Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Стихотворения (1970–1980)

Друнина Юлия Владимировна

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Стихотворения (1970–1980) - Друнина Юлия Владимировна - Страница 19

Изменить размер шрифта:

1975

«Уже давно предельно ясно мне…»

Уже давно

Предельно ясно мне,

Ни от себя,

Ни от других

Не скрою:

Была я рядовою

На войне,

В поэзии

Осталась рядовою.

Но на судьбу

Не сетую свою,

Я вовсе не довольствовалась

Малым:

Не знаю,

Кем труднее быть в бою —

Простым солдатом

Или генералом?..

1975

МОЙ КОМИССАР

Не в войну, не в бою,

Не в землянке санвзвода —

В наши мирные дни,

В наши мирные годы

Умирал комиссар…

Что я сделать могла?..

То кричал он в бреду:

— Поднимайтесь, ребята! —

То, в сознанье придя,

Бормотал виновато:

— Вот какие, сестренка, дела…

До сих пор он во мне

Еще видел сестренку —

Ту, что в первом бою

Схоронилась в воронку,

А потом стала «справным бойцом»,

Потому что всегда впереди,

Словно знамя,

Был седой человек

С молодыми глазами

И отмеченным шрамом лицом.

След гражданской войны —

Шрам от сабли над бровью…

Может быть, в сорок первом,

В снегах Подмосковья

Снова видел он юность свою

В угловатой девчонке —

Ершистом подростке,

За которым тревожно,

Внимательно, жестко

Все следил краем глаза в бою…

Не в эпохе,

Военным пожаром объятой,

Не от раны в бою —

От болезни проклятой

Умирал комиссар…

Что я сделать могла?..

То кричал он, забывшись:

— За мною, ребята! —

То, в себя приходя,

Бормотал виновато:

— Вот какие, сестренка, дела…

Да, солдаты!

Нам выпала трудная участь —

Провожать командиров,

Бессилием мучась:

Может, это больней, чем в бою?..

Если б родину вновь

Охватили пожары,

Попросила б направить меня

В комиссары,

Попросилась бы в юность свою!

1975

ПАРОЛЬ

«Война!» —

То слово,

Словно пропуск в душу…

Тесней

Редеющий солдатский строй!

Я верности окопной

Не нарушу,

Навек останусь

Фронтовой сестрой.

А если все же

Струшу ненароком,

Зазнаюсь,

Друга не замечу боль,

Ты повтори мне

Тихо и жестоко

То слово —

Поколения пароль…

1975

«Хорошо молодое лицо…»

Хорошо молодое лицо —

Жизнь еще не писала на нем,

И своим не пахала резцом,

И своим не дышала огнем.

Больно время его обожжет,

Так же, как обжигало и нас.

Пусть упрямым останется рот,

Не погаснет сияние глаз,

Но добавится что-то еще —

Станут тоньше, духовней черты.

С этой грани начнется отсчет

Настоящей мужской красоты.

Да, тогда лишь придет Красота,

И теперь навсегда, до конца:

Красота не пустого холста —

Обожженного жизнью лица.

1975

ЧЕЛОВЕК

Человек всемогущ, словно бог,

Вечно в поиске, вечно в движенье.

Он боязнь высоты превозмог

И планеты родной притяженье.

До чего человек уязвим! —

Балансирует вечно на грани:

Каждый камень, нависший над ним,

Может сдвинуться, грохнуться, грянуть.

Человек изворотлив, как черт,

Впрямь владеет он дьявольской силой —

Улыбаясь, к немилой идет,

Улыбаясь, уходит от милой.

Как же слаб этот черт, этот бог! —

Сколько раз от единого слова

Стать несчастным мгновенно он мог

И счастливым мог сделаться снова…

1975

СВЕРСТНИКАМ

Все относительно на свете —

От истины недалеки,

Считают старыми нас дети

И молодыми старики.

Ох, это, право же, недаром —

Стоим на трудном рубеже,

Когда еще совсем не стары,

Но и не молоды уже…

1975

«Уверенней становится резец…»

Уверенней становится резец

У скульптора,

Когда приходит зрелость.

Но все же главное —

Чтоб сердцу пелось,

Когда резцом владеешь наконец.

Не сетую,

Что так же боль больна,

Как в юности, —

Она за песню плата…

Когда плачу,

Когда плачу сполна,

Тогда лишь

Чувствую себя богатой.

1975

«Вновь потуже натянем шлемы…»

Вновь потуже натянем шлемы,

Вновь проверим ремни —

Держись!..

Да, Великие Гонщики все мы,

Наше вечное ралли — жизнь.

Гонишь так — не рассмотришь лица,

И куда уж в глаза смотреть!

А настанет черед разбиться —

Не успеешь увидеть смерть…