Время будущее - МакАртур Максин - Страница 79

Вещица, которую дал мне Мердок, представляла собой загадочный плоский овальный предмет, более тяжелый, чем это могло показаться с первого взгляда. Я пыталась найти в нем хоть какую-нибудь ложбинку, чтобы открыть его, и провела с ним все мыслимые исследования – но все тщетно, предмет оставался все таким же гладким и цельным, как… яйцо. Механическое яйцо.

Предмет был не похож ни на одно устройство хранения информации, которое я когда-либо видела, поэтому в конце концов я решила попробовать сделать с ним то же, что, возможно, делал Брин, – использовать этот предмет для поиска нлитри. Я надеялась, что он не настроен исключительно на биосигналы Брина и для работы с ним не требуется какой-либо особый пароль.

Я потратила битый час на то, что подносила эту штуковину к каждому обломку оборудования, к каждой личной вещи членов экипажа – фотографиям давно умерших людей, старинным часам, почерневшей до неузнаваемости одежде… Осколки и целые блоки пульта управления с тянущимися от них проводами, казалось, могли в первую очередь служить наиболее вероятными хранилищами нлитри, и я подносила вещицу к каждому миллиметру поверхности этих обломков. Все тщетно.

Что я делала неправильно? Устройство не могло быть слишком сложным в использовании, иначе Квотермейн не мог бы справиться с ним, а Брин был известен своей бестолковостью во всем, что касалось техники. Вероятно, если то, что я ищу, будет найдено, устройство должно подать какой-нибудь сигнал. Но какой? Звуковой? Световой? Тактильный? Я держала его в руке, напрягая все органы чувств.

Нет, ничего нет. Или я неправильно использовала прибор, или здесь действительно не было того, что я стремилась найти.

Ругаясь про себя нехорошими словами, я без сил опустилась на палубу и села рядом с самым большим металлическим обломком. Это была часть их главного процессора.

Я снова провела по его поверхности пластиной, зажатой у меня в руке, – опять никакого толку. Теперь оставалось проверить подобным же образом внутреннюю часть «Калипсо». А это означало, что я должна была надеть скафандр и отправиться на борт искореженного корабля.

Я не могла сделать этого, пройдя через доки, а должна была воспользоваться скутером – крошечным средством передвижения, предназначенным для одного пассажира. С помощью скутера мы обычно могли быстро добраться из колец на платформы Иокасты, или отремонтировать решетки отражателей, или просто покататься – в более счастливые времена. Конечно, вся станция тут же узнает, что мне что-то понадобилось на борту «Калипсо». Хотя, с другой стороны, жители Иокасты слишком заняты насущными проблемами, чтобы обратить на это внимание.

Почему Барик нуждается в доказательстве вмешательства Серата в прошлое Земли? Чтобы избавиться от него? Но Гриффис и другие не собираются молчать о помощи инвиди. И потом, само наличие корабля «Калипсо» является достаточным для того, чтобы доказать факт активного вмешательства инвиди в дела землян. В таком случае, может быть, эта улика в какой-то мере является угрозой для инвиди в настоящее время? Тогда она никак не связана с технологией криостаза.

Я переложила пластину в другую руку – в моем представлении это все еще было просто яйцо – и вдруг уронила ее. Штуковина не разбилась. Я прислонилась к перегородке – не было сил, чтобы поднять ее.

Действительно ли я сделала все, что могла? Не скажут ли потомки, что вот здесь она что-то упустила?..

Не то чтобы я не соглашалась с Геноитом. Наша изоляция заставила меня подвергнуть сомнению мою позицию относительно Конфедерации, технологии инвиди и отношений с «Четырьмя Мирами». Геноит прав: если мы недостойны того, чтобы нас защищать, то не несем перед ними никакой ответственности. Но это – его правда, а меня от нее тошнит. Хотелось бы, чтобы в этом вопросе существовала какая-нибудь середина…

Мне в этом отношении казалась привлекательной позиция Вича, но мы не могли ничего предпринять, не избавившись от сэрасов.

