развеселилась Ира.

- Врешь, Палладина! – усмехнулся Женечка.

- Может быть… – задумчиво проговорила Ира.

- Ладно, не заморачивайся! В конце концов, будет только то, что будет. А что именно будет, по большому счету не имеет никакого значения.

- Вот в этом абсолютно с тобой солидарна, только с чего это ты, будучи в этом убежден, тем не менее, так переживаешь?

Женечка поднял на нее глаза, пристально посмотрел и очень жестко сказал:

- Ира, не загоняй меня в угол.

- Жень, я не загоняю тебя в угол. Я наоборот пытаюсь помочь тебе вновь обрести почву под ногами.

- Премного благодарен! – съязвил Женечка достаточно желчно.

- Я знаю, почему ты опасаешься учить меня тому, что знаешь сам, и что расходится с официальными представлениями о мире. Ты на собственном опыте ощутил, какой уверенностью и ясностью это наделяет, ослепляя и, в конечном счете, заводя в тупик.

- Ирка! Ты до невыносимости права! Хотя я, на самом деле, совершенно иначе формулировал для себя свою мотивацию, – Женечка усмехнулся. – Именно из-за уверенности и ясности, я ясно и уверенно видел совершенно иные доводы.

- Не знаю, а может, не помню, что нас связывает на самом деле, но думаю – это нечто очень крепкое и веское.

- Просто замечательно, что ты так думаешь, но штука-то вся в том, что не я твой проводник.

- С чего это ты вдруг стал в этом так уверен?

- С того, что ты мне нынче указала на некоторые вещи, на которые я из-за ослепляющей ясной уверенности не обратил внимания.

- Ты об этом сожалеешь? – с легким удивлением спросила Ира. – Жень, а у тебя нет ощущения, что все так и должно быть.

- Ну раз так есть – значит, и должно так быть! – Женечка улыбнулся. – Когда-нибудь ты обязательно вспомнишь, что нас связывает, – неожиданно, даже, видимо, для себя, сказал он.

- А ты сам, помнишь? Скажи честно! Настаивать на подробностях не буду.

Женечка задумался.

- Знаешь, а я бы и рассказать не прочь, только… не поддается адекватной вербализации сие.

- Ну, а если не совсем адекватной?

- Если не совсем адекватной – что-то типа присказки про белого бычка получится. Это – нечто подобное тончайшим нюансам эмоций и ощущений, привкусам, отсветам, отблескам. Здесь считается, что, так или иначе, связывают разного рода события, порождающие взаимные обязательства и отношения. А те события, пожалуй, изысканней и подробней, чем «жили-были дед да баба», описать просто невозможно.

- Я, кажется, поняла, о чем ты… скорее, спинным мозгом почувствовала.

- Ну не спинным мозгом, конечно. Функции физического тела, даже самые изощренные, здесь ни при чем, но я знаю, что ты имеешь в виду.

- Конечно, знаешь, ведь именно этому ты и учил меня все время. Впрочем, не только ты.

- А кто еще? – спросил Женечка.

- Гиала. Хотя, конечно, не только она, но именно она явно и понятно для моего человеческого сознания указала мне направление.

- Как? – Женечка удивился, даже насторожился.

- Во-первых, усадила на свой пенек, во-вторых – кое-что поведала в доступной форме, а в-третьих, подсказала, когда и где прогуляться.

Женечка задумался.

- Может, я в ослеплении уверенной ясностью действительно недоглядел чего в ней? – будто разговаривая сам с собой, спросил Женечка.

- Я в этом почти уверена. Она мне много любопытных вещей рассказывала, правда, утверждала, что это ты ее всему научил, но мне кажется, что ты ей лишь показал некоторые пути, а уж прошла она по ним сама, да и другие отыскала.

- Знаешь, я тоже многому подивился, когда ее… тогда видел, – Женечка запнулся после «ее», видимо, чуть было не сказав «в последний раз». – Знаешь, она действительно, с самого начала совершенно не походила на своих предшественниц.

