СССР - Идиатуллин Шамиль - Страница 62

Данила кивнул, продолжая водить курсором по страничке и бормотать какие-то непонятные программерские словосочетания. Наконец покосился на скорбную физиономию приятеля и щелкнул по «отбору».

– Ну вот, теперь видишь, три варианта: «знай», «умей» и «учись», – показал Никиш. – «Знай» – это викторина, там миллион вопросов по истории, географии и политэкономии, может, по черчению даже, блин, все с советским таким уклоном, и пока на первый правильно не ответишь, второй вопрос не задают. Я сегодня до девятого дошел, половину так взял, за счет истории, остальное через поисковики. А там готовых ответов нету, кто-то умный, блин, вопросы составлял. Минут сорок минимум на вопрос уходит. А вопросов еще тридцать, если не пятьдесят осталось, сегодня точно не успею. «Умей» – это игра, там смесь этой, аркады, стрелялки и загадок.

– Квест это называется, – снисходительно напомнил Данила.

– Да как угодно пусть называется, все равно я не пройду, ты ж знаешь, игрок из меня... А «учись» – это такая энциклопедия, типа, прочитаешь – можешь хоть через викторину, хоть через квест идти, мухом проскочишь. Только там объем как в дурдоме, пять институтских учебников. Я до завтра столько не прочитаю и не запомню.

– А завтра что будет, я так и не понял? Ты ради чего дергаешься-то?

– Да не знаю, и никто вообще не знает. Мне пацан знакомый из Энска сказал – ну как знакомый, мы с ним там в одном историческом форуме вместе сидим, – что это копец какая масштабная акция, только для Сибири и Дальнего Востока: то ли какой-то новый сервис запускается, то ли девайсы новые для испытаний раздавать будут, то ли людей для работы отбирают. Круто, короче.

– Ага, круто, – охотно согласился Данила. – Раздадут вам лазерные мечи и отправят в космос, спасать Галактику. Никиш, ты про Шерлока Холмса рассказ такой читал, где рыжий словарь переписывал?

– У меня под домом банка нет, – мрачно сказал Никиш.

– А почему ты думаешь, что все это ради тебя? Может, кого-то конкретного разводят, а остальные – для массы.

– Один раунд, – попросил Никиш. – Сам увидишь.

Данила хмыкнул и повернулся к экрану.

Перед ним пробежала паутинка инструкций: управление игроком, помощь, три попытки на каждый этап. Никиш сказал: «Сейчас танк будет», и сразу на Данилу помчался очень хорошо прорисованный мужик в синем комбинезоне с надписью «СССР» на груди и бейсбольной битой в руке.

Никиш виновато пробормотал: «А у меня танк был», но слушать его уже было некогда да и незачем: уж проходить first person shooters и прочие экшны Данила умел с закрытыми глазами и затылком вперед. Он вдарил по клавишам, заворачивая мышку, совсем выросший мужик в комбинезоне качнулся вниз и влево, прежде чем получить ногой в тыкву, – и тут же в колонках хрястнуло, а экран покраснел и уткнулся в чахлую травку, по которой ползла малоразличимая из-за фона, но все равно очень реалистичная божья коровка. Похоже, мужик-СССР успел, отлетая, зарядить даниловскому боту как надо.

– Зараза, – сказал Данила, швырнув клавку на стол, но тут же подвинул ее к себе; монитор и колонки дуэтом сообщили: «Вторая попытка» – и мужик бросился снова.

На сей раз Данила нырнул ему в ноги, дергая, сшибая и затаптывая с прыжка, и даже успел заметить, как мужик, чуть откатившись, по очень точной дуге посылает дубинку прямо в монитор. В глаз Данилы, стало быть. Желтое, красное, божья коровка – теперь у самой рамки экрана.

– Ур-роды, – сказал Данила, грянув клавиатурой, небрежно ткнул паузу, вскочил, ушел на кухню, раздраженно хлопнул дверцей холодильника, вспомнил, что вроде ел, вернулся к Никишу, вперившемуся в экран и божью коровку – а, нет, уже уползла, – сел и нервно сжевал остатки бутерброда, бурча про жуликов, некорректные правила и короткоствол, который наверняка вызывается отдельной командой. Он даже понял, какая это, скорее всего, команда, и приготовился ее вбить, но Никиш сказал:

– Данил, а давай подождем.

– В смысле? – нетерпеливо спросил Данила, глядя на тающую строчку «Третья попытка».

– Давай не будем бить, обождем, – торопливо объяснил Никиш.

