Зулкибар (Книги 1-4) (СИ) - Добрынина Марина Владимировна "и Астральная Сказочница" - Страница 41

   - Убью! - рычит Дульсинея.

   - Знаю, - спокойно отвечаю я.

   Проходит секунд десять.

   - И что ты предлагаешь? - интересуется Дуся, уже не пытаясь перейти на возмущенный визг или гневные вопли.

   И вот тут я удивляюсь сам себе. С другой стороны, а зачем было это все затевать?

   - Я сам это сделаю.

   - Ой, насмешил! Наш золотой мальчик умеет справляться с переломами?

   - Я - умею.

   - С какого бы перепугу тебе такое уметь?

   - Дульсинея, каким бы ни было плохим Ваше впечатление обо мне, тем не менее, я вынужден отметить. Я - принц. Это - не только привилегия. Меня многому учили. В том числе на случай войны, зашивать раны и вправлять переломы.

   Хм, я рычу? Я - рычу. И это действует. Во всяком случае, зараза эта смотрит на меня крайне недоуменно и молчит. Ну что ж. Я прав. Я прав, и потому именно мне следует лечить мага. О, что же я делаю-то?

   Не знаю, как выглядел маг, когда Дульсинея в первый раз к нему приходила, но сейчас - погано. Настолько, что даже наше с ней эффектное появление его не особо-то волнует. Осторожно касаюсь ладонью его лба. Очень-очень горячий.

   - Вальдор, - шепчет он, открывая воспаленные глаза, - и ты здесь.

   Дуся отталкивает меня в сторону и эдак мелодраматично падает перед магом на колени.

   - Теринчик! Тебе плохо? Я все принесла.

   Что за дурацкая манера у женщин - задавать такие вот вопросы. Нет, ему очень хорошо. Прилег отдохнуть, а тут мы нарисовались, отвлекаем.

   - Зачем он? - еле слышно произносит маг, показывая на меня взглядом.

   - Пришел на тебя посмотреть. Позлорадствовать, - бодро рапортую я.

   - А... Понятно...

   Маг вновь закрывает глаза, и у меня такое ощущение, что сейчас он потеряет сознание. А мне это совершенно неинтересно. Как же мы водку в него вливать будем? Вот уж будет здорово, если маг в разгар операции вдруг придет в себя и дергаться начнет.

   - Иллюзия, - шепчет он, и Дуся спохватывается, практически взлетает на ноги и начинает шустро так тапком своим махать. Выглядит, надо признать, забавно.

   - Эй, друг, - зову я и легонечко хлопаю мага по щеке, - не спи.

   - Не смей его бить, - где-то за спиной всхлипывает Дуся. Хорошо, хоть за руки не хватает.

   Терин открывает глаза.

   - Мне лучше.

   - Ага, некромант, лучше тебе, как же. Вот сейчас мы тебя полечим, может, и станет тебе лучше.

   Признаться честно, на его руки мне даже смотреть страшно, а не то, что кости вправлять, и это несмотря на то, что всей картины я не вижу - кое-что скрывают рукава рубашки.

   Ну да, пару-тройку раз я это делал, но сейчас... А сейчас я в ужасе. Только бы не показать это.

   - Дусь, - говорю, собрав все мужество, - начинай его поить.

   - Что это? - слабым голосом интересуется маг.

   - Что-что, - ворчит Дульсинея, - анестетик. Гномья водка.

   - Не хочу... - бормочет волшебник этот недобитый.

   - Надо, Федя, надо, - говорит что-то странное (какой Федя?) Дуся, приподнимает магу голову и начинает аккуратно вливать в его рот жидкость. Гадостное, скажу я, пойло. Неудивительно, что Терин фыркает, кашляет и даже пытается отплевываться.

   Я же, пока алкоголь на него не подействовал, достаю нож.

   - Что, решил добить, чтоб не мучился? - невесело шутит Дуся.

   - Да, - отвечаю, - это первое, что пришло мне в голову. Но я пока не готов нанести ему удар милосердия. Пусть пострадает.

   Аккуратно срезаю ткань. М-да. Наверное, бывает и хуже, только я, к счастью, этого не видел. Руки распухли чудовищно, покраснели. Местами на них крупные темно-синие пятна. Пытаюсь осторожно прощупать кость, и Терин вскрикивает. Негромко, но я ведь еще и не начал работать. Наверное, водка пока не подействовала. Подождем.

   - Дусь, - спрашиваю, - ты огонь соорудить сможешь?

