Корпорация «Исполнение желаний» (СИ) - Мелан Вероника - Страница 67

А руки его были теплыми и заботливыми. Так спокойно было сидеть, прижавшись щекой к его груди, пыхтя и посапывая, слушая, как бьется его сильное сердце. Мне бы встать и заверить его, что я уже не плачу, что это просто несуразный инцидент, и он прав — мне не стоит так расстраиваться, и это всего лишь посуда, но я почему-то продолжала сидеть без движения и без слов. А он продолжал меня держать, гладя по волосам, и дыхание его касалось моей щеки. Мои же липкие пальцы судорожно сжимали его рубашку, цеплялись за нее будто за спасательный круг, и мне было все равно, что на ней останутся следы, что ее придется стирать. Слишком хорошо в этот момент было чувствовать под пальцами кого-то большого, сильного…. родного. Чувствовать, что рядом есть кто-то теплый, кто-то, кто защитит и поможет, поддержит или просто помолчит, потому что даже тишина становилась уютной, когда вокруг, как сейчас, смыкались его руки. Что же я делаю?

Опомнившись, я еще раз тяжело вздохнула и сказала.

— Да, прости. Ты прав, и это всего лишь посуда. Хотя я все-таки что-то расколотила.

Он улыбнулся. Я каким-то образом почувствовала это.

— Как ребенок…. Ей-богу… — Тихо ответил он. — Хочешь, я тебе цветные карандаши дам, стены разрисуешь?

— Я же не вижу.

— Тем интереснее. Разрисуешь все, до чего дотянешься.

— Да ну тебя! — Я не удержалась и тоже улыбнулась. Затем обиженно пожаловалась на судьбу. — У меня пальцы липкие.

— Сейчас отмоем. Пойдем в ванную и отмоем.

— И сок на ногах!

— Ототрем.

— И йогурт я так и не нашла!

— Я тебе еще один дам.

— Не хочу еще один….

— Собрать тебе с ковра предыдущий?

Я ткнула его пальцем в бок, Халк тихо засмеялся.

Разговор получался почти нелепым, но каким-то теплым и уютным. Домашним.

Меня удивляло, что я продолжаю сидеть на коленях у человека, который должен был по праву считаться моим хозяином, а на деле казался, если не членом семьи, то, по-крайней мере, близким другом.

Я пошевелилась, понимая, что нужно слазить с насиженного места. Неудобно как-то….

— И все-таки я растяпа. Так неловко….

— Шерин. — Сказал Халк, и голос его прозвучал как-то особенно, как если бы он намеревался сказать дальше что-то серьезное. — Ты меня послушай сейчас. Хорошо?

— Хорошо.

— Пожалуйста, позволь мне заботится о тебе. Помочь тебе со всем, что тебе может понадобиться.

— Но….

— Я не договорил.

— Прости. — Я пристыжено умолкла. Но мне действительно было неловко, как бы я ни пыталась этого скрыть.

— Я очень хочу, чтобы ты пошла мне навстречу и помогла в этом, озвучивая любые желания. Иначе, я могу о них просто не узнать.

Я продолжала молчать. Сердце его билось рядом, а пальцы осторожно проходились по волосам. По моей спине прошла волна дрожи, на этот раз вовсе не от смущения, а от того, что Халк продолжал меня держать, и это становилось….. слишком чувствительным.

— Ты сделаешь это для меня?

Кое-как выдохнув после надолго задержанного вдоха, я прошептала.

— Хорошо.

Его палец ласково прошелся по щеке. Еще одно такое движение, и я волна возбуждения докатится туда, где ей совсем не следует быть. Я не шевелилась, боясь спровоцировать все что угодно.

— Но почему, Халк? — Тихо спросила я. Мне было очень важно услышать ответ на этот вопрос. Я просто не могла не спросить. — Почему ты это для меня делаешь?

Его пальцы осторожно прошлись по моему подбородку, на мгновение замерли, а потом приподняли лицо. Теперь его дыхание было на моих губах. Я почувствовала, что дрожу, что мне нужно сменить положение, что….

Не успела я придумать, что, как Халк поцеловал меня.

Неторопливо, осторожно, пробуя, проникая, успокаивая, наслаждаясь, одновременно посылая жаркую волну вниз по животу. Его губы не торопились, как бы говоря — Здравствуй! Открывай дверь, я здесь новый хозяин. И нет, не надо возражений, они все равно не примутся. Потому что я пришел сюда насовсем, и чтобы тебе не было обидно, я сделаю так, что будет понравится новый расклад вещей.

