Зулкибар (Книги 5-7) (СИ) - Добрынина Марина Владимировна "и Астральная Сказочница" - Страница 46

   Айлидэ сделала глубокий вздох, кажется, собираясь основательно возразить. Они что собрались здесь диспут устроить на тему селекции и рождаемости? Ну, уж нет! Это они пусть как-нибудь в другой раз и без меня, а я хочу свою невесту! Немедленно!

   - Мы на Крион отправляемся или как? - подал я голос, так и не дав Элинике сказать ни слова.

   - На Крион! Да кто вас туда пустит? - выдохнула она.

   - Ты нас туда проводишь, - ласково так проговорил Кардагол, - а если тебе недосуг, то мы попросим Мерлина. Он, наверное, заскучал уже без своего дружка Семена и будет не против его навестить.

   Судя по тому, как и без того бледная от природы Элиника побледнела еще больше, она себе представила, что могут натворить два алкоголика на ее родине, особенно учитывая, что один из них архимаг, а второй мастер подбивать этого самого архимага совершать всяческие магические глупости.

   - Мне нужно посоветоваться с коллегами, - после недолгого молчания решила она.

   - Так советуйся, - легко согласился Кардагол, - мы за тобой присмотрим. А то мало ли что.

   Айлидэ одарила его неодобрительным взглядом, извлекла из мешочка на поясе сигару и многозначительно посмотрела на меня. Ну и что ей нужно-то?

   - Эли, мальчик в шоке и не понимает, что ты намекаешь на то, что даме нужно дать огонька, - объяснил Кардагол, дал Элинике прикурить и обратился ко мне, - не нервничай, Лин, дети - это цветы.

   - Которые растут на могилах своих родителей, - машинально брякнул я одно из любимых маминых изречений.

   Тут Шеон наш вдруг ожил, вскочил с кресла и зло так мне прошипел:

   - Я не ожидал, Лин, что ты так будешь реагировать!

   - А как я, по-твоему, должен реагировать? Как? - разозлился я, - по-твоему, я должен радоваться, что моя беременная невеста находится на острове, среди этих травокурок, волнуется и вообще... может быть, она сама меня хотела этой новостью обрадовать, а я вот так при таких дурацких обстоятельствах все узнаю и не от нее.

   - Иногда ты меня поражаешь своей сентиментальностью, зайчик, - посмеиваясь, проворчал Кардагол, - это ты точно по материнской линии отхватил.

   Я в ответ, конечно же, огрызнулся. Он тоже молчать не стал. Ну и понеслось.

Глава 18

   Ларрен

   Мог бы, собственно, и не выгружать меня перед парадным входом. Я не гордый, воспользовался бы и одним из черных, благо внешний вид у меня сейчас не слишком презентабельный. Но, выбирать не приходится. В конце концов, я - родственник князя, а потому негоже мне по задворкам бегать.

   Гордо, спокойно, как будто, так и надо, вхожу во дворец. Аргвара не видно, но это не значит, что его рядом нет. Уж я бы на его месте свое сокровище без присмотра не оставлял. Нет, безусловно, сокровище - это не я.

   Лестницу выбираю левую, так ближе к покоям Лина. Очень надеюсь, что к нему не забредал кто-то из чрезвычайно любопытных родственников и не утащил артефакт куда-нибудь к себе. Впрочем, сделать это могли разве что Терин с Киром. Да автор вещицы - Кардагол. Всем остальным эта зеленая чашка просто бы в руки не далась. Недаром же даже Аргвар смотреть на нее смотрит, а трогать побаивается.

   Ладно, посмотрим и мы.

   Надо ж такому случиться, что именно тогда, когда я почти приблизился к осуществлению мечты, между мною и ею материализуется Горнорыл. Он спускается мне навстречу. На лице - печать задумчивости. За плечами - топор. Остальной облик без изменений. Видит меня и прямо-таки лучиться начинает от счастья. Замираю. В отличие от него, я не вооружен. Да и одежды-то на мне рубашка, штаны какие-то да опорки странной конструкции. Извините, не сам выбирал. Аргвар постарался. Но не облегающие трико - и на том спасибо.

   - Ах, ты, заррраза! - радостно восклицает гном, - это ж я только с Вальдором помирился, и ты тут!

   Отвешиваю поклон.

   - И вам здравствуйте, дядька Горнорыл.

   - Да какой я тебе дядька, мелочь ты пузатая?!

