И никакая сила в мире... (Тьма перед рассветом) - Макбейн Лори - Страница 78

Вначале замок представлял собой одинокую деревянную башню, обнесенную обычным частоколом. Но шли годы, и вскоре Мердрако превратился в мощную крепость с пушечными бойницами, надежно укрытую каменной стеной толщиной не менее пятнадцати футов, с тяжелыми воротами и сторожевыми башнями, которые закрывали единственный вход через окружавшие крепость крепостные валы и бастионы.

Шли столетия, уже давно исчезла угроза того, что кто-то нападет на замок, утихли бури гражданских войн, и постепенно отпала надобность в неприступной твердыне, которая, подобно хищной птице, по-прежнему гордо высилась на скале. Порывистые холодные ветры неумолимо делали свое дело, и то, что не удалось пушкам и катапультам врагов, некогда осаждавших Мердрако, совершила стихия. Скоро и хозяева замка пришли к мысли, что нет больше нужды оставаться в столь суровом и неуютном жилище. Впрочем, все оставалось по-прежнему до той поры, пока Гилберту Лейтону, шестому эрлу Сэндрейку, не был пожалован титул маркиза Джейкоби.

И вот некогда гордое орлиное гнездо было разрушено до основания – и не полчищами врагов, а всего лишь рабочими. Был приглашен известный архитектор, и под его руководством каменщики, штукатуры и стекольщики вместе с целой армией рабочих превратили останки крепости в великолепный дом эпохи Тюдоров, окруженный просторными службами, конюшнями и увенчанный огромными каминными трубами, с бесчисленными высокими окнами и прочными стенами, арками и внутренними двориками, украшенными мастерски выполненным каменным резным орнаментом.

Все, что осталось от некогда величественного средневекового замка гордого норманна, – две сторожевые башни, застывшие на пустынном берегу как безмолвный, памятник Раулю Сен-Дре, безжалостному барону, в незапамятные времена покорившему этот пустынный берег. Они по-прежнему служили всем местным жителям напоминанием об их первом владыке и предостережением всякому, кто посмел бы угрожать семейству Лейтон.

– Ну, что ты о нем думаешь? – спросил Данте жену, как только кавалькада взобралась по пологому склону холма, и он уже в который раз натянул поводья, чтобы бросить жадный взгляд на стены дома, где родился и вырос.

Конечно, это ничуть не похоже на Камейр, подумала Рея. Ничего общего с ее родным домом, его величественным парадным входом и портиком в классическом стиле, от которого отходили два крыла из старинного камня цвета спелого меда. Мердрако выглядел так, как и положено старому дому, который хозяева покинули на долгие полтора десятка лет. Но как ни странно, сохранилось в этом заброшенном месте неуловимое очарование жизни. Зеленые ветки плюща плотной завесой укрывали стены, потрескавшиеся стволы вековых деревьев были увиты вьющимися розами. Тут и там высились старые тисы, а заросли ежевики и сорная трава ковром покрывали неровную площадку, где некогда был сад.

Старый дом выглядел печальным. Настанет ли день, когда веселые детские голоса будут эхом разноситься под сводами залов и ароматный дымок будет подниматься из высоких каминных труб, медленно растворяясь в холодном воздухе? Рее внезапно показалось, что старый дом молит ее о чем-то. И ей нестерпимо захотелось как можно скорее впустить солнечный свет туда, где долгие годы царили лишь мрак и холод.

Данте, который встревоженно следил за женой, почувствовал, как все его страхи растаяли – ее глаза сияли нежностью. Вне всякого сомнения, ей понравился его дом. Их дом.

– Знаешь, Данте, я и мечтать не могла, что у нас с тобой когда-нибудь будет такой замечательный дом! – мягко сказала Рея, мысленно представив себе, каким станет Мердрако, когда в нем воцарятся любовь и счастье.

Впрочем, в отличие от нее Робин Доминик и юный Конни отнюдь не испытывали ничего похожего на восхищение. По мнению юных джентльменов, дом выглядел так, словно знавал лучшие времена. Они удивленно переглядывались, недоумевая, неужели это и в самом деле Мердрако.

