Любовь и магия - Хауэлл Ханна - Страница 26

И тут незнакомец наконец приблизился к Беатрикс, и толпа в страхе попятилась. А он, все такой же невозмутимый, снял с ее шеи петлю. И в тот же миг Беатрикс вдруг уловила исходивший от него запах — то был цветочный аромат, к которому примешивался легкий запах гари, щекочущий ноздри. Окинув Беатрикс взглядом, он развернул ее спиной к себе, чтобы развязать веревки, стягивавшие ей запястья. И она невольно вскрикнула, когда пальцы его прикоснулись к ее рукам — ее словно огнем обожгло.

В этот момент Дунстан откашлялся и, обращаясь к незнакомцу, проговорил:

— Невеста, говоришь?

Было ясно, что он отнесся к заявлению чужака с недоверием.

— Да, Беатрикс Левенах — моя невеста, — подтвердил незнакомец. — А меня зовут Олдер, — добавил он, чуть помедлив.

— Ах, Олдер, наконец-то!.. — воскликнула Беатрикс. Повернувшись лицом к незнакомцу, она спросила: — Почему же ты не появлялся так долго?

— Я задержался. — Олдер с презрительной усмешкой окинул взглядом толпу. — Да, задержался. Непредвиденно. Прости меня, дорогая. Если бы я знал, что тебе придется жить среди таких варваров, я бы поспешил к тебе, бросив все прочие дела.

— Подожди-ка… — Дунстан приблизился к белоголовому мужчине. — Мы ничего о тебе не знаем, парень. И нам не нравится, что ты помешал нам расправиться с ведьмой. Она убийца. Она нападает на добрых людей, ни в чем не повинных. Люди, которые ей доверяют, а она убивает их в их собственных домах!

Мужчина, назвавший себя Олдером, повернулся к Дунстану. И в тот же миг в ушах Беатрикс как будто прозвучал странный и жуткий хохот — во всяком случае, ей так почудилось.

— Если ты сделаешь еще хоть шаг к Беатрикс Левенах, — проговорил незнакомец, я вырву тебе обе руки и ими же забью тебя до смерти.

Дунстан покраснел от возмущения и досады.

— Меня зовут Олдер де Уайт, — продолжал белоголовый мужчина, обращаясь уже ко всем собравшимся, — а Беатрикс Левенах была обещана мне…

— Шесть лет назад, — пропищала Беатрикс.

— Верно, шесть лет назад, — кивнул Олдер. — Обещана ее отцом…

— Моим отцом Джералдом.

Белоголовый выразительно взглянул на нее, словно сказал: «Довольно».

— Так вот, Джералд Левенах обещал мне свою дочь шесть лет назад, но я не мог все это время заявить на нее свои права ввиду… ввиду непредвиденных обстоятельств. Неотложные дела в моем поместье в Англии задержали меня. И пусть чума падет на головы тех, кто стремится причинить зло главе вашего клана. Что бы сказал на это Джералд?

Мать Тома вышла вперед и заявила:

— Она не глава нашего клана, она ведьма! Она убила моего сына!

Олдер взглянул на труп юноши, потом тихо и с сочувствием в голосе он сказал:

— Милая, подумай: смогла бы женщина, пусть даже женщина Левенах, одолеть такого молодца, как твой Том?

У Беатрикс возникло странное чувство: казалось, она готова была вечно слушать этот голос. Она даже поймала себя на том, что ее тянет положить голову на плечо Олдеру де Уайту.

— Да, он у меня был крепким парнем, — согласилась мать Тома. — Но ведь Левенах — ведьма! А Том ей доверял. Мы все ей доверяли!

Олдер пожал плечами.

— Да, а почему бы ей не доверять? Ведь очень может быть, что она не сделала вам ничего дурного.

Олдер окинул взглядом толпу, и Беатрикс заметила, что многие лимнийцы приблизились к нему; причем лица у них сделались задумчивые и отрешенные.

— Скажите, кто-нибудь из вас видел, как она напала на Тома?

Никто не ответил.

Олдер пристально посмотрел на Дунстана и спросил:

— А может, у тебя есть личные причины для мести?

— Что?.. — Глаза Дунстана расширились.

— Может, ты добивался руки моей невесты, а она тебе отказала? Может, своим отказом она задела твою гордость, поэтому ты хочешь ей за это отомстить? Хочешь драться со мной за честь Левенах?

