Время прошедшее - МакАртур Максин - Страница 65

– Конечно же, инвиди и трое союзников проголосуют «против»! – сказал Мердок.

– Вы же знаете: бендарлы ненавидят терять территории, кчеры боятся упустить рынки сбыта своих товаров и лишиться бизнеса. Мои сородичи придерживаются разных мнений, однако в большинстве своем поддерживают идею предоставления высших технологий и другим космическим нациям. Ну а инвиди… – На этой фразе Вич замолчал.

– Что инвиди? – спросила я.

– Трудно выразить… – Его антенны медленно превратились в спирали, затем вновь распрямились. – Они напоминают детей, которые упрямо продолжают играть с опасным животным, не желая понимать, что перед ними вовсе не игрушка. Я считаю, что они проявляют здоровое любопытство к жизни других видов и хотят сотрудничать с ними в самых разных сферах. Однако, когда «партнеры» начинают поступать так или иначе, возбуждая опасения у инвиди, последние теряют интерес. Это довольно интересный факт их отношения к другим жителям Вселенной.

– Если не терпишь жара, не подходи к реактору! – проворчал Мердок.

– Да, но если бы не они, у нас и не было бы реактора! – напомнила я.

– Ладно, все эти разговоры о «Четырех» и «Девяти» ни к чему не приведут. Ты – один из них. Почему же ты предаешь сородичей? – саркастически поинтересовался Билл.

Антенны Вича в тот же миг гневно превратились в маленькие пружины, немигающие зрачки сузились.

– Ничего такого я не делаю. Просто продолжаю добросовестную работу.

После блокады сэрасов мы много размышляли о том, отзовут ли Вича снова в Центр Конфедерации. Видимо, ответ все же отрицательный.

– Если получим нейтралитет, ты попытаешься занять максимально высокий пост на Иокасте, не так ли? – едко бросил Мердок.

– Теперешняя должность вполне меня устраивает, и я хотел бы сохранить ее. – Управляющий опустил глаза. – Сегодня я пришел к вам как раз обсудить дело, которое касается непосредственно моих обязанностей.

Мердок выглядел все еще сонным, но взгляд стал настороженным.

– Мы слушаем, – кратко сказал он.

– Вам знаком торговец по имени Кувай Триллит? – спросил Вич.

Мы кивнули, и собеседник продолжил:

– Двадцать пять дней назад он пришел ко мне и спросил, не смогу ли я посодействовать решению некой проблемы, связанной с хранением его товаров. Груз представлял собой особый вид высококачественного топлива для ракеты-носителя. Насколько я понял, топлива настолько много, что оно просто не умещается на выделенных складах. Возможно, я допустил ошибку, но согласился предоставить кчеру одно из свободных хранилищ на восьмом уровне центра станции.

Вич остановился, чтобы проверить, насколько внимательно мы его слушаем. Я не могла понять, к чему он ведет разговор.

– По-моему, в данный момент это вовсе не важно, – начала я.

– Думаю, к концу рассказа вы поменяете свое мнение.

Он слегка наклонил голову, и я вспомнила раздражение, с которым мне часто приходилось терпеть его долгие нудные рассказы и протокольные объяснения.

– Тогда переходи сразу к делу, – сказал Мердок, откинувшись на спинку кресла.

– Если я перейду к делу, предварительно не рассказав предысторию, вы не сможете понять суть проблемы, – сказал Вич.

Я нетерпеливо поерзала. Вич, очевидно, понял намек.

– К сожалению, хранилище не числится как официальная территория. Я сделал для Триллита исключение, принимая во внимание его прошлые заслуги перед станцией.

– Ты разрешил ему воспользоваться официальной территорией без разрешения командования станции и даже бесплатно! – подытожил Мердок. – Ну и что дальше? В данный момент нас волнует возможность санкций со стороны Конфлота и грозящий арест. Твои игры в кошки-мышки сейчас не слишком уместны!

– Мне не знаком этот земной архаизм, но, уверяю вас, рассказ имеет отношение к вашему положению.

– Ты не хочешь, чтобы об этом узнал Стоун, – поняла я. – Или он уже узнал, и ты боишься, что он выдвинет против тебя обвинения в превышении должностных полномочий.

