Финт хвостом (сборник) - Вейд Сьюзан - Страница 33

Потом Карл решил, что не выдержит давления общественного мнения, и стал афишировать свое хорошее отношение к кошкам, рассказывая шутки о коте, который держал в страхе местных собак. Однажды Карл испугался предмета, показавшегося ему кошкой на тротуаре, но он оказался шляпой, унесенной ветром с головы какого-то профессора.

И только тогда, когда я сама решила, что Карл всего лишь скромный и непонятый человек, и стало ясно, что, несмотря на все его несчастья, он заслуживает заботы женщины, у Карла начался период, который можно назвать самой мрачной страницей его жизни.

Я переехала к нему вместе с моей кошкой, готовила омлет с перцем и хлеб с изюмом. Моя кошка, которой я не дала имя, потому что не верю, что люди должны переносить свои мысли на животных, так вот, она все время крутилась под ногами у Карла. Если Карл собирался присесть, она тут же оказывалась под ним. Если он делал шаг в темноте, она тут же оказывалась на его пути. Когда Карл опускал на пол коробку с консервированными помидорами, кошка оказывалась под ней, и с каждым разом это все больше раздражало его.

Я сказала Карлу, что кошка грациозное животное, но не всегда умное. Говорила, что кошки не собираются вместе, чтобы обсуждать таких людей, как Карл. Когда-то в детстве я спрашивала себя, что говорят кошки своим котятам о совещаниях конгресса с участием людей, но теперь я понимаю, что им нет до этого дела, и если б даже они могли говорить, они бы ничего не сказали об этом.

Карл ответил: Ли Анна, я все это знаю, но животное глядит на меня даже сейчас. И это было действительно так, если в ее взгляде была какая-то определенность. Конечно, если это не тот объект, который можно съесть.

Поэтому Карл стал уходить из дома пораньше и приходил домой, поглядывая через плечо, потому что пару раз кошка прыгнула ему прямо на спину, как бы играя. Но я понимала, что он имел в виду, когда говорил, что кошка ненавидит его.

Проблема осложнилась, когда кошка оказалась запертой под капотом его «студебеккера». Это была одна из антикварных машин Карла, машина, благодаря которой он попал в воскресный журнал, хотя это был не самый лучший экземпляр его коллекции.

Краска на ней выгорела от солнца и машину столько раз полировали, что она стала розово-белой. Карл завел мотор. И тут раздался вой.

Это определенно был вой кошки. Карл выключил зажигание. Выскочил из машины в полном озверении. Но опять сел за руль и выехал на дорогу, слыша, как кошка орет благим матом. Он надеялся, что это ему кажется и на это можно не обращать внимание.

В то утро токсичные газы поглотили восьмидесятую дорогу, а улица возле нашего дома была забита машинами. Карл не мог выбраться из пробки, все спешили и притирались друг к другу.

Поэтому когда Карл наконец открыл капот, чтобы выяснить, что производит этот звук, оттуда выпрыгнула кошка. Она вцепилась когтями ему в лицо, и после этого у Второго канала телевидения появилась интересная запись, которую они используют до сих пор, иллюстрируя происшествия или несчастные случаи. Приехала «скорая помощь» и увезла Карла в больницу.

Это было пределом всему. Мне кажется, что животные — это наше представление мира, без осознания чувства вины или человеческих условностей, но, делая выбор между жизнью и моей страстью к кошкам, я решила уйти из жизни и отказаться от своего будущего с Карлом.

Мир сейчас совершенно изменился, и это правда. Люди жалуются, что сейчас никто не умеет писать прописными буквами и нацарапывают слова подобием печатных. Я считаю, что даже преступники стали сейчас гораздо хуже, и часто можно услышать непристойности на улице.

В отличие от людей кошки стали умнее, может быть, потому что развивались генетически или по какой-то иной причине. Но как только я дала кошке, оставшейся без имени, небольшую дозу болеутоляющего, начались мои личные проблемы. И вовсе не потому, что эта жидкость была ядом, майонез тоже яд, если съесть его слишком много или оставить его на столе. Я сделала правильный выбор, потому что поняла: как только Карл вернется из больницы, он причинит кошкам гораздо больший вред, но все произошло совсем не так.