— Я ведь женатый мужчина! — закричал Дунстан. — Это все из-за убийства Тома, незнакомец! Я тревожусь за людей, с которыми у тебя нет ничего общего, так что…

Но тут Олдер, взяв Беатрикс за локоть, вновь обратился к толпе:

— Сегодня ночью постоялый двор будет закрыт, чтобы у вас было время остудить свои головы и внять доводам рассудка. По вашей милости у моей леди выдался трудный вечер, и я уверен, что ей надо отдохнуть.

Беатрикс раскрыла рот, но что именно ей хотелось сказать, она и сама не знала. Олдер же взглянул на нее, и она отчетливо услышала: «Не говори ничего». Эти слова словно прозвучали у нее в голове.

— В любом случае, — продолжал он, — у меня есть желание поговорить с моей нареченной наедине.

Потащив Беатрикс к дому, он бросил через плечо:

— Мы с вами встретимся утром, при более благоприятных обстоятельствах. А пока…

Он поклонился толпе и с улыбкой сказал:

— Всего вам доброго!

Взглянув на Беатрикс, проворчал:

— Ты не пригласишь меня в дом?

Беатрикс кивнула и с радостной улыбкой воскликнула:

— Олдер, дорогой, заходи же!

— Спасибо, миледи. Я войду. С удовольствием.

Олдер в последний раз взглянул на толпу и прокричал:

— Мы желаем вам всем доброй ночи!

Он подтолкнул Беатрикс к двери, вошел следом за ней и тотчас же закрыл дверь на засов. После этого они молча прошли в пустой зал. Со вздохом опустившись на стул, Олдер сказал себе: «Как удачно все получилось, даже не верится…» Снова вздохнув, он взглянул на женщину Левенах, стоявшую всего в нескольких шагах от него. Рот ее был чуть приоткрыт, а между бровями цвета ржавчины пролегла складка.

— Добро пожаловать, — подсказал ей Олдер. — Ты ведь это хотела мне сказать?

— Ты пришел… — пробормотала Беатрикс. — Ты действительно пришел, Белый Волк.

Олдер смотрел на нее в задумчивости. Догадывалась ли она, кто он такой на самом деле? И если она действительно была такой сильной колдуньей, как говорили о ней люди — а Олдер подозревал, что так оно и было, — то он с тем же успехом мог бы запереться в доме со своим злейшим врагом. На редкость красивым врагом…

Да, она была очень красива, — но когда перед тобой смертельный враг, то, наверное, не так уж и важно, что он предстает перед тобой в облике столь роскошной женщины.

— Белый Волк? — переспросил Олдер. — Что ж, некоторые действительно так меня называют.

— Ты единственный, кто может мне помочь.

— Разве я уже не помог?

— Ты убиваешь чудовищ, — продолжила Левенах. — Убиваешь вампиров, — добавила она, понизив голос до шепота.

Олдер кивнул и тут же спросил:

— А ты? Ты тоже их убиваешь?

На сей раз кивнула Левенах:

— Да, я тоже. Но сейчас моя жизнь… жизнь лимнийцев… Все мы в смертельной опасности. Вампиров становится все больше.

— Ты знаешь, кто тебя преследует? — спросил Олдер и тут же понял, что боится услышать ответ.

— Его зовут Ласло, — прошептала Беатрикс. — Он король вампиров, и он очень стар и опасен.

— Я тоже стар и опасен, — ответил Олдер, не вполне понимая, зачем об этом говорит. — Хотя, возможно, не настолько стар, как он.

— Конечно, не настолько. — Она едва заметно улыбнулась, но тут же снова стала серьезной. — Почему ты меня искал?

— Я ищу Ласло. Он кое-что у меня украл много лет назад. Я пришел, чтобы вернуть себе украденное и уничтожить его. Но сейчас, Беатрикс Левенах, только ты можешь помочь мне.

Она промолчала и он спросил:

— Ты живешь тут одна?

— Да, одна. Мой отец умер три месяца назад.

Олдер взглянул на нее с усмешкой.

— Его ведь зовут Джералд, не так ли?

Она рассмеялась.

— Да, верно. Удачно мы их разыграли, правда?

— Выходит, нареченного у тебя нет? И мне не придется драться с твоим разъяренным поклонником?

— Нет, не придется. А насчет жениха… Это было придумано, чтобы потянуть время, дурача местных жителей до твоего прихода. Мой отец сказал мне, что ты обязательно должен прийти.

— Неужели?

— Да, он так сказал.

Олдер решил сменить тему.

— Ты охотишься по ночам? — спросил он.

Левенах кивнула: