Время будущее - МакАртур Максин - Страница 96

Выйдя после этого снова на связь, генерал говорил со мной уже более сдержанно. Он предложил, чтобы, пока они будут запрашивать Центр Конфедерации о дальнейших инструкциях, мы приняли у себя несколько должностных лиц, которые должны были оценить ситуацию.

– Это означает, что они хотят удостовериться, что мы действуем по собственной доброй воле, а не по принуждению со стороны враждебных инопланетян или террористической группы, – прошептал Мердок.

Я фыркнула. Если бы они прибыли вчера, то застали бы у нас и тех, и других.

Мы согласились на переговоры. Генерал выразил также желание побеседовать с наблюдателем от Конфедерации, поэтому я велела Ли связать его с жилым блоком Эна Барика.

Отдав это распоряжение, я взглянула на Мердока, и тот, кивнув, вернулся к пульту службы безопасности. Я, конечно, не думала, что Билл способен понять разговор инвиди, но чем черт не шутит. Как выяснилось, мы не смогли расшифровать код, который они использовали. Чуть позже в тот же день Эн Барик перешел на военный корабль. Они прислали за ним один из своих шаттлов, а собственный корабль Барика остался в доке станции. Из этого мы сделали вывод, что он покинул нас не навсегда.

Капитан военного корабля хотела состыковаться с нами для ремонта и не поняла, почему ее запрос заставил нас так долго и громко смеяться. В конце концов ей объяснили, что у нас нет ни оборудования, ни материалов для ремонта и что если конфедераты хотят воспользоваться нашим гостеприимством, то, во-первых, сначала должны отремонтировать наши производственные мощности, а во-вторых, обеспечить нас съестными припасами.

Капитан, представительница расы бендарлов, не любила ждать и медлить и, пока участники официальных переговоров вырабатывали проект соглашения, начала действовать: она прислала на борт станции три большие команды опытных инженеров, которые отлично поработали, полностью восстановив функции систем, поддерживающих стабильность окружающей среды. Я подозреваю, что между капитаншей и генералом по этому поводу возник конфликт, но бендарлы умеют постоять за себя, и вскоре вопрос был улажен.

Инженеры Флота не стеснялись в выражениях, оценивая нашу самодеятельность в области модификации различных систем. Они просто подняли нас на смех.

В качестве компенсации за эту помощь мы стали пускать на борт станции посетителей с военных кораблей. И в коридорах наших жилых зон появились экскурсанты. Их так радушно и восторженно принимали, что по возвращении на базу Центра они распустили слух о том, что Иокаста стоит того, чтобы ее посетить хотя бы раз в жизни, создав нашей станции незаслуженную репутацию порта, в который обязательно следует зайти.

Я называю наши беседы «переговорами», но фактически они представляли собой ряд бесконечных вопросов со стороны генерала. Ему помогали два должностных лица, представлявшие Центральную администрацию, которые стремились изучить все наши отчеты до мельчайших подробностей, правительственный чиновник Земли, нервничавший по каждому поводу и без повода, и первый офицер флагманского корабля, который, очевидно, получил задание наблюдать за нашей реакцией, что он и делал. Отвечали на вопросы я, Лорна, Вич, два его старших помощника и, в меньшей степени, Мердок. Мне было непривычно ощущать себя вновь перед лицом официальной власти, и я, наверное, не всегда вежливо и тактично отвечала на вопросы.

Мердок и я представили комиссии краткий отчет о том, что происходило с того момента, как прибыли сэрасы. Я молчала о Новом Совете до тех пор, пока первый офицер Конфлота не сказал, что они получили информацию о намерении нескольких больших кораблей, заявивших о своей приверженности Новому Совету, обосноваться здесь, в этом регионе космоса. Не видели ли мы их? Я сказала правду: нет, не видели, поскольку сэрасы не позволяли большим кораблям входить в нашу систему. Мы рассказали им о кчине, но я умолчала о Геноите, и Мердок, спасибо ему, не выдал меня. Комиссия была очень рада, что мы предоставили ей труп кчина; его сняли со спицы и перенесли на военный корабль.

