Сребреники Иуды - Макбейн Скотт - Страница 48

Он начертил в воздухе крест, произнес несколько заклинаний, и они оказались в огненном кольце восьмого астрала. Сутана отца исповедника стала темно-синей и засияла сильным пульсирующим светом.

Напротив возникли Хелен и Пол. Причудливо извиваясь, они двинулись на нее, произнося смертельные проклятия.

— Не бойся! — крикнул священник. Эти слова она не услышала, а словно почувствовала.

Отец исповедник изменился, вспыхнув чистым белым светом. Фигуры Пола и Хелен затрепетали, начали раздуваться и сжиматься. Пол оказался в саду. Деревья и цветы были похожи на те, что он видел на третьем астрале. Но этот сад был настоящий, живой. От него исходило радостное тепло. Полу казалось, что его бросили в бассейн с живой водой.

— Пол, выслушай меня. Тебя обманывают…

Он повернулся. Рядом стояла женщина, монахиня.

— Это не обман, я проверял.

— У нас мало времени, Пол, — монахиня. — Поэтому не перебивай. Тебя обманывают. Я попытаюсь объяснить. Во Вселенной существуют два мира — земной, в котором временно правит бал дьявол, хозяин земли крови, и второй, духовный. Здесь вечно правит хозяин земли жизни.

— И что мне до этого?

— Все. Хозяин земли крови приобрел власть над людьми. Как я уже сказала, временно. Но ты живешь также и в другом невидимом мире, в котором можешь остаться после смерти навечно, если не продашь душу хозяину земли крови.

— А что в этом мире интересного?

— Ты приобретаешь бесценное сокровище. Вечную жизнь в любви и благодати, дарованную Богом. Но хозяин земли крови, в незапамятные времена лишенный этого дара, жаждет получить твою душу. Принимая от него монету, ты продаешь душу в рабство, после чего будешь возделывать землю крови до скончания времени.

Пол посмотрел на сребреник Иуды. В глубине души сформировалось острое побуждение отдать его монахине, покончить с этими играми, слишком рискованными для человека, смирить гордыню и освободиться от пут дьявола.

Рядом возникла Хелен, переполненная яростью.

— Не показывай монету, идиот! Не поддавайся!

— Но…

В следующее мгновение он снова оказался в парке в Риме. Обессиленная, Хелен с трудом перевела дыхание.

— Ты дурак. Разве не ясно, что это духи с высших астралов. Яркое сияние указывает, что они находятся на самом краю восьмого астрала. Эти духи стремятся тебя уничтожить.

— Значит, эта монахиня — дух?

— Все, что она тебе говорила, вранье, — раздраженно бросила Хелен. — Ты только пройди девятый астрал, а дальше тебе уже никто не посмеет бросить вызов.

— Чего они хотят?

— Как чего? Они ищут монету, чтобы с ее помощью обрести мудрость. Но если они ее добудут, нам конец.

— Почему?

— Потому, Пол, что наша судьба теперь связана с сребреником Иуды. — Хелен усмехнулась. — Не мы управляем монетой — она управляет нами.

— Они ушли, — устало проговорил отец исповедник.

Он израсходовал слишком много духовной энергии и выглядел совершенно изможденным. Мэри подняла голову.

— Этот сад существует на самом деле?

— Да, но в астральном пространстве, — ответил отец исповедник. — На стороне добра. В отличие от феноменов, которые создают силы зла, этот сад подлинный. Дело в том, что зло — это искаженное, извращенное добро, и потому оно не может создать ничего нового.

— Они сегодня вернутся? — спросила Мэри.

— Не думаю. — Отец исповедник встал. — Но нам нужно уходить. Жаль, что этот дом стал нечистым местом.

— Кто же эта женщина?

— Она очень мощный злой дух, — сказал отец исповедник, — но воздерживается от использования своей силы.

— Почему?

— Потому что не хочет, чтобы мы узнали имя подлинного владельца монеты.

— Это для вас важно?

Священник кивнул:

— В этом наша единственная надежда. Мы будем знать, существует ли способ ему противостоять.

