Зулкибар (Книги 1-4) (СИ) - Добрынина Марина Владимировна "и Астральная Сказочница" - Страница 252

   - Интересные вещи ты рассказываешь, Икси, - я проигнорировала вопрос про Вальдора, - а можно подробнее про похождения Лиафельки при кентарионском дворе? Хотя нет! Погоди! Вечером, за ужином расскажешь. Я позабочусь, чтобы эта килька присутствовала. Пошли, Теринчик. Пока, Икси.

   - Пока, Дуся, - процедил Иксион.

   Кажется, не очень обрадовался, что я у него Терина увела.

***

   - Ну... Это... - мычу я, пытаясь подобрать слова. Я не знаю, о чем мне разговаривать с Шеоном. Ну да, конечно, давно стоило с ним поближе познакомиться, только вот... что сказать-то? Я как-то не испытываю к нему отцовских чувств. Нет, парень, вроде бы, на первый взгляд, неплохой. И да, я верю, что это мой сын. И еще я понимаю, что примесь эльфийской крови делает этого парнишку более инфантильным и чувствительным, чем я был в возрасте тридцати лет.

   Шеоннель сидит практически в той же позе, что совсем недавно Ханна, и терпеливо ждет, пока его вновь обретенный отец соберется с мыслями. Кстати, он сейчас ну очень на Ханну смахивает. От этой мысли на душе теплеет.

   - Шеон, кстати, тебя можно называть Шеоном?

   - Как Вам угодно, Ваше величество.

   - А мать тебя как называет?

   - Шеоннель.

   - А друзья?

   - У меня нет друзей. Но Лин называет меня Шеоном.

   Задумчиво постукиваю пальцами о столешнице. Парень молчит, наклонив голову.

   - Шеон, расскажи мне о себе, - наконец решаюсь я.

   Поднимает на меня глаза. А взгляд-то какой серьезный! Можно подумать, я его познаниями в математике интересуюсь!

   - Что мне рассказать?

   - Я же ничего о тебе не знаю. Как ты рос? Чем занимался? Что планируешь?

   - У меня все хорошо.

   И молчит. Глаза снова опустил, волосы на лицо падают. Ну прямо Терин на допросе!

   - Тебе у нас нравится? Никто не обижает?

   - Нравится.

   Так, скоро мое терпение закончится. Делаю последний заход.

   - Я так понял, вы с Лином Эрраде общаетесь. Как тебе с ним, весело?

   Шеоннель вздрагивает, смотрит на меня в ужасе, а потом заявляет дрожащим голосом:

   - Простите меня. Я виноват. Вы вправе попросить маму, чтобы она меня наказала.

   Ничего себе! Ну, парень и загнул. Во-первых, я не понимаю, что такого он сотворил страшного, чтобы так меня бояться. Я, вроде бы, не такой уж монстр и сатрап. Разве что изредка. Во-вторых, чего это ради я должен его мать о чем-то таком просить? Я что, сам не могу разобраться? Чушь какая-то. А потому я могу лишь изумленно воскликнуть:

   - За что?!

   - Я вел себя неподобающим образом. Я не остановил Лина, когда... А потом...

   Я встаю. Смотрю на него сверху вниз. В глазах у парня обреченность, и мне это не нравится. И вообще, это - мой сын, и я не позволю всяким остроухим куклам уродовать его психику. Я не знаю, что она с ним все это время делала, но это пора прекратить.

   - Так. Стоп. Шеон, я прекрасно понимаю, что вы оба были пьяны. И с Лином на эту тему я уже поговорил.

   Ну да, поговорил, потом полчаса извинялся.

   - И потом, мальчик мой, я тоже в молодости не отличался примерным поведением. С другой стороны, если бы я таким не был, наверное, у меня не было бы и таких друзей, как Эрраде. Я потом тебе расскажу, или вон у Лина спроси. Он тоже в курсе. И вообще, причем здесь твоя мама? Ты - мой сын, такой же, как и ее! И я не виноват в том, что мы с тобой познакомились лишь недавно! Неужели ты думаешь, я смог бы тебя бросить?

   - Я знаю, - шепчет парень.

   - Что ты знаешь?!

   - Что Вы не виноваты.

   - Но почему тогда ты меня боишься?!

   И что это я раскричался? Шеон уже голову в плечи вжал так, что наружу одни уши торчат. Вот уши точно не мои, и шевелить я ими так забавно не умею. Я весело фыркаю. Шеоннель косится на меня и снова шепчет:

   - Простите.

