Сребреники Иуды - Макбейн Скотт - Страница 38

Продолжить не удалось — начались галлюцинации. Он был в океане, на судне, во время тайфуна. Прямо на него неслась огромная водная лавина. Она должна была его раздавить, но он был уже на крыше небоскреба. На самом краю. Еще шаг — и упадет в бездну. Отец Дэвид лег на спину, отчаянно сопротивляясь, но невидимые руки продолжали его тащить.

Галлюцинации накатывали, одна причудливее другой.

Он в густом темном лесу, со всех сторон обложенный стаей свирепых волков. Дальше бежать некуда, он тонет в вонючем, гнилостном озере, увлекаемый на дно тяжелыми камнями, привязанными к ногам, хватает ртом воздух, умирает.

Ощущения были настолько реальные, что отец Дэвид корчился в страшных мучениях, то терял сознание, то приходил в себя. Его противник был намного сильнее, он просто играл с ним. Крест выпал из руки монаха.

Мэри нашла отца Дэвида у двери в подвал. В его сумке оказалась еще бутылочка святой воды, которой она окропила ему голову, затем потащила к входной двери. Ее тоже охватывал ужас, но она знала, что должна ему помочь.

Неожиданно где-то рядом с сердцем поднялся жар, обжигающий, как пламя. И в сознании вспыхнули слова заклинания нечистой силы. Она выкрикнула их, даже не понимая смысла:

— Я заклинаю тебя, дьявол, судом живых и мертвых и Создателем мира, который посылает тебя в ад. Так поди же прочь от этого слуги Божьего!

В нескольких тысячах миль отсюда, в маленьком итальянском монастыре, находящаяся в глубочайшем трансе монахиня увидела происходящее в доме Стафферов. Ее дух вошел в сознание Мэри и произнес заклинание. Началось сражение.

Катерина из Бенедетто встретилась с врагом на седьмом астрале. Два мощных духа: один вооруженный злом, другой — светом. Для Хелен не составило труда расправиться с каким-то заурядным священнослужителем. Другое дело было столкнуться лицом к лицу с живой святой. Хелен знала, что без помощи сребреника Иуды она не сможет противостоять монахине. Мало того, борьба существенно ее ослабит. Конечно, можно было извлечь монету и с ее помощью убить монахиню, но тогда пришлось бы отказаться от Пола, что невозможно.

Повторяя заклинание, в кромешной тьме Мэри тащила отца Дэвида через кухню в холл. Не видно было ни дверей, ни стен. Из мглы вылезали извивающиеся змеи с глазами, наполненными человечьей злобой. А позади проступало святилище каких-то колдунов — на стенах магические знаки, руны, у алтаря люди, которых пытали огнем. К ней приближался демон. Мэри не решилась поднять глаза, только взмолилась:

— Спаси меня, о Боже!

В этот момент Катерина из Бенедетто разбила дьявольские чары, и Мэри окатила волна запредельной радости. Любовь монахини вошла в ее душу, изгоняя смертельный страх. Она вскрикнула и упала без чувств.

Сознание вернулось через несколько минут. В доме горел свет, она лежала на полу в холле, рядом отец Дэвид в тяжелом состоянии.

В голове прозвучал негромкий приказ:

— А теперь уходи. Быстро.

В тысячах миль от Сан-Франциско Катерина из Бенедетто поднялась от алтаря. Она видела истинную личину Хелен — чудовище. Видела также у нее в руке сребреник Иуды. Но Катерина знала, что владеет им не Хелен, а совсем другой, более темный и могущественный дух, который обитает за границами астральных уровней. Катерина не смогла увидеть его лицо, но он становился все ближе и ближе, готовясь войти в мир людей.

И Катерина из Бенедетто с горечью осознала, что, какой бы мощной ни была ее духовная сила, противостоять ему она не сможет.

Поскольку это был непреодолимый дух.

Закрыв дверь, сестра Марта с тревогой посмотрела на Мэри.

— Вам с дочерью ни в коем случае нельзя покидать монастырь.

— А если мы уедем в другой район или в другой город?

Мать настоятельница отрицательно покачала головой.

