И никакая сила в мире... (Тьма перед рассветом) - Макбейн Лори - Страница 13

– Мадам будет польщена, услышав похвалу миледи. Само собой, поразительный вкус вашей светлости уже говорит сам за себя. Прошу простить мою смелость, но, как только миледи появилась в салоне мадам Ламбер, я тут же сказал себе – этот туалет просто создан для вашей светлости. И мадам Ламбер сама не раз говорила при мне, что шить для ее светлости герцогини – высокая честь. Еще раз прошу простить мою смелость, кто же сомневается, что дочь ее светлости – самая красивая дама в королевстве?!

Мадам часто рассказывала о великолепии замка Камейр. Ведь она ездила туда в прошлом году, чтобы приготовить несколько модных новых туалетов для ее светлости герцогини и миледи, не так ли? Да-да, конечно. Его светлости герцогу можно позавидовать, – добавил он, в то время как глазки его были прикованы к вырезу на платье леди Реи, а пальцы нервно перебирали изящные швы туалета.

– Очень любезно с вашей стороны заметить это, мсье, но поскольку за всю эту изысканную роскошь приходится раскошеливаться именно мне, а отнюдь не счастливчику герцогу, то прошу впредь ваши восторги адресовывать тоже мне и никому иному! – прервав интимную беседу на полуслове, прозвучал холодный и резкий, как сталь его клинка, голос Данте Лейтона.

Молодой рассыльный слегка опешил и засуетился, надеясь, что досада его милости не отразится на размере его вознаграждения. Украдкой бросив встревоженный взгляд на легендарного капитана «Морского дракона», он забеспокоился еще больше и подумал, что ему еще повезет, если удастся убраться отсюда целым и невредимым.

С этой мыслью он сделал пару нерешительных шажков в направлении двери, как вдруг одна из служанок издала такой пронзительный, оглушительный визг, что у него зазвенело в ушах. С грохотом рухнул на пол поднос с китайским фарфором, разлетелись по полу осколки, а девушка, не переставая вопить ни на минуту, пулей вылетела из комнаты, за ней последовала вторая.

Оба молодых человека моментально превратились в статуи, готовые отрицать любые обвинения, которые могут на них возвести. Вдруг Данте Лейтон разразился оглушительным хохотом. Поскольку никто ничего не понимал, это окончательно добило перепуганных молодых людей. Судя по выражению бледных как мел лиц, именно так и должен был хохотать этот кровожадный пират, стоя на залитой кровью палубе своего ужасного корабля и наблюдая, как какой-нибудь бедолага вынужден балансировать на перекинутой через борт доске.

Как ни странно, но леди, похоже, ничуть не испугалась. Она спокойно оглядела комнату, и ее взгляд остановился на кровати, заваленной туалетами. Леди Рея чуть удивленно приподняла брови, заметив, как шевельнулся краешек синего бархата, будто какое-то животное под ним пробудилось от спячки. Краешек ткани приподнялся, и показались огромные бледно-зеленые глаза, в которых отразился ярко горящий огонь в камине.

Оба молодых человека, хоть ни один из них впоследствии и не признался в этом, разом почувствовали, как их прошиб холодный пот.

– Ямайка, – мягко позвала леди Рея, протягивая руки. На лице ее появилось терпеливое выражение. – Так вот ты где, негодник, – хихикнула девушка, схватив за шкирку и вытаскивая на свет огромного кота, который тут же оглушительно замурлыкал на всю комнату.

– Передайте мадам мою благодарность за то, что она так поторопилась выполнить мой заказ. А это вам, джентльмены, маленький подарок, чтобы вы побыстрее избавились от страха, который испытали по нашей вине, – хмыкнул Данте, высыпав одному из рассыльных в руку пригоршню монет. Онемев от изумления при виде такой щедрости, те только быстро-быстро закивали и пулей вылетели из комнаты.

– Ну что ж, моя дорогая, поздравляю вас! Похоже, ваша репутация в настоящее время ничуть не лучше моей, – с довольной гримасой подмигнул Данте. – Конечно, вы можете смело рассчитывать, что я не пожалею времени, дабы избавить вас от сожжения на костре в качестве обычной ведьмы. Да и старика Ямайку не дам швырнуть в Темзу как вашего прислужника и компаньона.

– Так ведь он же не черный! – безмятежно возразила Рея.

