Зулкибар (Книги 5-7) (СИ) - Добрынина Марина Владимировна "и Астральная Сказочница" - Страница 137

   - Вот везет же некоторым, - протянула Леночка, ни к кому не обращаясь.

   - Ага-ага, дуракам всегда везет, - подтвердила я.

   - Замуж там выйдешь, - мечтательно протянула Ксюша, - за иностранца.

   И таким полным благоговения тоном это было сказано, будто иностранные мужчины кардинально отличаются от местных, причем в лучшую сторону. По мне так мужик он и в Альпердолионе мужик.

   - Детишек нарожаешь, - вставила до сих пор глубокомысленно молчавшая экономист Алла Андреевна.

   И вот тут я поняла, что пора бежать куда подальше, потому что если эта мать-героиня завела детскую тему, то, во-первых, это надолго, во-вторых, это может закончиться экзекуцией в виде показа свежих фот ее чад с писками на тему: "смотри какая попочка!" и прочие сюсики-пусики. У Лина в детстве тоже между прочим попочка была, но меня почему-то не тянуло захлебываться слюной от умиления.

   - Так, все, девочки, я пошла, мне с Васильичем пообщаться нужно.

   - А чего это он тебе? - на правах его непосредственного начальства поинтересовалась главбушка.

   - Денег он мне должен. С зарплаты обещал отдать, то есть вчера.

   Я быстренько проскользнула в дверь, напоследок услышав, как оживившаяся Аллочка радует своих товарок:

   - Я вам сейчас свежие фоты моего Петюнечки покажу.

   Ой, как же мне повезло, что я убежала раньше, чем это действо началось!

   Николай Васильевич обнаружился в своем кабинете. Мое появление его явно не обрадовало. Уж не знаю, что он там себе придумал, после того как я вчера на работу не вышла. Наверно, успел уже похоронить меня с почестями и решить, что делать с незапланированно привалившими деньжатами.

   - Дуся, какой сюрприз! - наигранно обрадовался бухгалтер, - а что с тобой случилось? Заболела?

   - Нет, уезжаю.

   Я вдохновенно повторила историю про бабушку из Филадельфии, в заключение добавив:

   - Еще с месяц буду здесь, пока все с документами и квартирой утрясу. Хочу за это время мужа себе найти. Не нравятся мне эти иностранцы, а одной в чужой стране как-то не того.

   Глазки у Васильича заблестели. Вот ведь задница предпенсионного возраста! Что это он там себе, интересно, подумал? Свататься, что ли ко мне решил?

   - Дусь, чайку не хочешь? Или может быть кофе? Ты присаживайся. Сейчас я тебе денюжку отдам и посидим, поболтаем за жизнь.

   - Ой, некогда мне, Васильич, - кокетливо помахивая ресничками, пролепетала я.

   - И даже полчасика не уделишь старому другу?

   Васильич старательно изобразил огорчение, протягивая мне деньги. Вот интересно, когда это он успел стать мне другом?

   - Так времени в обрез, жениха искать нужно, а пока одни старики да пидорасы попадаются, - пробубнила я, пряча полученный должок в сумочку и одаривая бухгалтера улыбкой святой невинности.

   Васильича я оставила в легком апофигее. Наверно он еще долго размышлял, к какой категории я причислила его персону.

   Не рискуя более показываться на крыльце, где Аллочка продолжала шумно радовать коллег свежими фотами младенца Петюнечки, я завернула в туалет и оттуда телепортировалась в ближайший магазин, где стоит терминал для оплаты всякой хрени, в том числе и Интернета. А потом я отправилась домой, где меня ждала новоиспеченная сетевая маньячка Катерина.

   Глава 7

   Катерина

   Дуся вернулась счастливой и тут же сообщила, что я могу войти в сеть. Вовремя. К тому моменту монстрики успели мне уже надоесть, тем более, что с живыми, ой, оживленными, обычно гораздо интереснее. А эти чрезвычайно предсказуемы.

   Дрожащими от нетерпения пальцами стучу по кнопкам. Ага, целая куча сообщений.

   Первое от Клайва.

   "Привет, о цветок моего сердца, тебе любовник нужен?"

   Вот даже и не знаю, что ответить. Наверное, нужен, но я как-то не привыкла к настолько откровенным предложениям. Не буду пока отвечать. Подумаю.