   - Ну, насчет мелочи пузатой это Вы сильно погорячились. Или у Вас проблема с зеркалами?

   И злость на меня такая накатывает радостная. Ну, думаю, давай. Сейчас я ничем не связан. Ни долгом, ни печатью. Давай, гном, и мы посмотрим, кто сильнее - ты или я.

   Горнорыл аккуратно вынимает топор. Жду.

   - Вы что, - интересуюсь, - зарубить меня решили, дядька Горнорыл? Вам может, удобнее будет, если я на колени встану и голову наклоню. А?

   - Ах ты...

   Далее следует ряд непечатных выражений, но цели я своей добился. Гном ставит топор у стены. Я разворачиваюсь и сбегаю с лестницы. Мне здесь неудобно. Он, конечно же, за мной, с воплями:

   - Стой, трусливый мальчишка!

   Не так уж я и молод.

   Горнорыл сегодня без доспехов. Но одеяние на нем парадное - расшитое золотом, украшенное камнями. Тяжелое, одним словом. Оно, да и комплекция его, конечно, делают гнома неповоротливым. Однако я знаю, что кулаки его - как молоты. Успел в свое время почувствовать. Если он по мне попадет, не факт, что устою на ногах. А вообще драться с ним весело. Но неудобно. Причем обоим. Он по физиономии моей попасть не может, хотя очень хочет. А я так вообще не знаю, куда бить. Разве что ногами.

   Мы быстренько обзаводимся зрителями в лице стражников, а также лениво прогуливавшихся до сего момента придворных дам. Разнять нас с Горнорыдом не спешат. Оно и понятно. Дворцовая жизнь - она скучная, по большому счету. Разве может плетение интриг сравниться со зрелищем, когда два представителя разумных пытаются пустить друг другу кровь?

   Я потихоньку выматываю гнома, не позволяя тому приблизиться ко мне вплотную. Он злится. А мне просто весело. Он очень злится, и уже плохо себя контролирует. Однако злость делает его отчаяннее и быстрее. В итоге он достает меня ударом в живот. Однако удивляю себя сам и мало того, что остаюсь на ногах, но еще и отпрыгиваю в сторону, успев дать Горнорылу смачненькую такую плюху в челюсть.

   Гном трясет головой и продолжает наступление. Чувствую, что я разогрелся, а вот у него реакция уже замедляется. Стар наш дядька Горнорыл. Не по нему уже такие упражнения. Или он и в самом деле считал, что я полжизни провел на руководящих должностях, и у меня мышцы уже атрофировались? Ну, нет, практика у меня была хорошая. И с учителями везло. А как тебе ребром ладони по основанию шеи? Не нравится? А кулаком в переносицу? Тоже? Да неужели?

   Вскоре наша драка превращается уже в избиение. Гном вяло отмахивается от меня, пытаясь не столько достать, сколько помешать мне ломать ему кости. Да не так уж просто их сломать!

   - Сдаешься, дядька Горнорыл? - интересуюсь я, предоставляя гному передышку.

   Тот отрицательно мотает головой.

   - Сдавайся, - предлагаю, - убью ведь. Голыми руками убью.

   - Нет... - хрипит он.

   Ах, нет? Продолжим! Наконец, не знаю, сколько прошло времени, гном падает на пол с грохотом. Останавливаюсь рядом с ним. Лежит, глаза вытаращил. Но дышит.

   - Не прощаюсь, - говорю, после чего разворачиваюсь и иду вверх по лестнице. У меня еще есть незавершенные дела.

   Лин

   Айлидэ, пока мы огрызались, успела приговорить всю сигару и застыла. Впала в транс, как пояснил Кардагол. Ну, транс так транс, ему виднее, мы с Шеоном в отличие от него дел с пифиями не имели и по мне так, что транс этот, что обычные кайфушечки, случающиеся после раскуривания каннабиса - все одно.

   Я как раз придумал, как бы еще пообиднее поддеть Кардагола и уже даже рот открыл, как Элиника шумно вздохнула, обвела нас мутным взглядом, загробным голосом изрекла: "На Крион вам хода нет" - и вырубилась.

   Я уже возмутиться хотел, но тут мне на руки свалилась Саффа. В буквальном смысле этого слова - откуда-то сверху. Оригинальные шутки у этих пифий.

   - Привет, Саффочка, скучала? - бодренько осведомился я у офигевшей волшебницы, чмокнул ее в щеку и поудобнее устроил у себя на коленях.