— Но у вас есть какие-то предположения, кто действительно владеет монетой? — с тревогой спросила Мэри.

— Да. — Голос отца исповедника дрогнул. — Это сам ангел тьмы.

Глава тридцать первая

— Туннель нашли!

— Где?

— Под собором Святого Петра!

Кардинал Бенелли внимательно выслушал посыльного.

Сегодня это была первая добрая весть. Остальные, все как одна, мрачные. Утром служащие обнаружили, что два витражных окна в личной часовне папы разбиты. Никто из посторонних сюда проникнуть не мог. Как же такое могло случиться? Но это случилось. По Ватикану быстро распространилась весть о дурном предзнаменовании. Грядет большая беда. Но какая именно? Этого никто не знал, кроме Бенелли.

Из Сан-Франциско звонил отец исповедник. Да, сребреник Иуды вошел в мир. Теперь в этом нет сомнений.

После мессы кардинал отменил все утренние мероприятия и поспешил в собор Святого Петра. Может быть, останки Сильвестра II, последнего обладателя сребреника Иуды, помогут понять, как противостоять действию этой монеты? Или мы опять идем по ложному следу?

У главного алтаря его встретил префект секретного архива.

— Кардинал, вас посетила гениальная догадка. Мы только что обнаружили карту семнадцатого века, на которой показан подземный проход из грота собора Святого Петра к обелиску на площади. Должно быть, туннель вырыли в 1586 году, когда выносили обелиск на площадь. А затем по какой-то причине его заложили кирпичом.

Они спустились в грот, где кипела работа. В дальнем конце рабочие кувалдами разбивали кирпичную стену. Считалось, что эта стена — часть античного римского кладбища, над которым был построен первый собор. Теперь, когда сбили штукатурку, оказалось, что это камуфляж. Зачем? Меньше чем в десяти метрах от этой фальшивой стены находилась гробница святого Петра. Неужели это случайно?

Вопросы, вопросы и ни одного ответа.

Бенелли сел на ступеньку. Теперь уже стало известно, когда останки папы Сильвестра перенесли из гробницы. Префект обнаружил в секретном архиве запись, сделанную историком Распони, который указывал, что гробница папы.была вскрыта в 1648 году.

СильвестрIIлежал со скрещенными руками в мраморном саркофаге на глубине четырех метров. Тело было почти не тронуто тленом, как и одеяние понтифика и священная тиара на его голове.

Значит, легенда врет, и конечности Сильвестра не были отсечены. Однако Распони не сказал, где перезахоронили тело Сильвестра. Почему?

Наконец рабочие пробили довольно широкий проход. Бенелли приказал всем удалиться — так повелел папа. Гробницу Сильвестра II имел право увидеть только он, Бенелли.

Кардинал опустился на колени, произнес молитву, а затем вышел в туннель, который оказался достаточно широким, чтобы могли пройти два человека. Стены выложены кирпичом и покрашены белой краской, разумеется, во многих местах отслоившейся.

Бенелли двинулся по туннелю, поднимая клубы пыли. Еще бы! Ведь в последний раз люди заходили сюда четыреста с лишним лет назад. Идти пришлось больше двухсот метров, до фундамента обелиска. Выходит, туннель построили, чтобы проверять состояние фундамента? Однако рядом на стене была выбита дата — 1648.

Обелиск передвинули на середину площади в 1586 году. Почему же туннель построили лишь спустя шестьдесят лет? Что произошло в 1648 году?

Справа от обелиска проступала еще надпись. Бенелли стер вековую грязь и отпрянул в шоке. На стене красной краской был изображен огромный крест, а под ним слова: Sylvestrispp.Secundi.

Теперь стало ясно. Туннель построили, чтобы перенести к обелиску усыпальницу Сильвестра. Здесь никто из здравомыслящих не догадается ее искать. Зачем? Ответ вскоре был получен. Ниже под крестом можно было разглядеть еще одну надпись. Она была такой же, что и на сребренике Иуды: «Salvame,RedemptorMundi» — «Сохрани душу мою, Спаситель мира».