   Ох, нет! Ни конца, ни края!

   Снова плюхаюсь в кресло.

   - И часто она тебя наказывает?

   - Регулярно.

   - И что она с тобой делает такое, что ты от громкого звука шарахаешься?

   - У нее... богатая фантазия.

   - Да, фантазия у нее всегда была богатой, - отзываюсь я. А что, о некоторых этих ее фантазиях до сих пор приятно вспомнить. Надо будет часть из них с Аннет повторить. Я отвлекся.

   - Шеон, ты не должен позволять ей это. Ты же совершеннолетний.

   - Да, но ограниченно.

   И тут я бью себя ладонью по лбу. Дурень! Осел! Склеротик! Дебил! Это я все о себе. Да у эльфов же до сорока пяти лет ограниченная дееспособность! Они же до этого возраста все свои решения должны с родителями согласовывать! Ежели, не дай боги, это чудо взойдет на престол после моей смерти, он же еще пятнадцать лет без маминого позволения и в туалет сходить не сможет, не то, что указ подписать. Кошмар. А, судя по характеру его мамочки, несравненной Лиафель, моя кончина последует очень быстро и от естественных причин. Может, мне и в самом деле, перейти к экстренным мерам? Интересно, Шеоннель сильно расстроится, если я закопаю в клумбе труп его матери?

   - Я так скучала, Вальдор!

   Теперь уже вздрагиваю я, потому что ко мне в кабинет влетает бодрая и румяная Аннет. Влетает, кидается обниматься, а я смотрю на Шеона в ужасе и не знаю, что сказать. Встаю, наконец, чмокаю жену (или как ее сейчас называть?) в щечку и с отчаянием в голосе произношу:

   - Знакомься, Аннет, это мой сын Шеоннель.

   Шеон стремительно бледнеет и медленно-медленно поднимается с кресла.

   Аннет улыбается. Я тоже бледнею.

   - Шеоннель! - вдруг радостно произносит она. - Я так рада тебя видеть! Ты так похож на Вальдора! Жаль, что мы с тобой раньше не познакомились.

   Она хватает ладони Шеона руками, сжимает их и смеется:

   - Ну, какой хорошенький! И вылитая Ханна! Только ушки смешные.

   А у меня, по-моему, сейчас будет сердечный приступ. И у Шеона тоже. Мы испуганно косимся друг на друга и молчим. Первым, надо признать, приходит в себя полуэльф.

   - Я тоже очень рад познакомиться с Вами, Ваше величество.

   Кажется, я могу выдохнуть.

   - Вальдор! - щебечет Аннет, - я только что с дороги. Мне нужно привести себя в порядок. А потом мы с тобой побеседуем. Хорошо?

   Она еще раз тепло (!) улыбается Шеону и удаляется, подобрав юбки.

   - Приятная женщина, - потрясенно произносит Шеон.

   - Это да, - соглашаюсь я.

   Глава 24

   - Зачем ты меня сюда переместила? - поинтересовался Терин.

   Судя по отсутствию радости на его лице, визит в спальню Кардагола было последним, чего он в этой жизни желал.

   - Вообще-то, я надеялась, что эта озабоченная задница находится здесь, - призналась я, - а ты мне нужен в качестве моральной поддержки.

   - Что Вы еще придумали, Дульсинея?

   Даже предполагать не хочу, о чем он подумал, задавая мне этот вопрос!

   - Ой, мой сладкий чем-то недоволен! - восхитилась я.

   - Дульсинея.

   - Ну, что, что? Я всего лишь хотела потребовать, чтобы Кардагол снял с меня эту сексуальную приманку, а то по мне уже эльфы малолетние вздыхают. Неудобно как-то.

   - Дульсинея, Вы опытная волшебница и не знаете вещей, которые известны даже детям.

   - Каких таких вещей я не знаю?

   - Любовная магия на эльфов не действует. У них иммунитет.

   - Шеон полуэльф, у него может и не быть такого иммунитета, - возразила я. - Пойдем, поищем Кардагола у фрейлин.

   - Если я Вам скажу, что Кардагол полностью избавил Вас от своего колдовства, этого будет достаточно?

   - Достаточно для чего?

   - Для того чтобы мы убрались отсюда и не искали этого... этого человека.

   Не дожидаясь моего ответа, Терин телепортировал нас в библиотеку.

   - Зачем мы здесь? - озадачилась я.

   - Вы, Дуся, сейчас ознакомитесь с одной интересной книгой. А я проконтролирую.