Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Стихотворения (1970–1980)

Друнина Юлия Владимировна

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Стихотворения (1970–1980) - Друнина Юлия Владимировна - Страница 35

Изменить размер шрифта:

Сахалин

НЕРЕСТ

Сопит медвежонок рядом,

Рысь рыщет невдалеке.

С неистовой силой снаряда

Горбуша идет по реке.

Навстречу теченью!

В клочья

Изодраны плавники.

За смертью…

И днем, и ночью.

По острым камням реки.

По острым камням Пороная,

Летящего сквозь тайгу.

Виденье царь-рыбы, знаю,

Забыть уже не смогу.

Погибнут безумцы эти,

Как только закончат путь.

Погибнут затем,

Чтоб детям —

Малькам своим

Жизнь вдохнуть.

Москва, суета сплошная,

Но где-нибудь на бегу

Вдруг вспомню о Поронае,

Петляющем сквозь тайгу.

Как сильно тряхнула душу

Земли первозданной твердь

И таинство — ход горбуши,

Что смертью попрала смерть!

Сахалин

ОСЕНЬ

Прозрачными становятся деревья,

Ветшает их изношенный наряд.

Дымками одеваются деревни,

И слюдяные лужицы хрустят.

Засентябрило,

Ах, засентябрило…

А как у вас там,

На краю земли,

У вас —

На Сахалине и Курилах?

…Циклоны в наступление пошли.

Гремят шторма

В заливе Лаперуза,

Валы как небоскребы громоздя.

А на Оху

Спешат машины с грузом,

Рвут вертолеты

Пелену дождя.

Вдоль океана,

Трассою знакомой

(Потом прилив

Сотрет следы колес)

На «козликах»

Секретари райкомов

Торопятся кто в шахту,

Кто в лесхоз.

Спокойно ли

На станции цунами?

Как Тятя[2] —

Вдруг проснувшийся старик?..

Курилы, Сахалин! —

Следит за вами

Отцовскими глазами материк.

А в Подмосковье

Ежатся деревья,

Слетает их изношенный наряд.

Дымками одеваются деревни,

И слюдяные лужицы хрустят…

ПАРАМУШИР

До чего ненадежен мир! —

Словно порох

Земля под нами.

Мы — как остров Парамушир,

Что в мгновение

Смыт цунами…

Ну, а смутный душевный мир,

Честолюбий больное пламя?..

Мы как остров Парамушир —

Пощади нас,

Страстей цунами!

1978

СТЕПНОЙ КРЫМ

Есть особая грусть

В этой древней земле —

Там, где маки в пыли,

Словно искры в золе,

И где крокусов синие огоньки

Не боятся еще

Человечьей руки.

Вековая, степная,

Высокая грусть!

Ничего не забыла

Великая Русь.

О, шеломы курганов,

Каски в ржавой пыли! —

Здесь Мамая и Гитлера

Орды прошли…

1978

«На улице Десантников живу…»

На улице Десантников живу,

Иду по Партизанской за кизилом.

Пустые гильзы нахожу во рву —

Во рву, что рядом с братскою могилой.

В глухом урочище туман, как дым,

В оврагах расползается упрямо.

Землянок полустертые следы,

Окопов чуть намеченные шрамы.

В костре сырые ветки ворошу,

Сушу насквозь промоченные кеды,

А на закате в городок спешу —

На площадь Мира улицей Победы.

1978

ПУСТЫЕ ПЛЯЖИ

Опять в Крыму предзимнее приволье,

Опять над морем только чаек гам.

Пустые пляжи снова пахнут солью.

А не духами с потом пополам.

Пустые пляжи пахнут вновь озоном…

Напрасно, черный надрывая рот,

В «последнюю экскурсию сезона»

Охрипший рупор «дикарей» зовет.

Пустые пляжи снова пахнут йодом…

Какие там экскурсии, когда

Давно норд-остам полуостров отдан

И рыбаки готовят невода?

Пустые пляжи в ноябре угрюмы.

Оставшись с осенью наедине,

Они уже не отгоняют думы

О вечности, о смерти, о войне.

О том, как падали в песках сыпучих,

У кромки волн, десантные войска…

Пустые пляжи.

Снеговые тучи.

Тревожное мерцанье маяка.

1978

В КАРАБИХЕ У НЕКРАСОВА

Холодный дождь пытался неустанно

Нас разогнать —

Напрасные мечты!

Лишь зонтиками расцвела поляна,

Раскрылись исполинские цветы.

Стихи, стихи!

Самозабвенно слушать

И под дождем

Умеет вас народ.

Нет, никогда моей России душу

Благоразумный запад не поймет!

1978

ФЛОРЕНТИЙСКИЙ МАЙ

Я сказала плачущей:

— Синьора!

Не могу ли чем-нибудь помочь? —

А она:

— Убили Альдо Моро! —

И ушла, не оглянувшись, прочь.

Мраморные ангелы парили,

Плыли в небо храмов корабли.

Люди шли на площадь Синьории,

По призыву сердца люди шли.

Штор тяжелых опускались веки, —

Магазины слепли, как от слез.

Под ссутулившимся Понте Веккьо

Арно траурные воды нес.

И за Арно полыхали горы,

Вспышки солнца били по глазам.

В тех горах когда-то Альдо Моро

Воевал в отряде партизан.

Потому Флоренцией влюбленной

В древние соборы и дворцы,

Плыли партизанские знамена,

Шли Сопротивления бойцы.

Рядом с ними — молодые лица,

Изваяла скорбь их, высек гнев.

И шедевры гениев в Уффици

Перед ними сникли, побледнев.

Молча небо ангелы корили,

И, не чуя под собой земли,

Люди шли на площадь Синьории,

Как судьба — неотвратимо — шли.

Шли плечом к плечу, ладонь к ладони.

И сквозь плотную завесу лет

Долго кроткая мадонна Донни

Им молитвенно смотрела вслед…