Мысленно возвращаясь к событиям прошедших дней, я понимала, что Геноит потерпел полную неудачу, так и не выполнив свою миссию. Возможно, он думал, что корабль Нового Совета уже близко, и оставил кчина в надежде, что тот заберет его. Это объясняло факт, почему кчин так легко клюнул на удочку и поверил в то, что его ждет корабль. Но корабль Нового Совета так и не прибыл, и известие о том, что расу кчинов вновь возрождают вопреки закону, разнеслось по всей галактике.

Генерал и его люди хотели забрать на флагманский корабль оставшихся в живых членов экипажа «Калипсо» под предлогом того, что их необходимо обследовать. Но я твердо заявила, что они уже обследованы и, кроме того, являются гражданами Земли и потому останутся на Иокасте.

Должностные лица из Центра одобрили мою позицию, указав на то, что это дело относится к компетенции Внешнепланетного Департамента Земли, а не Центра Конфедерации. Лорна заметила, что в соответствии с одной из статей Закона о возрождении криогеники мы могли бы представить наших гостей ученым, если в этом есть необходимость.

Правительственный чиновник Земли заявил, что мы должны выслушать мнение самих землян, о которых идет речь. Я согласилась при условии, что Дэну Флориде будет позволено присутствовать на этой встрече и вести с нее репортаж для своего канала. Я не хотела, чтобы Гриффиса, Рэйчел и Клооса втянули в какую-нибудь авантюру. Как объяснял мне Гриффис, мысль о том, что тебя видят и слышат тысячи людей, положительно влияет на чиновников, заставляя их вести себя более сдержанно и разумно.

Генералу не понравились мои предложения, и дискуссия грозила принять неприятный характер, но тут с борта флагманского корабля поступило сообщение, сразу же заставившее генерала пересмотреть свою позицию. Трое спасенных членов экипажа «Калипсо» вольны сами принимать решение о своей дальнейшей судьбе. У нас возникло предположение, что в дело вмешался инвиди.

Мне было непривычно сознавать, что на этот раз мне не надо предоставлять отчет о выполнении задания начальству, как я делала это всегда. Начальство обычно всесторонне рассматривало его, входя во все мельчайшие детали, делало замечания, иногда предлагало переработать. Мне сейчас очень не хватало заинтересованного внимания к тому, что я сделала или не сделала. Я страдала от скрытой враждебности вопросов должностных лиц Конфедерации.

Позже – думаю, это было на второй день после прибытия кораблей Конфлота, – я сумела выбраться на время из конференц-зала административной зоны Пузыря, где проходили переговоры, и, сев в карикар, отправилась в столовую. Как я и предполагала, там было пустынно. Большинство офицеров Конфлота и Земного Флота или работали по две смены подряд, или отсыпались после дежурств, или обменивались новостями со своими коллегами с военных кораблей.

Перед обслуживающим люком стояла пятилитровая емкость с надписью «Настоящий кофе – подарок от ассоциации владельцев гостиниц на Бульваре». Должно быть, мы заслужили это тем, что отремонтировали систему рециркуляции прежде всего в «Гамме». Правда, я не представляла себе, где ассоциация могла раздобыть этот самый кофе – его нельзя было так быстро произвести. Возможно, он был результатом торговли или обмена с прибывшими к нам офицерами Конфлота.

Как бы то ни было, но я налила себе чашечку ароматного напитка и присела за стол в дальнем, затемненном углу зала. Затемненным вовсе не потому, что не работала система освещения, а для того, чтобы создать атмосферу уюта. Меня тянуло в этот уголок – наверное, я устала от ослепительных вспышек и так мало спала, что у меня болели глаза от яркого света.

Поставив чашку на низенький стол, я опустилась в потертое кресло. После долгого сидения на жестких стульях во время бесконечных переговоров в конференц-зале ныло все тело. Все ушибы и ссадины, которые не обнаружила Элеонор, теперь требовали к себе внимания. Я машинально дотронулась до шеи и повернулась, чтобы взглянуть на экран, вмонтированный в стену, на котором можно было увидеть расположение серых кораблей относительно станции. И только тут вспомнила, что все кончено.