Корпорация «Исполнение желаний» (СИ) - Мелан Вероника - Страница 78

— Здравствуй, Тед.

— Что с тобой случилось такое? — Встревожился собеседник, когда я по привычке моргнула и на долю секунды открыла глаза.

Я поморщилась.

— Не переживай, это временно, и уже проходит. Сам-то как?

— Да сам потихоньку. Болею, но живой. Остальное уж не так важно. Я вот зачем пришел…. Я ведь знаю, что это ты нам кепки спровадила, кто на полях-то,… а то так бы и обгорали под солнцем.

— Да не стоит, Тед. Они вам были нужны.

— Все равно тебе большое спасибо от всех. Но я, собственно, не за этим. Слыхал я про ту бестию, что амбар подожгла и про то, как она тебе бензин подкинула. Все уже слыхали, слухи-то, они быстро разносятся.

Я грустно кивнула.

— Так вот я подумал спросить, а не украла ли она у тебя чего, пока в комнате орудовала? — Тед снова закашлялся. А я напряглась.

Почему он спрашивает? Как мог узнать?

— Да. — Не стала врать я. — Действительно пропала одна вещь. А почему ты спрашиваешь?

— Потому что нашел кое-что. Дай руку.

Я, странным образом волнуясь, протянула руку вперед. В ладонь легло что-то тяжелое и до боли знакомое на ощупь. Не веря собственным ощущениям, с гулко бьющимся сердцем, я притянула это к себе поближе и принялась ощупывать пальцами. Ну, конечно! Та же ткань, тот же звук стукающихся друг о друга камешков, тот же вес…. Сколько ночей он провел под моей подушкой в тесной каморке? Только теперь, все было какое-то грязное и пыльное.

— Где? — От волнения мой голос прервался. — Как ты нашел это?

Тед облегченно выдохнул.

— А ведь я знал, что твое! Как в воду глядел! Теперь слушай, как дело было. Я по ночам плохо сплю, потому что кашляю. А когда приступы совсем донимают, то выхожу на улицу, чтобы мужикам спать не мешать. Они итак, целыми днями маются, а тут еще ночью из-за меня глаз сомкнуть не могут…. Так вот вчера я вышел на улицу, потому что снова закашлялся. Посмотрел по сторонам, патруля не видно, ну и пошел вдоль поля, чтобы подышать, успокоиться, да сон нагулять. Шел-шел куда-то, направления не выбирал, а потом увидел ее — девку эту! Я поначалу не понял даже, что она делает, только волосы ее белесые узнал. Сидит она, значит, на корточках и в земле копается. Под кустом прямо, что за женским бараком растет. Ну, я думаю: «Мало ли, нужду справляет или чего еще…» Не стал ее окликать, просто пошел обратно и все.

Я его не перебивала. Слушала, затаив дыхание, а сердце продолжало колотиться быстро и гулко. Вот куда, оказывается, запропастились мои камушки.

— Я сразу-то не смекнул, что к чему. А вот потом, когда услышал эту историю с амбаром, так и задумался. Не сразу, правда, но задумался. И чего она копалась там тогда впотьмах? Зачем бы это ей? Если только не прятать чего? А если прячет, то где взяла? Только там, где была накануне вечером. А была-то она как раз у тебя! И все мне это покоя не давало! Могло ведь так быть, что я и ошибался, мало ли как бывает. И ведь поздно ночью я все-таки решился пойти туда. Сам себя корю, ну не дурак ли? Куда черт несет? Еще решат, что к бабам…. А потом думаю, а «вдруг»? Вдруг там есь какая тайна? И ведь нашел! — Обрадовано воскликнул Тед. — Нашел! В мешочек, правда, каюсь, заглянул, Но ничего не взял! Тут крест даю! Зато сразу все понял — если та девка под кустом их прятала, то, значит, своровала, не смогла у себя в бараке хранить. А если своровала, то точно у тебя! Вот поэтому и принес….

Я едва не плакала от благодарности.

— Спасибо, Тед. Если бы не твоя наблюдательность, то не видать бы мне камней назад. А они — подарок. Я уж и не думала, что вернутся.

— Ну, вот видишь! Не зря я мыслил об этом, значит! — Польщено ответил тот. — Мне приятно, что не зря. Тем более, ты нам столько добра сделала.

— Да будет тебе…. — Я на ощупь дотронулась до его руки. — Кто другой бы и не принес. Себе бы оставил. А ты вернул. Даже и не знаю, как благодарить.