Когда Карл нашел меня, я ослабела от потери крови и была уверена, что здесь моя жизнь закончится. Он сидел рядом, ухаживал за мной в течение многих дней, пока заживали мои швы, и я поняла, каким он был сокровищем, и решила, что не вернусь к нему, пока кошка не найдет себе новый дом, далеко от того места, где мы жили.

Карл купил новую красивую корзинку для переноски кошек и хотел отвезти ее в Модесто или в Стоктон, куда-нибудь подальше на восток. Он собирался оставить кошку где-нибудь на ферме среди коров и овец.

Новость о том, что Карл свалился на машине с моста, застала меня в постоперационной палате, и когда я узнала, что машину собираются доставать из реки, меня стали лечить психиатры.

Когда Карлу помогли войти в мою палату, вы можете себе представить, какие слезы радости хлынули у нас из глаз. Кошка никогда больше не вернется, но тем не менее жертвы были слишком велики.

Я хочу поблагодарить тех людей, которые прислали нам поздравления и утешения. Денежные пожертвования, хотя и небольшие, дали мне надежду, что скоро наши страдания кончатся. Карл теперь здоров. И когда он встает из специального кресла-каталки, чтобы выпить молока, я узнаю старину Карла по выражению глаз. Психиатры говорят, что он поправится, если, конечно, не поранит себя, когда будет умываться.

Майкл Маршалл Смит — НЕ ПОМАХАВ РУКОЙ

Иногда, когда осенью мы едем на машине по сельским дорогам и я вижу кроваво-красные пятна маков, разбросанные по траве, мне хочется распороть себе горло, чтобы кровь капала из окна машины и оставляла на дороге длинный шлейф из алых цветов, пока вся дорога не станет красной от крови. Вместо этого я закуриваю сигарету и смотрю на дорогу, а через какое-то время маки остаются позади, там, где были всегда.

Утром 10 октября я чувствовал особое волнение. Я был дома и мне надо было работать. Однако это выражалось в том, что я просто барабанил пальцами по столу, привставая каждый раз, услышав звук приближающейся машины. Время от времени я пялился на две картонные коробки, разместившиеся прямо посредине комнаты. В этих коробках лежали новый компьютер и монитор. Почти целый год я мечтал о том, чтобы приобрести наилучшую из умных игрушек, и наконец сдался и пошел на этот шаг. Сжав в одной руке кредитную карточку, я набрал номер телефона и заказал эдакий образец научной фантастики, воплощенный в образе компьютера, работавшего не только со скоростью поезда, но также имеющего встроенную систему телекоммуникации и программу распознавания голоса. Будущее наконец-то явилось и сидело на полу моей гостиной.

Однако.

Несмотря на то что я стал счастливым владельцем мака и монитора стоимостью в 3000 фунтов, мне не хватало всего лишь кабеля стоимостью в пятнадцать фунтов, который соединил бы эти два компонента воедино. Производитель, как оказалось, не посчитал нужным приложить его в комплект, хотя без него эти два компонента системы были всего лишь тяжелыми белыми предметами, доставляющими мне мучение и разочарование. Кабель нужно было заказывать отдельно, и в настоящий момент в стране таких не было. Их можно было достать только в Бельгии.

Мне сказали об этом только через неделю после того, как я заказал систему, и всю неделю я старался выразить своему поставщику все, что я о нем думаю, а мне обещали доставить сначала первую коробку, потом вторую, но все эти обещания испарялись, как утренняя роса. Наконец вчера обе коробки оказались у моей двери и по странному стечению обстоятельств кабель тоже поступил на склад поставщика. Когда я позвонил в «Колхавен Директ», мне подтвердили, что на упаковке написана моя фамилия и что теперь кабель имеется на складе. Я сразу же связался с фирмой доставки, к которой иногда обращался, чтобы отправить свои рисунки клиентам. В «Колхавене» предложили доставить кабель, но мне показалось, что сегодня они вряд ли этим займутся, а я ждал уже достаточно долго. Фирма, в которую я обратился, специализировалась на мотодоставке, причем байкеры выглядели так, как будто их выперли из «Ангелов Ада» за то, что они были слишком крутыми. Верзила, одетый в кожу, получил от меня инструкцию не возвращаться без кабеля. И я ждал, и пил кофе чашку за чашкой, ждал, что человек подобной внешности вот-вот приедет, в восторге размахивая над головой недостающим компонентом.