Зулкибар (Книги 1-4) (СИ) - Добрынина Марина Владимировна "и Астральная Сказочница" - Страница 224

   А ей идет эта новая прическа - почти ежик, хотя жаль волосы - темные, шелковые, которые так приятно было гладить, и которые цеплялись за сучки и колючки, когда моя ненаглядная носилась по лесу на своем скакуне. Она и тогда любила повыпендриваться. Ох... Сучка... гадкая эльфийская сучка...

   Вот она плывет мне навстречу. Именно, что плывет, и даже полы платья музыкально колышутся, будто так и задумано. О чем я? Конечно, задумано.

   - Вальдор! - мурлычет она, протягивая мне навстречу хрупкие руки с тонкими запястьями, - я так рада тебя видеть.

   Врет! Вот точно врет! И все же я сжимаю пальцами ее запястья, и мне тяжело дышать. Тридцать один год прошел. Тридцать один год назад я уверил себя в том, что ее не увижу. Какая жалость, что случилось иначе, и каким я был дураком, когда этого не желал. Телом и душой предчувствую неприятности. Не маг я, к счастью, но эмпатом, пусть в легкой (опять же, к счастью) форме мне быть не запретишь, и уж если я считаю, что быть беде, последняя непременно откуда-нибудь вылезет. Вот и вылезла.

   За моей бывшей любовью следует какой-то белобрысый субъект - забитый, несчастный, испуганный юный эльф. Он идет, опустив глаза и плечи. Его-то она зачем сюда притащила?

   - Знакомьтесь, Вальдор, - низким певучим голосом проговаривает Лиафель, - это Шеоннель. Твой сын.

   Мой сын. Приплыли. И спрашивать, точно ли она в этом уверена, смысла нет. Даже если лжет, не признается.

   Эльфийка шипит что-то сквозь зубы, и бедняга, которого только что назвали моим отпрыском, делает шаг вперед.

   - Посмотри на меня, парень, - говорю я. Шеоннель поднимает испуганный взгляд.

   И что мы имеем? А имеем мы явное фамильное сходство, если на ушки, конечно, не смотреть. Цвет глаз у него мамин - темно-карий, а вот разрез-то мой. И нос мой, и подбородок. Форма лица, правда, неизвестно чья - прямоугольная какая-то. Наверное, кто-то из дедушек порезвился. И ростом он пониже меня будет примерно на полголовы, и сложен не как я - он худощавый и тонкий в кости. Ох, боги, но все равно ведь похож. Скажу, конечно, Саффе, чтоб проверила, но и так верю - мой он, то есть от меня. Красивый, кстати, мальчик получился. Удаются у меня дети, надо признать. Еще бы вот это выражение обиженного жизнью с его лица стереть, вообще было бы хорошо. А то не идет такое принцам Зулкибара. Ой, ёптыть! Принцам Зулкибара...

   Вот что, стало быть, нужно тебе, моя драгоценная экс-возлюбленная. Ну, вот сейчас и проясним ситуацию.

   - Как я понимаю, ты, дорогая, не погибла тридцать с лишним лет назад. Или, может, тебя поднял из могилы какой-то талантливый некромант? - спрашиваю я.

   Лиафель позволяет пренебрежительной гримаске чуть тронуть свое прелестное личико.

   - Ты тогда неправильно меня понял, Вальдор.

   - Я тебя неправильно понял?! Я тебя похоронил! Я сам себя чуть не похоронил после этого! А твои родственники - они тоже тебя неправильно поняли, или все это было разыграно специально для меня?

   - Так было нужно, Вальдор.

   - Кому?! Мне?! Я тебя любил!

   - Я тебя тоже, Вальдор, но это не имеет значения.

   - Ах, не имеет! А что тогда имеет?! Кстати, парень, сходи-ка погуляй, мне с твоей матерью поговорить нужно.

   - Нет, он останется!

   - Я сказал, пусть уходит!

   О, она злится!

   - Он останется! - рычит Лиафель и топает ногой.

   Как хорошо, все-таки, что Аннет гостит у сестры. Очень надеюсь, что до ее приезда я смогу разобраться с ситуацией. Пусть курочка моя и не так хороша внешне, как Лиа, но она никогда бы так со мной не поступила. Разыграть собственную смерть. Явиться через столько лет ко мне со взрослым ребенком.

   - А зачем? - спокойно спрашиваю я.

   - Что зачем?

   Хочу спросить, для чего ей так необходимо присутствие Шеона, а вместо этого грустно произношу:

   - Зачем ты здесь появилась? Зачем ты привела сюда своего сына? Зачем, ты можешь мне прямо ответить, без обычных эльфийских штучек?