– Конечно, но всегда может найтись идиот, который обвинит вас в том, что вы якобы околдовали и несчастного кота, и несчастного капитана, да и всю команду «Морского дракона». Многие мужчины и сейчас вполне серьезно заявляют, что вы волшебница, да и я могу поклясться, что вы меня приворожили, – вкрадчиво пробормотал Данте, бросив на Рею огненный взгляд, который заставил ярким пламенем загореться ее лицо. – Мой маленький золотой цветок, – нежно прошептал он, вызвав в памяти экзотически яркие, ослепительные краски Вест-Индии. Там Рея казалась ему английской розой. Даже легкий, чуть горьковатый запах ее кожи напоминал ему нежный аромат весеннего цветка.

– Мне не нужно притворяться тетушкой Мэри, чтобы отгадать, о чем ты сейчас думаешь, – прошептала леди Рея, прижавшись щекой к мягкой шерстке Ямайки.

– В самом деле? И как считает эта твоя тетушка, о чем я задумался? – поинтересовался он. – А кто она, кстати, гадалка?

– Вот именно, – лукаво отозвалась Рея. Она ослепительно улыбнулась, заметив, как брови Данте поползли вверх от изумления. – А кроме этого, она самая настоящая леди. Думаю, вряд ли ей понравилось бы то, о чем ты думаешь.

– Как бы то ни было, я думаю именно то, что чувствую. Да и вообще, к чему тратить время, если мы можем заняться именно тем, о чем я сейчас думал?! – мягко прошептал Данте.

Он уже было направился к ней, когда снова раздался требовательный стук в дверь.

– Наверное, наш любезный хозяин вернулся потребовать возмещения ущерба, – недовольно поморщился капитан, гадая, удастся ли ему хоть на минуту остаться наедине с Реей. – Извини, любовь моя.

Слабая улыбка скользнула по губам леди Реи.

– Я никуда не тороплюсь, – успокоила она его. – Кроме того, ведь будет еще и завтра, – пробормотала она, удобно устраиваясь в кресле перед камином. Кот потянулся и свернулся клубочком у нее на коленях. – Я вообще очень терпелива. Ты же знаешь.

– Проклятие, но ко мне это не относится! – Резко повернувшись, Данте направился к двери.

Рассеянно прислушиваясь к негромким голосам за спиной, леди Рея протянула руки к огню. Вскоре мысли унесли ее далеко от Лондона. Заворожено глядя на пляшущие языки пламени, девушка сидела, погрузившись в воспоминания. Перед ее мысленным взором возникла мирная долина, где дикие ирисы и нежные золотистые нарциссы наполняли воздух тонким ароматом, а луга казались темно-голубыми от множества колокольчиков.

А дальше на невысоком холме стоял замок Камейр, стены его из золотистого камня дремали, согретые теплом полуденного солнца.

Именно таким родовое гнездо навсегда осталось в ее памяти, несмотря на то, что была глубокая осень, когда она видела замок в последний раз. Прошло уже больше года с того злосчастного дня, когда на рассвете ее похитили. И в тот же самый день кончилась ее чистая жизнь, растаяла в серой пелене осеннего дождя и дымной горечи. Судьба Реи сделала крутой поворот.

Навсегда исчезла та беспечная девушка, которая весело скакала на своей лошадке по зеленой траве, радостная и беззаботная. Рея вдруг подумала, как странно будет вновь встретиться с семьей, особенно теперь, когда она сама так изменилась. Девушка вновь воскресила в памяти те страшные долгие месяцы на борту «Лондонской леди», когда она, погрузившись в пучину ужаса и отчаяния, была совершенно уверена, что семья потеряна для нее навсегда.

Ей повезло, она вернулась, но встреча с семьей еще впереди. Леди Рея была уже поблизости, но на самом деле по-прежнему бесконечно далека от них. Рее безумно хотелось послать весточку семье в первый же день, как только корабль пристал к лондонской пристани. К сожалению, это оказалось невозможно без помощи Данте, отчасти из-за двусмысленного положения, в которое он попал, спасая ее. Пришлось ждать. Рея сгорала от нетерпения, хорошо понимая, однако, что возлюбленный должен очиститься от всех подозрений прежде, чем предстанет перед ее семьей.

А кроме того, объяснил ей Лейтон со своей непременной насмешливой улыбкой, именно леди Рея – его главный свидетель. Кто, кроме нее, сможет лучше доказать его невиновность?! Ведь не хочет же Рея, чтобы его вздернули, мрачно пошутил он.