— Мэри, вы не поняли. Для злых духов не существует расстояний в человеческом понимании этого слова. Они способны даже перемещаться во времени. От них невозможно скрыться. И пожалуйста, о том, что произошло у вас в доме, ничего не говорите дочери.

— А мужу?

Сестра Марта удивленно посмотрела на нее.

— Я бы хотела увидеть его здесь завтра днем. Но ведь он не придет. Верно?

Мэри кивнула.

— А как отец Дэвид?

— Он серьезно болен.

— Что с ним?

— Не знаю.

Вошла монахиня, наклонилась к сестре Марте и что-то прошептала на ухо. Та встала.

— Извините, Мэри. Я должна поспешить к отцу Дэвиду. Он умирает.

Лицо заклинателя нечистой силы было пепельного цвета. Его уже соборовали. Он безучастно смотрел перед собой, вступая на дорогу, ведущую в потусторонний мир. Сестра Марта присела рядом.

— Вы сказали, что видели монету.

Монах едва заметно кивнул.

— Бенелли…

— Я поняла. — Сестра Марта взяла его ледяную руку в свои. — Нужно позвонить кардиналу, сообщить о монете. — Она помолчала пару секунд. — Это была та самая монета, которую нарисовала девочка?

И он снова слабо кивнул. Его лицо постепенно становилось пурпурным.

— Отец, но что это значит?

Отец Дэвид не смог ответить, потому что уже отошел в мир иной. Сестра Марта заплакала.

Если демон смог так легко одолеть отца Дэвида, то, возможно, и в ее монастырь не побоится войти.

Господи, помилуй нас грешных!

Глава двадцать шестая

Кардинал Бенелли, морщась, прислушался к шумам в коридоре. Стук открывающихся и закрывающихся дверей, негромкие разговоры — ежедневная рутина, сотрудники занимаются привычными делами. Обычный день в сердце Ватикана. Однако для него этот день был особенным — час назад ему сообщили об участи отца Дэвида.

Кардинал был убит горем. Винил себя, что пропустил сообщение этого человека о монете, вовремя не отреагировал. «Из-за меня умер этот святой подвижник», — повторял он про себя.

Бенелли был уверен, что силы зла играют с ним уже совсем открыто. Насмешничают. «Ты думаешь, что раз кардинал, раз надел красную сутану, значит, очень умный? Ничего подобного! Для нас ты глупец. Мы обвели тебя вокруг пальца и обведем столько раз, сколько захотим. А ты своей тупостью приведешь к нам в ловушку остальных».

«Что делать? Пойти сказать святому отцу, что я не могу продолжать работу? А может быть, Иоанн XXV уже это заметил? Провалы один за другим, а ждать помощи неоткуда», — мучительно размышлял кардинал.

С силами зла Бенелли столкнулся много лет назад, когда только стал священником. Отправители сатанинских ритуалов, черные маги — это все слуги падших ангелов. Культ вуду на Гаити и в Африке, сатанинские секты, действующие в Антверпене, Авиньоне и Риме с одиннадцатого века, осквернение церковных алтарей, похищение детей с целью жертвоприношения, кража церковных святынь и многое другое. Обыватели не замечают, но сейчас эта мерзость стала гораздо активнее, чем в прошлые времена. И ее невозможно искоренить.

Сюда следует приплюсовать разнообразных убийц, не имеющих отношения к сатанинским сектам, а действующих, как они сами потом признавались, по наущению внутренних голосов. Это все части огромного целого, всеобщей одержимости демонами.

Предыдущий понтифик, Павел VI, прямо заявил об этом в 1972 году:

«Дьявольщина — это не просто отсутствие чего-то, но живой, эффективно действующий враг, совращенный и совращающий. Враг, страшный своей таинственностью и необыкновенным коварством. Отказ признавать существование дьявольщины следует считать противоречащим учению Библии и церкви, равно как рассмотрение дьявольщины как вещи в себе, которая не ведет свое происхождение от Бога, подобно всем прочим созданиям, или в виде псевдореальности — персонификации неизвестных причин всевозможных несчастий».

А какие невероятные злодейства творятся во время войны? А терроризм?