Зулкибар (Книги 1-4) (СИ) - Добрынина Марина Владимировна "и Астральная Сказочница" - Страница 117

   - Что за извращенные фантазии? - у принцессы шерсть дыбом встала и, кажется, она даже наброситься на меня хотела. Дура! Давно ее между ушей не чмокали, что ли?

   - Ваше Высочество, в момент превращения я ни о ком, кроме Василия, не упоминал, возможно, привязка была сделана к нему. Я бы рекомендовал Вам попробовать.

   - Я начинаю понимать, почему Дульсинея сердится, когда Терин вот так же себя ведет! - проворчала Иоханна и напомнила, - Вася меня целовал уже. Вот, уши мне вылизывал.

   Василий с обреченной мордой что-то принцессе замурлыкал, она выслушала его, склонив голову набок и перевела:

   - Оказывается, у кошек вылизывание ушей считается не поцелуем, а ухаживанием. Приблизительно, то же самое, что у людей - отодвинуть для дамы стул или дверь перед ней открыть.

   - Значит, получается, он тебя еще не целовал, - сделал я очевидный вывод и повторил, - пусть поцелует. Стоит попробовать.

   Кот грустно мяукнул, понимая, что если его поцелуй принцессу расколдует, то она больше не будет столь милой его сердцу белой кошечкой.

   - Вась, ну она же человек, - напомнил я, - давай, не тяни!

   Василий подался вперед и с самым несчастным видом лизнул Иоханну в нос.

   Сработало!

   Когда белый дымок рассеялся, я увидел... Лучше бы я не видел ничего! И вообще, неприлично это - так смотреть на обнаженную принцессу. Что я там хотел еще недавно? Убедиться, что она себе в корсет ничего не подкладывает? Убедился? И что дальше? Интересно, а она вообще собирается хотя бы покраснеть для приличия? На то, что она с писком попробует прикрыться руками, я даже не надеялся. Гордая же вся такая из себя. Но может быть догадается хотя бы задом ко мне повернуться? Или она еще в шоке и не поняла, что снова стала человеком? В следующее мгновение Иоханна осознала, что глаза у меня квадратные стали не просто так, очаровательно покраснела и завернулась в покрывающий диван плед.

   - Мог бы и не таращится, хам! Жаль, что душ этим нищим занят, а то бы наверно сейчас побежал туда!

   Да уж, от язвительности превращение эту блонду не излечило. Может быть обратно ее превратить? С привязкой к Степе? А что, это было бы забавно. Но посмотрел я на гневное личико Ее Высочества и понял, что еще одного подобного фокуса она мне не простит... как бы еще за этот простила, а то ведь и правда в Совет официальную жалобу подаст и лишат меня доступа к силе, и буду я, как дурак, без магии век доживать.

   Я поспешил удалиться на кухню, пока она и правда не довела меня до какого-нибудь необдуманного поступка.

   Глава 22

   Хам! Мог бы и отвернуться, между прочим! Стоит, понимаешь, пялится. Ну что, дурачок Эрраде, убедился в том, что у меня, в отличие от всяких там придворных дам, все настоящее!

   Ах, мое дорогое, мое прекрасное человеческое тело! Снова нужно будет к нему привыкать. Кажется, мне уже не хватает возможности выпустить когти, или вот изогнуться вот так. Нет, изогнуться могу.

   Но я снова не слышу Василия. А он сидит на диване, и глаза его зеленые - грустные-грустные.

   - Василий, - говорю, - я тебя все равно люблю больше всех остальных котов на свете.

   - Мяу, - тихо произносит кот, вздыхает и печально направляется в сторону кухни.

   А я продолжаю себя разглядывать и размышляю попутно.

   Мне кажется, на эту квартиру заклятье наложено. Чтобы Зулкибарские наследники престола здесь в людей превращались и в плед заворачивались. Вообще-то это крайне, крайне неприлично - расхаживать в таком виде по чужим мирам. С другой стороны, хм, а я неплохо смотрюсь в этом пледе. Особенно, если вот здесь немного поправить, и вот так убрать волосы.

   - Ничего себе!

   Подпрыгиваю и шиплю.

   - Кто там?

   - Это когда это тут у нас симпатичные блондинки нарисоваться успели?

   Мне отвечает мужчина лет так сорока пяти - пятидесяти, свежевыбритый, хорошо пахнущий, традиционно одетый в Колины штаны и футболку. Мужчина сушит волосы полотенцем и весело так меня рассматривает пьяными глазами.