   Изображает на лице удивление.

   - Вальдор, я просто хотела познакомить тебя с сыном.

   - Не ври! - кричу я, теряя самообладание, - не ври мне!

   Кажется, я готов ее ударить. И тут сынок мой новоявленный одаривает меня мрачным взглядом и заявляет:

   - Вам не стоит так обращаться с моей матерью, Ваше величество.

   - Молчать! - визжит Лиафель, и Шеон поспешно отступает. Да что же она сделала с ребенком?! Он что, и слова без разрешения сказать не может? И вот это я любил когда-то, вот эту лживую изворотливую жестокую гадину?!

   - Лиафель, полагаю, тебе не стоит здесь больше оставаться, - цежу я сквозь зубы.

   - Я твоя жена, Вальдор, - парирует она, задрав подбородок, - и я останусь здесь ровно на столько, сколько мне будет нужно.

   Ох, боги. Именно этого я и опасался. Она ведь, действительно, моя жена. В свое время я был настолько влюблен, что мысль о женитьбе не только меня не пугала, но и радовала, как, впрочем, и перспектива сделать гадость отцу. У меня тогда с ним были сложные взаимоотношения. Глупый мальчишка. Мы с Лиафель поженились в лесу, по эльфийскому обряду, и через три месяца она погибла. А я-то, идиот, считал себя вдовцом. А может, мне ее убить, пока никто об этом не знает? Ее и Шеона? Хотя Шеона жалко - может, из него еще приличный получеловек получится. Что делать-то?

   Стою, размышляю, и все силы уходят на то, чтобы не пустить на лицо выражение ужаса. Потому что это - преобладающая эмоция. И вот тут (спасибо-спасибо!) в зал влетает Дуся - растрепанная, страшная, родная Дуська и кричит своим неповторимым хрипловатым голосом:

   - Где эта задница сексуально озабоченная?!

***

   Каюсь - я влетела в тронный зал как ужас на крыльях ночи. То есть не причесанная, в халате, полы которого, разлетаясь, демонстрировали мои ноги. Это конечно не кардаголов шедевр длиной от коренных зубов, но тоже впечатляет. Кстати, о Кардаголе. Именно этого засранца я и искала. Иначе мне не пришло бы в голову, вот так с разбегу врываться в тронный зал - самое официальное место в зулкибарском дворце.

   - Где эта задница сексуально озабоченная? - рявкнула я, сдувая с лица прядь не причесанных после помывки и торчащих во все стороны волос.

   Ответом мне была тишина. И только тут я заметила, какая застывшая физиономия у Вальдора и что он не один. Ну вот. Кажется, я ему торжественный момент испортила. Вон как расстроился, аж побледнел, мыш мой бедный!

   - Простите, Ваше величество, я господина Кардагола ищу, - я попыталась исправить ситуацию и даже в реверансе присела. Ага, присела, называется! Подол машинально придержала, и от этого полы халата еще больше разошлись. Понурый блондинчик, присутствующий в зале, прямо-таки прилип взглядом к моим обнажившимся ногам. Хм... Кардагол меня расколдовал, а приманку снять забыл?

   - Оставь эти церемонии, - отмахнулся Вальдор, - вот познакомься.

   Он указал на посетителей - дамочку с короткой стрижкой, которую иначе как "после тифа" не назовешь и этого самого блондинчика, которому так полюбились мои ноги, что он даже глаз не поднял.

   - Вальдор, это кто? - высокомерно спросила дамочка и, наконец, изволила повернуться.

   До этого она вполоборота ко мне стояла, и я ее толком не видела. А теперь вот разглядела. Да это же эльфийка! Самая, ёптыть, настоящая, эльфийка! Вон какие уши торчат, странно что я сразу их не заметила. Ох, и хороша! Вся такая из себя... что у меня аж комплекс неполноценности образовался. А она еще и добила - посмотрела на меня сверху вниз, и одарила холодной улыбкой. Холодная-то она холодная, но до чего красивая. Прямо-таки само совершенство! Я оскалилась в ответ. Надеяться на то, что у меня это красивенько получилось, не приходилось, но хотя бы напугать мне ее удалось. Во всяком случае, она слегка назад подалась, будто еле сдержалась, чтобы не попятиться.

   Интересно, откуда она здесь вообще взялась? С роду не видела при дворе Вальдора эльфов. Неужели те два травокура нажаловались правителю, и тот имел наглость послать сюда эту бабенку на разборки? Ну, растудыть их всех!