– Пацифист, штоле, – начал было Данила, но оборвал себя: – Тебе видней, тебе ж играем.

Он спрятал руки под колени, чтобы ненароком ничего не нажать, и со старательным равнодушием уставился в экран. Мужик подбежал, остановился и перехватил биту обеими руками. Данила покосился на Никиша, тот аж губу закусил. Мужик торжественно подал биту игроку и сказал:

– Добро пожаловать на «искусственный отбор». Союз Советов приветствует нового игрока и делает ему первый подарок. Может, пригодится.

Расшифровка слов шла субтитрами, при этом совпадение речи и артикуляции было идеальным – респект художникам. Данила немного подождал – мужик снисходительно улыбался, не опуская биты, – спохватился и двинул мышкой. Рука игрока приняла биту, мужик протянул ладонь, Данила еще раз дернул мышкой, боты обменялись рукопожатием, и мужик сказал:

– Первое испытание пройдено.

– Пораженцев воспитываем, по ходу, – начал было Данила, но тут же замолчал.

По экрану свистнула голубая паутина, из нитей брызнула тьма, которая тут же стала выдавливаться солнцем, восходящим под спокойный мужской голос, отзывающийся вспышками фраз на периферии экрана:

– Союз Советов объявляет о начале проекта «Совсеть». Совсеть – это трехмерная информационно-развлекательная сеть нового поколения, пользователю которой больше не нужны ни телефон, ни компьютер, ни плеер. Только «союзник».

Солнышко оказалось частью сложного рисунка, в котором Данила, напрягшись, узнал советский герб. Герб стал удаляться и уменьшаться, пока не оказался резной точкой в конце слова СССР, мелко выдавленного в серо-стальном корпусе непонятного, но очень симпатичного гаджета. Дальше пошла невнятная атака на глаза: под мелодичный марш гаджет очень быстро вырастил под собой клавиатуру, над собой – кадр с солдатами, ставящими над горящей улицей красный флаг с белыми неразборчивыми буквами, под негромкое «Все ракурсы» камера крутнулась вокруг кадра, оказавшегося объемным, картинка с флагом ушла мелким квадратиком в сторону, уступив улыбающейся красивой девушке с надписью «Даша звонит», девушка сказала: «Привет, Леш» – и оказалась подвижным силуэтиком у глаз мужика с битой – вернее, уже без биты, а с гаджетом на поясе. Мужик сказал: «Секундочку, Даш» – повернулся к экрану и серьезно спросил:

– Продолжаем?

Это слово запульсировало на бархатисто-черном фоне, закрывшем мужика, Дашу и удивительный прибор, каких на свете не бывает и быть не может. У Данилы было до неба вопросов по поводу процессора, операционной системы, 3D-визуализации и вообще принципа работы этого «союзника», не говоря уж о том, кто, когда и как мог смастерить всеформатного и всесистемного убийцу незаметно для всех. Хотя как раз незаметность вопросов не вызывала, иначе мастеров в секунду сожрали бы с подошвами объединенные пасти компьютерной, телекоммуникационной и электронной индустрии. Но было уже не до вопросов и не до справедливых рассуждений, которые все равно некому было адресовать. Некогда было даже пытаться вытащить ролик из кэша для покадрового изучения. Экран погружался в синюю пузырчатую бездну, в правом краю которой лепилась быстрая остромордая тень.

Следующие полчаса Данила едва успевал вскрикивать: «Никиш, дельфины акул едят?», «Никиш, Россия от Эвереста в какой стороне?», «Ты чем "Тигра" подбивал?» или «Блин, у нас чай или кофе растет вообще?» Два этапа проскочил по нахалке, еще на двух едва не срезался, проехал на соплях с третьей попытки, но в основном твердо шел на повторах, успев сообразить, какая логика включена на сей раз, – а она все время менялась. Даже под занавес благополучно, казалось, пройденного этапа. Типа «Съезда победителей», в рамках которого надо было голосовать и выскакивать невредимым из толпы странного вида мужиков – и в первый раз Данила вычислил большинство, проголосовал, как оно, и был разрублен пополам ножницами, замаскированными под выход. Во второй раз он примкнул к меньшинству, жавшемуся к трибуне, но чуть отстал – беспроводную мышку заклинило вдруг, бывало с ней такое. Данила, шипя, грянул мышкой по столу, услышал невнятный звук, выскочивший из Никиша, глянул на экран и обмер: меньшинство деловито рубились ножницами, замаскированными под трибуну.