   - Ты кто?! - уже рычу я.

   - Степан. Кто же еще?

   Ну надо же! Немного горячей воды и такие перемены!

   - Ты выглядел иначе, - сообщаю я.

   - А то ж! - соглашается Степан, - только вот где ты меня видела?

   - Я Иоханна!

   - А! Говорящая кошка!

   - Я не кошка! Я - принцесса.

   - Ну, значит, ты тоже выглядела иначе, - соглашается он, - а у меня либо белая горячка на почве злоупотребления алкоголем, либо то, что происходит, и в самом деле происходит. А, девочка? Происходит?

   - Я Вам не девочка! И это полностью Ваше дело - как относиться к событиям.

   Понимаю, что пора прекращать дискуссию, и потому кричу:

   - Лиин! Иди сюда!

   На кухне был почти трезвый Коля и изрядно пьяный дед.

   - Что внучок, соскучился? - с блаженной ухмылкой обратился ко мне дед.

   - Там Иоханна превратилась, - объяснил я свое появление и присел на табуретку.

   - Ага-ага, - понятливо буркнул дед и подвинул мне полную рюмку. - Иоханна это что-то... если только в корсет себе не подкладывала чего-нибудь последние лет пять.

   Ну вот! И дед туда же! Старый вроде бы человек, умудренный многими годами жизни, а мысли в одном направлении с моими двигаются.

   - Не подкладывала, - поделился я информацией и залпом выпил. К счастью это была водка, а не то пойло пахнущее моющим средством, которое дед употреблял со Степой на поляне.

   - Закусывай, - распорядился Коля и неодобрительно взглянул на Мерлина, - что ж ты, дед, внука спаиваешь? Сам алкаш и пацана туда же. Хороший ведь мальчик... хоть и избалованный ленивый лоботряс.

   - Он, между прочим, для своего возраста первоклассный маг! - оправдался дед и потрудился уточнить, - его отец учит, Терин этот мать его Эрраде! Угораздило же Дуську мою влюбиться в эту наглую морду! Она еще и клятву ему дала, правда потом снять захотела. Хитрожопая типа такая, говорит мне: "деда, сними клятву, а взамен грудь мне увеличь". А вот хрен ей по всей морде! Она, между прочим, на мою Мариэтту похожа, на прапрапрапрабабку свою, и ее внешний вид мне дорог, как память. А это значит квартирка та самая, где Дуська жила?

   - Она самая, - с вздохом подтвердил Николай, который кажется, не все понял из невнятных воспоминаний деда, - несчастливая квартирка. Люди вот из нее пропадают.

   - А что, Коля, ты хотел бы пропасть?

   - Иди ты! - искренне испугался Николай.

   - А и правда пошли с нами! - оживился я, - что тебе здесь делать? Этот мир ужасен! Люди какие-то ненормальные, вонь, шум, суета. Как ты здесь живешь?

   - А вот так и живу! Это мой мир и нечего его тут поносить! - возмутился Коля.

   - Да, конечно! - издевательски протянул я, - и все-то тебя в этом мире устраивает. Ходишь на скучную, неинтересную работу, с работы домой к телевизору и к бутылке.

   - Еще скажи, что я алкаш!

   - Нет, ты не алкаш, тебе не интересно пить, ты от скуки выпиваешь... или от бессонницы спасаешься, таким образом. Тебе, Коля, в этом мире делать совершенно нечего.

   - А в вашем, значит, будет чего делать? - буркнул Николай, - ты, пацан, брось разговорчики эти, не собираюсь я никуда отсюда уходить и...

   - И правильно! - отрубил дед, - каждый сверчок знай свой шесток. Нравится тебе в этой дыре сидеть, так сиди на здоровье.

   Положив, таким образом, конец нашей дискуссии дед быстро разлил водку по рюмкам, схватил свою, осушил и строго осведомился:

   - А что это вы не пьете?

   Коля на мгновение задумался, потом махнул рукой и тоже выпил.

   - Я, дед, воздержусь. И ты тоже не пей больше, тебе еще надо мне объяснить, как портал домой открыть.

   - Артефакт где?

   - На шее у меня.

   - В руку возьми и сожми, должен быть тесный физический контакт, чтобы Повелитель Порталов почуял в тебе мою кровь. Потом сконцентрируй силу... хм... где вы - жестовики ее там концентрируете?