— Я бы не оставил. — Твердо ответил мой сосед по автобусу. — Не беру чужого. Так уж я скроен. А благодарить меня не надо, я сделал, как сердце велело. И рад, что все хорошо закончилось. А ты выздоравливай! Негоже это болеть, ни молодым, ни старым.

Он ушел, а я все стояла в тени куста, глядя туда, где затихли его шаги.

Надо же, как все повернулось.

Янка камни из комнаты взяла, а когда бежать решила, то почему-то забыла про них. И на мое счастье их заметил не кто-то другой, а именно добросердечный и честный Тед. Бывают же удачные совпадения. И не то, что бы эти камни были какими-то особенными — прожила бы я и без них, но было все же невыразимо приятно знать, что еще одна любимая частица твоей жизни вернулась на место.

Кто бы там ни следил за судьбами и совпадениями в них, я мысленно сказала ему «спасибо».

— Ты чего там так и стоишь? — От кухонного проема раздался голос кухарки. — Вроде, ушел уже твой гость?

Когда она подошла ближе, я спросила:

— Табита, ведь у тебя хранится ключ от моей комнаты?

— Да, есть такой. Хочешь туда сходить?

— Да.

— Ну, так опирайся на локоть, слепая ты, моя…. — Засмеялась она. — А чего гость-то приходил?

— Принес одну вещь, которую я потеряла.

— А-а-а! Это хорошо, что принес. Честный, значит, мужик…. Говорила я, что на морду не злобный вроде….

Мы потихоньку заковыляли к особняку.

День вновь расцвел яркими красками.

Мы снова сидели у того же самого фонтана. Только теперь вместо ночи был ранний вечер, а в пересохшем ранее бассейне плескалась вода. Я ее не видела, но мне хватало ласкового журчания, что радовало слух. Это было хорошее место, и Халк сам выбрал его, чтобы неторопливо провести вечер, вдали от ранчо.

Людей, как и прежде, было мало. Лишь изредка слышались отдаленные шаги и голоса прогуливающихся. Судя по тому, что жара спадала, солнце уже клонилось к горизонту.

— Что ты хочешь, чтобы я сделал с Алексом? — После того, как мы провели какое-то время в молчании, спросил Халк.

Я удивилась. Вот уже какое-то время я вообще не вспоминала о своем бывшем мужчине, а если и вспоминала, то чувствовала лишь облегчение, что его больше нет в моей жизни.

— А зачем что-то нужно делать с Алексом?

— Он обманул тебя.

— Да, обманул. А почему ты думаешь об этом?

— Меня задевает мысль о том, что из-за него ты попала сюда, в то время как он сам нежится на пляже, тратя те деньги, что тебе так дорого достались.

Я пожала плечами.

— Да, мне тоже это неприятно. Но если бы не это, я бы никогда сюда не попала. А значит, не встретилась бы с тобой. Стоит ли тогда кого-то винить за то, что произошло? Или же считать это подарком?

— Может быть, ты права. Ты всегда слишком добра. — В голосе Халка послышалась улыбка. Затем он снова стал серьезным. — Но если в этот раз все обернулось хорошо, то в другой могло выйти и иначе. Я мог бы позаботиться о том, чтобы этот тип кое-что усвоил в жизни.

— А как бы ты это сделал, находясь в Тали? — Все-таки любопытство взяло верх над монашеской сдержанностью.

— У меня остались кое-какие связи. Я многое мог бы сделать, но сначала хотел бы услышать, что ты об этом думаешь.

Я помолчала. А что я об этом думала? Конечно, Халк прав — я старалась быть добрее там, где это было возможно. Но я отнюдь не заблуждалась о том, что в мире есть и те, кто доброты не заслуживал. Однако стоило ли поддаваться злости, горечи или чувству мести? Что принес бы мне положительный ответ? Поощри я Халка на ответные действия, которые заставят Алекса страдать — принесло бы это мне больше радости в жизни? Стало бы мне легче дышать, зная, что виновный наказан?

Да нет, не особенно. Мне, если честно, было все равно, как он там проводит время со своей любовницей.

В конце-концов, Алекс не требовал денег с меня, он пытался заставить платить Элмера. Но так уж выпали карты, что именно я отправила требуемую сумму. Другое дело, что, даже зная этот факт, у Алекса не хватило смелости признаться во всем и вернуть деньги. Вместо этого он предпочел раствориться, забыв, что дома его кто-то остался ждать.