Как нейтральная система с недостаточной обороноспособностью мы всегда будем легкой добычей какого-нибудь военачальника или местного предводителя пиратов, решившего захватить Иокасту. С другой стороны, если бы я спросила об этом обитателей зоны «Дельта» или «Гамма», то они, конечно же, сказали бы мне: «Соглашайтесь. Если мы в результате этого союза избавимся от сэрасов, то чего же еще надо?»

Я могу одобрять вступление в Новый Совет или нет – теперь от меня мало что зависит. Станция так или иначе будет захвачена соратниками Геноита. Мердок совершенно прав, высказывая обеспокоенность. Надо принять их предложение и надеяться, что они освободят нас от сэрасов. А также на то, что они не обманут нас и не предадут. А уже потом мы можем объявить нейтралитет.

Интересно, что бы сделала на моем месте Марлена Альварес? Я посмеялась над собой, когда задала себе этот вопрос во время разговора с Геноитом, но теперь тема не казалась мне такой уж смешной. Альварес отказалась присоединиться к вооруженной оппозиции, противостоявшей правительству, вовсе не потому, что поддерживала это правительство, а потому что не соглашалась с методами оппозиции. Ситуация перекликалась с той, которую я переживала сегодня.

Альварес часто использовала компромат – она прибегала к помощи средств массовой информации, чтобы продемонстрировать темные стороны одной или другой соперничающей партии. Например, когда правительство попыталось стереть с Земли город Лас Мухерес, она спасла его, настроив оппозицию против руководителей страны.

Но я не была политиком. Я понятия не имела, как можно стравливать друг с другом несколько сторон и при этом не попадать под перекрестный огонь.

Проклятый имплантат причинял беспокойство. Вздохнув, я потерла шею. Внезапно мне пришло в голову, что здесь, на станции, присутствуют представители двух главных политических сил – Конфедерации и Нового Совета. Можно было предположить, что Геноит не предпримет прямой атаки на Эна Барика, поскольку инвиди мог эффективно защититься от любого нападения. Но я могла бы рассказать Эну Барику о перспективе нашего сотрудничества с Новым Советом и посмотреть, какова будет его реакция на мои слова. Конечно, в ответ на мое сообщение он может вызвать эскадру Конфлота…

Может быть, этого ты и добиваешься? – спросила я себя. Если сюда прибудут вооруженные силы Конфедерации, они могут спасти станцию от сэрасов.

Но ведь мы именно это просили их сделать в течение последних шести месяцев! Конфлот способен уничтожить серые корабли. Так считает Мердок, а он прекрасно разбирается в вопросе. Тогда статус-кво был бы восстановлен. Жизнь на станции – если бы Земле было позволено сохранить последнюю за собой – вернулась бы на круги своя. Представители «Четырех Миров» жили бы в верхнем кольце, «Девяти Миров» – в нижних, а беженцы и нелегалы в самом низу, почти на уровне рециркуляции, то есть в полном дерьме…

Да, спрашивая Эна Барика, сможет ли он избавить нас от сэрасов, мне оставалось опасаться только одного – того, что он ответит утвердительно…

День третий, 12:30 пополудни

– У вас будет портативный датчик, – сказала я техническому отряду, – который мы модифицировали, сняв с одного из внешних блоков. Он не сможет фиксировать биосигналы, но будет реагировать на помехи, то есть сигнализировать вам о приближении кчина.

Трое мужчин и три женщины, молодые, но уже опытные и весьма ловкие, кивнули, и у меня упало сердце. Сегодня им предстояло изрядно поползать по узким туннелям.

– Повторите задание, – сказала я и села. Вперед вышла командир отряда Гарнет.

– Мы поднимемся в центр в одном из подъемников, – сказала она звонким голосом, контрастировавшим с моим – усталым и глухим. Ее тонкие темные пальцы прочертили маршрут на голографической карте, расположенной в середине стола. – В это же самое время сотрудники службы безопасности поднимутся в центр с противоположной стороны. Мы будем проходить по туннелям обслуживания сектор за сектором, продвигаясь к техническому ядру центра станции. Если по дороге обнаружим, что к нам приближается кчин, мы спрячемся в самой узкой части технических туннелей.