Когда поцелуй закончился (или все лишь прервался?), я все еще чувствовала, дыхание Халка на своих губах, а между ног у меня пульсировало так, что пришлось с силой сжать мышцы бедер. Комната наверняка вращалась бы вокруг меня, будь я способна это увидеть.

Теперь подушечка его большого пальца медленно обводила мои припухшие губы, отчего приходилось сжимать ноги еще плотнее.

— Тебе все еще нужен ответ на твой вопрос? — Спросил Халк мягко.

Я была в смятении.

Нервы мои были напряжены до предела, кровь пульсировала в ушах, грозя заглушить мысли, которые не представляли особой ценности, потому что носились, как угорелые. Я не просто нервничала — я не могла найти себе ни места и ни секунды покоя.

И конечно, виной всему был Халк.

Сейчас его не было в комнате, он покинул кабинет около часа назад, в то время как я, судорожно сцепляя и расцепляя пальцы, стояла где-то возле дивана, не зная, в какую сторону двинуться. Ни стоять, ни сидеть, ни лежать — ничего не помогало успокоиться.

Что Халк наделал? Зачем поцеловал? Да еще так, что я проплавилась до самого пола!

И ведь не отпустил сразу после этого, а долго еще держал в своих объятьях. И те слова, которые он произнес, прежде чем отпустить, до сих пор звучали в моих ушах — «Привыкай. Теперь это самое безопасное для тебя место в мире».

О, боже! Я едва не взвыла и снова покрылась мурашками. Этим поцелуем и поведением, он ясно дал понять, что с этих пор наши отношения становятся другими. Сильно. И насовсем. Я не знала, откуда ко мне пришло знание про «совсем», но я точно знала, что права.

Халк — не мальчик. Он не будет играть в игры, не будет притворяться, не будет просто «утешать» кого-то только ради того, чтобы высохли слезы. Если он пришел к выводу, что наши отношения должны стать другими, значит, он думал об этом прежде. Каким-то образом я чувствовала Халка — его самого, образ мыслей, настроение. Да, он думал. И не один день. И теперь он все решил.

И какое прекрасное время он выбрал для проявления своей заботы! Именно тогда, когда я больше всего нуждалась в чьей-то поддержке. «Да не чьей-то…» — поправила я саму себя. Зачем врать-то? Не в чьей-то, а именно в его — Халка — поддержке. Как можно устоять, когда ты полностью слеп, а кто-то стопроцентно добр?

Колени, не выдержав веса моего тела, потому что внезапно стали мягкими, подогнулись, и я со вздохом опустилась на пол. Выкручивать руки при этом не перестала.

«Я скоро вернусь» — Сказал Халк уходя.

И он действительно скоро вернется.

Я мысленно взмолилась Господу, чтобы дал мне сил принять верное решение. Потому что если я хочу сказать Халку «Нет», то нужно сделать это сейчас. Не потом…. Не после того, как проведу с ним еще одну ночь (которая хорошо, если будет, как и предыдущая, наполнена кошмарами). А если нет? Я прекрасно знала, что будет, если вдруг я почувствую себя лучше….

Халк перешел в наступление. И покорение. Он не будет долго ждать, не та это порода мужчин, которые бездействуют или выжидают…. Это не Алекс, с которым можно было иногда просто приятно проводить время, так сказать, «по-соседски». Если Халк заявит свои права, то ему должно будет принадлежать все, каждый дюйм моего тела — от кончиков волос до пальцев на ногах. От первой и до последней моей мысли в голове.

Поэтому если я все же хочу сказать «нет», нужно делать это сейчас, обосновав для себя все «за» и «против». Да, нужно решить все для себя или сейчас или никогда.

Я попыталась мыслить логически.

Я — Шерин Мур — свободная (не от Тали, конечно) женщина, и вправе быть с тем, с кем хочу. Здесь все чисто. Я никого не предаю и никому не изменяю. Идем дальше. Что будет, если я решу сказать Халку «да»? Мне придется навсегда остаться в Тали и жить здесь «долго и счастливо»? Как бы хорошо я не относилась к Халку, такая перспектива меня пугала. Как можно добровольно остаться навсегда в 3Зей зоне, зная, что вокруг — где-то там — существует настоящий нормальный мир? Получается, если я не могу представить себя живущей здесь, нужно определенно сказать Халку «нет».