Вич любезно склонил голову.

– Может, вы смогли бы объяснить мистеру Стоуну, как трудно удовлетворять потребности различных социальных и этнических групп на станции…

Мердок громко захохотал, однако смех был отнюдь не веселый.

– Ты попросту теряешь время зря.

– В принципе, думаю, есть несколько вопросов, в которых мистер Вич мог бы нам помочь, – задумчиво произнесла я, пытаясь подать Биллу знак взглядом. – Конечно же, ты сможешь объяснить Стоуну, что санкции на использование хранилищ в непредвиденных обстоятельствах даются высшими должностными лицами станции после предварительной проверки или что-нибудь в этом роде.

– Триллит чертовски жадный, когда дело касается его товаров, – прогремел Билл.

– Посмотрим, что можно сделать.

Я улыбнулась.

– Может, Вич просветит меня в некоторых вопросах. Например, как поступают инвиди с теми, кто нарушает правила их общества. У них есть система наказаний, как у нас? Система компенсаций?

Я хотела узнать, что означает тот факт, что Серат не прибыл на станцию за своим кораблем. Может, другие инвиди не позволили?

Управляющий откинулся на спинку кресла и поправил костюм.

– Инвиди? Я не эксперт по этому вопросу!

– Но ведь ты только что рассказывал нам про них, – сказал Мердок.

– По роду своей деятельности в качестве управляющего я многое изучил о различных народах Конфедерации. Должен сказать, что инвиди весьма сдержанны и осмотрительны, представляя свое общество на чужой территории. Как бы то ни было, основывая свою аргументацию на событиях 2119 года…

– Не стоит вдаваться в детали.

– Короче говоря, у инвиди не существует системы мер пресечения, таких как лишение свободы. Они считают, что не имеют права ограничивать действия другого существа. Возможно, я ошибаюсь в своих оценках, но это факт. Могу добавить, что, наблюдая за поведением Эн Барика, пришел к выводу, что эта характеристика подтверждается.

Мне не оставалось ничего другого, как согласиться с ним. Эн Барик был почти отшельником и отказывался лишний раз контактировать даже с представителями своей расы и трех союзников. Когда на станцию прибыл «Калипсо», Барик попытался заполучить ее механизмы прежде всех и для этой цели использовал моего друга Квотермейна.

– Почему Эн Барик уехал? – спросила я.

– Не знаю.

Я вернулась мыслями к голосованию о нейтралитете станции.

– А как насчет хдигов? – спросила я, опять вспомнив Геноита.

По спине пробежала дрожь.

– Думаешь, они проголосуют?

Вич подумал, затем ответил:

– Внутренняя политика их мира достаточно изменчива. Однако сейчас высшие посты наблюдателей Конфедерации в их мире занимают достаточно консервативные представители власти. Поэтому скорее всего они проголосуют «против», желая сдержать нарастающие настроения в поддержку Нового Совета. В последнее время очень многие примыкают к этой террористической организации.

Я вновь вспомнила Геноита. Он стал рьяным последователям Нового Совета.

– В Новом Совете еще есть кчины?

Мердок хотел что-то сказать, однако передумал. Вич поднял почти невидимый кусочек пуха с колена и принялся его рассматривать.

– Хороший вопрос, командир! Боюсь, что ответ в заявлении. Кчины – детища генной инженерии, каста воинов теперь несуществующей империи кчеров. В конце войны между кчерами и инвиди, за четыре земных года до создания Конфедерации, в 2065 году, кчеры подписали соглашение, в котором пообещали не создавать больше кчинов. Галактика наконец вздохнула спокойно. Кчины были не просто воины, а настоящие кровожадные убийцы. Бывшая империя кчеров использовала эти адские создания, их невероятную силу и безумную ненависть, чтобы поддерживать порядок в колониях и держать их население в постоянном страхе и ужасе.

Когда один из этих генетически смоделированных инопланетных чудовищ появился на станции в конце блокады сэрасов, мы приготовились к самому худшему. Он успел убить пятерых землян и одного кчера. Однако «новый» кчин выглядел совсем не так, как первоначальные кровожадные воины. Он умел мыслить, ждать и прятаться. За годы своего долгого существования чудища перестали быть просто биологическими машинами-убийцами.