   - Не знаю. Зачем?

   - Мне нож нужно накалить.

   Дуся резко бледнеет.

   - Ну что ты, - спрашиваю, - так на меня смотришь? Да, мне нужно будет разрезать ему руку. Удивительно, да? Я, знаете ли, не маг, сквозь ткани видеть не умею. Найдешь мне огонь, нет?

   - Это ты типа лезвие дезинфицировать собрался?

   Какая у меня невеста сообразительная.

   - Да, - говорю, - ты права.

   - Ну, так вот, водкой и продезинфицируй.

   Хороший совет... для человека из другого мира.

   - Дуся, это гномья водка, - терпеливо напоминаю я, - она сталь разъедает.

   Глаза у Дуси становятся квадратными.

   - Ты! - верещит, правда тут же поправляется. - Мы... мы Терина отравили, получается?

   - Пить ее можно, но сталь она разъедает.

   У меня столько терпения, что сам себя боюсь. Бросаю на невесту грозный взгляд. Срабатывает. Она шмыгает носом и исчезает.

   - Дульсинея, - шепчет маг.

   Могу в ответ только угрюмо брякнуть:

   - Нет ее.

   - Почему ты от меня сбежала?

   - Я ее за огнем послал.

   - Я ведь так желал тебя...

   Я забываю, как дышать. Так может, моя давняя шутка про некроманта нашего не так уж была далека от истины? Но решаю уточнить, на всякий случай.

   - Э... кого?

   - Тебя.

   Обескураживающий ответ.

   - Тебя, моя разноглазая предметница.

   Как хорошо! Не хватало мне еще быть объектом вожделения всяких магов с узурпаторскими наклонностями. М-да, я так понимаю, водка начала действовать. И где же эта разноглазая предметница?

   Дуся

   Я вернулась в свои покои и огляделась. Так, дрова из камина - это как-то несерьезно, там щепочки какие-то и вообще больше угля, чем дров. Лампочка, похожая на керосинку моего родного мира, тоже не то, на ней особо ничего не накалишь. Высунулась я в коридор, огляделась, вроде пусто. Схватила со стены факел, развернулась, чтобы к себе обратно бежать, и попала в объятия, не знаю даже кого.

   - Вот я тебя щас факелом по морде приласкаю, будешь знать, как невесту наследника лапать! - рявкнула я.

   Меня поспешно отпустили. Вот даже не знаю, и правда лапали меня или я случайно с кем-то столкнулась из-за того, что резко обернулась, и бедняга просто не успел смыться с траектории моего движения? А впрочем,  какая разница?

   Вернулась я в свою комнатушку и быстренько назад в темницу переместилась. А там Вальдор от смеха разве что по полу не катается.

   - Ну и что смешного? Радуешься, что враг повержен и страдает, да?

   - Дуся, ты же знаешь что это не так!

   Кажется, принц даже немного обиделся на меня.

   - Я пошутила, - буркнула я и сунула ему факел. - Вот, я огонь принесла, накаливай свой нож, хирург хренов.

   Я отошла поближе к Терину, смотрю он, лежит, в потолок глядит, а глаза пьяные-пьяные. Как говорится, готовенький в дрова. Это хорошо - значит не больно ему будет. Я для усиления анестезии еще и руну врачевания над ним изобразила. Два раза.

   - Еще раз, - потребовал Терин.

   - Понравилось что ли? - посмеиваясь поинтересовалась я, но руну начертила. Мне не жалко.

   - Он же меня резать будет, - на редкость рассудительно для пьяного, изрек некромант, - тройная руна врачевания любое кровотечение останавливает на три часа.

   - Вот и хорошо. А ты давай-ка еще выпей, а то что-то слишком хорошо соображаешь, - пробормотала я.

   Терин поморщился, но возражать не стал, послушно выпил, закашлялся, глаза закрыл и затих. Уснул что ли? Хорошо если так. Я устроилась рядом с ним поудобнее, хотела ему волосы поправить, уже даже руку протянула, но тут он глаза открыл. Посмотрел на меня, ухмыльнулся так нехорошо, и заявил:

   - Что, чмо, растудыть тебя в качель, радуешься, что я в таком состоянии?

   Вот так номер! Нет, мне конечно даже где-то приятно, что он от меня слов всяких разных нахватался, но за что он меня так приласкал?

   - Ты чего это, Терин, в глаз захотел что ли? - осторожно поинтересовалась я.