Хьюстон Кирби, который увидел старый дом впервые с тех самых пор, как последовал в море вслед за молодым хозяином, застыл на месте, оцепенев от нахлынувших воспоминаний. В его глазах Мердрако ничуть не изменился. Старый дворецкий не замечал ни сорняков, которыми сплошь зарос некогда прекрасный сад, ни поломанных ставень, ни разбитых непогодой окон, ни зиявшей в крыше огромной дыры. В глазах Кирби Мердрако был так же волшебно прекрасен, как и пятнадцать лет назад, – огромный величественный особняк.

Френсис Доминик с некоторым удивлением воззрился на место, где предстояло жить его сестре. Ведь он, как и Рея, привык к классической красоте Камейра, к прекрасно ухоженным лужайкам и великолепному саду поместья. Но поскольку он в отличие от сестры не собирался тут поселиться, то сдержать разочарование оказалось гораздо труднее. Юноша просто ужаснулся тому плачевному состоянию, в котором находился старый дом, и хотя ему в голову не пришло бы упрекнуть Рею в том, что она последовала за мужем, но в душе он горько посетовал, что старинный замок лежит в развалинах, а не высится гордо, как в прежние времена.

Хозяин Мердрако вонзил шпоры в лоснящиеся бока гнедого жеребца и погнал его галопом по узкой тропинке, петлявшей по заросшему лесом склону холма. Она, похоже, осталась единственной связующей нитью между развалинами замка, старым домом и всем остальным миром.

Вдруг словно по волшебству из-за сплошной зеленой завесы перед путешественниками поднялись внушительные двухэтажные сооружения с узкими бойницами окон и сторожевыми башенками. Они венчали окованные железом ворота, которые когда-то преграждали дорогу к дому, а сейчас, сорванные с петель, валялись на земле.

Неприятная дрожь пробежала по спине Данте. Сами по себе ворота явно не могли упасть, а когда, спешившись, он проверил петли, то оказалось, что они были сломаны.

– Похоже, здесь недавно побывали гости, – вполголоса с невозмутимым видом объявил Алистер.

– А эта дорога ведет куда-нибудь еще, кроме Мердрако? – коротко спросил Доминик, будто некая навязчивая мысль преследовала его с тех пор, как он увидел развалины.

Казалось, Данте удивил этот вопрос.

– Да, она ведет немного дальше, но там просто теряется в лесу. Это единственная дорога, по которой можно добраться до замка, если двигаться от Мервест-Кросс. А почему ты спрашиваешь?

Юноша пожал плечами. Ему явно не хотелось давать волю воображению.

– Ну, если честно, то, еще когда мы осматривали развалины замка, мне почему-то показалось, что здесь что-то происходит. Кстати, и та дорога, по которой мы добирались сюда от «Могилы епископа», выглядит так, словно по ней часто ездят. Разве вы не заметили, как плотно она утоптана, несмотря на то, что дождь изрядно размыл ее? – спросил Френсис, встретившись с настороженным взглядом зятя.

– Да нет, я ничего не заметил. Впрочем, я особенно и не смотрел под ноги, слишком уж хотелось побыстрее увидеть Мердрако, – признался Лейтон, невольно оглянувшись на мрачные, темные башни замка. – Но теперь, когда ты сказал, мне и впрямь странно, что дорога в таком хорошем состоянии, особенно если учесть, что в последние пятнадцать лет ею никто не пользовался.

– Мне тоже кажется, что тут что-то происходит, – добавил Алистер, вернувшись мыслями к той минуте, когда они осматривали руины замка. – Помнится, я подумал, что один из драконов, венчающих башню, слишком попорчен непогодой. Тогда я решил, что это неудивительно, если учесть, сколько ему лет. Но сейчас мне кажется, что он выглядит так, словно его использовали как мишень для стрельбы в цель, – заявил Алистер, смущенно оглядевшись. – Конечно, может быть, это просто воображение, но хотелось бы знать, что… – Запнувшись на полуслове, он покачал головой.

– Что?

– Да нет, чепуха, – окончательно смутился Алистер.

– Надеюсь, ты не думаешь, что здесь замешано привидение, мистер Марлоу? – выдохнул Конни Бреди, и его глаза округлились от страха. Мальчик даже не подозревал, как больно сжалось сердце капитана при его наивном предположении. – «Бледная Леди, Которая Обитает в Развалинах Замка» – ведь так говорила миссис Лескомб? А еще она сказала, что ни один из местных не решится прийти сюда, до того все боятся призрака!