Лики Японии - Берндт Юрген - Страница 72

Взаимопонимание и взаимное знакомство предполагают взаимную информацию. Личные встречи руководящих представителей обоих государств создали для этого надежную основу. И ныне настало время ликвидировать все существующие еще недоразумения и предубеждения. Расстояния между странами, что и говорить, велики, однако в эпоху реактивных лайнеров расстояния — не столь уж большое препятствие для взаимопонимания.

Хотелось бы еще раз сказать, что основной целью книги было именно углубление взаимопонимания и что книга не претендует на всеобъемлющее описание японской жизни. Это лишь личные впечатления о Японии, вынесенные за 30 лет ее изучения. События описаны в той последовательности, в какой они имели место в соответствии с многообразием самой жизни. Вначале я надеялся хотя бы в общих чертах изобразить законченную картину Японии, однако в процессе работы над материалом убедился, что могу предложить лишь отдельные эпизоды.

О многом можно было бы еще говорить, например о многообразии японского ландшафта, о красоте традиционных жилищ, сохранившихся в городах Курасики и Канадзава или в некоторых сельских местностях. Следовало бы больше написать и о городке Никко с его святилищами в стиле барокко, ибо японская пословица гласит: «Кто не видел Никко, не способен говорить о красоте». Значительно больше можно было бы поведать о Токио, поражающем своими противоречиями и контрастами, судорожным темпом жизни, или более подробно остановиться на дзэн-буддизме, о котором говорит сегодня весь мир. Что же касается японской экономики, хотелось бы рассказать о крупных торговых фирмах, которыми пользуется японский производитель, не располагающий, как правило, собственной торговой сетью для сбыта своих товаров. А сколько можно было бы говорить о спорте в Японии, например о любимых японцами бейсболе и древней борьбе сумо, в которой участвуют мощные (весом от 100 до 140 килограммов) борцы. Хорошо бы было рассказать о традиционных видах искусства и о чайной церемонии, о японском искусстве расстановки цветов и веток в вазах (икебане), а также о том, как проводят японцы свое свободное время, и описать повседневную жизнь японцев в целом.

Но где-то надо было поставить точку. И то, что она была все же поставлена, явилось полной неожиданностью для меня самого. Хотелось написать еще несколько страниц, в том числе продолжить мысль приведенной в первой главе эпиграммы Ику Такэнаки об ограниченности суждений о Японии некоторых современников. Они звучали бы примерно так:

Необходимо было поразмышлять о стране, которая не отличается большей загадочностью, чем другие страны, но которая подчас задает загадки. И пусть никто не считает себя задетым, если попутно была снята частица очарования с того или иного экзотического явления, меньше всего повинного в том, что его воспринимали лишь как экзотику. Однако этот народ и страну можно любить и без экзотической вуали.

«Литература, посвященная путешествиям, достигает в настоящее время чудовищных размеров, так как весь мир пустился в путешествия. Как правило, книги, написанные туристами, превратились в настоящее бедствие», — писал в прошлом веке специалист по истории культуры и писатель Фердинанд Грегоровиус, называя подобные писания «совершенно ужасным видом издевательства над природой и искусством».

Если автор этой книги и надеется на что-то, так только на то, что хотя бы не «замучил» своего читателя.

За проявленное к автору терпение он говорит читателю «Аригато годзаймасу» — «Сердечное спасибо», «О-гэнки дэ» — «Всего доброго!» и «Саёнара» — «До свидания!»

Иллюстрации