У Иры сквозь сознание пронеслось: «не бывает начала и конца, есть лишь бесконечное множество точек отсчета». «Интересно, какая точка отсчета стала первым пересечением путей Гиалы и Женечки, и где она находилась?».

- Палладина, ты куда улетела?

Ира вышла из задумчивости и повторила Женечке вслух все пролетевшие сквозь сознание мысли.

- Ира, уверяю тебя, первая точка отсчета была здесь.

- Может, ты все же что-то не помнишь?

- Исключено. Я бы узнал ее.

- Почему ты так уверен?

- Ира, я уже очень давно научился узнавать всех, с кем сталкивался.

- Жень, выслушай внимательно.

- Слушаю.

- Жень, я не сомневаюсь, что ты узнаешь всех, с кем судьба сводила тебя, но… И это очень важное «но». Помнишь, ты мне как-то говорил, что осознание сути снисходит на человека, если снисходит вообще, как правило, не ранее, чем через тридцать-сорок лет земной жизни?

- Помню, конечно.

- Как я знаю с твоих и не только с твоих слов, рождался ты на Земле человеком не раз, и в каждое из этих появлений жил гораздо более продолжительный период, чем положено обычному человеку.

- Ну-у… Только в прошлые разы далеко не так долго, как в этот.

- Это неважно. Важно то, что до того, как ты становился способен к столь продолжительному использованию человеческого тела, ты неминуемо проживал те три-четыре десятка лет, которые затем становились для тебя небольшой и несущественной прелюдией, так?

- Так.

- Ну?

- Что ну?

- Жень, соображай! Видишь ли, я отчего-то уверена, что если некто, появляясь в этот самый период трех-четырех десятков лет, не оставался в твоей жизни после осознания сути, то… – Ира многозначительно смотрела на Женечку.

- Ты хочешь сказать, что… – Женечка выглядел потрясенным.

- Вот именно! Это вполне может быть далеко не первая ваша встреча, просто предыдущая или предыдущие вполне могли приходиться именно на период твоей самой обычной человеческой жизни и не выходить за его рамки, а следовательно, воспоминания об этих встречах несколько иного уровня, то есть уровня, недостаточного для последующего узнавания. По крайней мере, осознанного.

Женечку аж пришибло.

- Да-а-а-а… – протянул он, удивленно разглядывая Иру. – Это еще кто кого вести должен.

- Жень, смотря куда.

- Вы, в конце концов, хоть куда-то собрались? – спросил Лоренц, мерной поступью заходя в гостиную.

- О! – обрадовалась Ира. – А где Зив?

- Дома ждет. Я оказался менее терпеливым.

Ира взглянула на часы. Они показывали уже половину двенадцатого.

- Женечка, похоже, мне пора тебя покинуть, если только ты не горишь желанием составить нам компанию.

- Куда собрались-то?

- На Ажек.

- С удовольствием бы, но подозреваю, если я прогуляю еще один день, меня Генка живьем съест.

- Я уже заметил, что он – деспот, – промурлыкал Лоренц.

- Эту функцию они исполняют по очереди, меняясь строго по графику, – уточнила Ира.

- Язвишь, Палладина?

- А как ты догадался?

- Ладно, дуй к своим водопадам.

- Как скажешь, – Ира направилась к проходу. – Пока.

- - -

Зив настоял, чтобы Ира позавтракала. Есть ей вовсе не хотелось, но, стоило лишь прикоснуться к, приготовленным Татьяной Николаевной салату из огурцов с помидорами и молодой картошке, поджаренной со сметаной, чесноком и укропом, как тут же проснулся волчий аппетит.

- Периодами просто поражаюсь интуиции Татьяны Николаевны!

- Ее интуиция здесь почти ни при чем, – важно промурлыкал Лоренц. – Мы с ней тоже разговариваем, но так, чтобы она нас не слышала, а то, что мы ей говорим, воспринимала, как собственные мысли.

- Забавно… – Ира, продолжая поглощать пищу, задумалась. – Есть у меня такое ощущение, что не только вы этим занимаетесь, а и многие из ваших собратьев по видам.