   Вовчик.

   "Я очинь хароший паринь. Очинумный и верный. Давай познокомимся".

   Я в сомнении. В Эрраде достаточно много неграмотных людей, но Дуся рассказывала как-то, что в этом мире и в этой части света умение читать и писать является обязательным. Может быть, имеются какие-то исключения?

   - Дуусь!

   Из кухни выплывает Дульсинея с сигаретой в зубах.

   - Прикинь, Кать, - заявляет она, - я привыкла к гномьему табаку. Мне теперь этот Беломорканал вообще не в кайф. Ты что хотела-то?

   - Посмотри, этот заслуживает внимания?

   - Этот? Нафиг!

   - Почему?

   - Катя, не смеши меня. Он двух слов связать не может. Ты же заскучаешь.

   - Ты уверена?

   - А то ж!

   Дуся склоняется перед экраном, быстро щелкает пальцами по клавиатуре.

   - Вот! - наконец заявляет она, - посмотри, здесь и фота есть. Глянь, какой симпатяга.

   Белое солнце. Это имя у него такое. Пишет о том, что рад был бы встретиться. На изображении молодой человек примерно моего возраста - привлекательное открытое лицо, русые волосы, несколько неуверенная улыбка. Под фотографией указан только рост - достаточно высокий. Я люблю высоких мужчин.

   - Давай, Катька, назначай стрелку! - командует Дуся, удаляясь обратно на кухню.

   - Где? - кричу я.

   - У торгового центра. Который центральный.

   Послушно пишу:

   "Я согласна. Давай встретимся возле центрального торгового центра в 19.00".

   И тут же бегу одеваться. Времени осталось немного.

   Через час, опоздав, как велела Дуся, ровно на десять минут, я, накрашенная и принаряженная, на трясущихся ногах следую к центральному выходу из Центрального. Такая вот тавтология получилась. Дуся неподалеку изображает из себя случайно гуляющую особу. На всякий случай.

   Перед уходом я получила от Белого солнца еще одно сообщение. Он написал, как я его должна узнать. Он будет с цветами. Немного странно. Я полагала, что узнаю его и так - ведь я видела его фотографию. Но ему, наверное, виднее. А может быть, здесь так принято.

   И вот я на площади перед магазином. Оглядываюсь в поисках цветов и высокого мужчины, сжимающего их в руках. Ага! Вон он. Наверное...

   Медленно приближаюсь. Я вижу цветы. Вернее, цветок - крупный, лохматый, желтого цвета. Огромное просто соцветие на длиннющей ножке. А вот что находится за цветком - видно плохо.

   - Здравствуй, - говорю, - я Катя.

   Из-за цветка выглядывает узкая худая физиономия мужчины лет тридцати - тридцати пяти. Три палевых волоска прилипли к потному лбу. Тонкие губы изображают нечто вроде улыбки. Ничего похожего на фотографию, наверное, снимок получился... очень удачным...

   - Привет, - говорит Белое солнце, - это тебе.

   И протягивает мне цветок. Растерянно беру это желтое приторно пахнущее чудовище, украдкой кошусь, пытаясь обнаружить где-нибудь поблизости Дусю. Ага, вон она. Стоит у фонтана с сигаретой в зубах.

   - Спасибо, - отвечаю, отчетливо понимая, что хочу домой. Нет-нет. Никаких романов мне не нужно. Домой, пусть даже и не в Эрраде.

   - Меня Васек зовут, - доверительно сообщает Белое солнце, - а тебя?

   - Катя, - отвечаю растерянно

   - Серьезно?

   - Да, я Катя.

   - Очень странно.

   - Почему?

   - А с тобой все в порядке?

   Гляжу недоуменно в его бледно-голубые глаза и медленно проговариваю:

   - Вроде, да. А что?

   - Ты свое имя написала реальное.

   - А нельзя?

   - Почему нельзя? - удивляется Васек и разводит руки в сторону. С трудом отрываю взгляд от его худых узловатых пальцев, смотрю в глаза.

   - Я - реальный пацан, - продолжает Белое солнце с нажимом в голосе, - И девчонка мне нужна реальная.

   - Пацан...

   - Ну, куда пойдем? Поклубимся? Или ко мне?

   - Что?

   - Ну что? Ты такая... я такой... что время терять?