Черное солнце - Большаков Валерий Петрович - Страница 77

Гюнтер нервно ходил вокруг установки — то штырь покачает, то разъём проверит, то к кулеру ладонь приставит — дует ли? Заметив подходившего Брауна, фон Штромберг встрепенулся.

— Фсё готово! — отрапортовал он.

— Выношу благодарность от командования, — слабо улыбнулся Сихали. — Грузим на «Грендель» и отплываем!

Фаза 1 операции «Пингвин» закончилась. Начиналась фаза 2…

14 января, 13 часов 15 минут.

Атлантика, СПО «Авалон».

Атомарина каперанга Исаева скрытно вошла в пятимильную охранную зону, простиравшуюся вокруг СПО «Авалон».

— Пора, — сказал Браун.

Фон Штромберг коротко выдохнул, приблизил большой палец к красной кнопке — и решительно вжал её в пульт.

То, что «Чёрное солнце — 2» активировалось, Сихали понял, когда коснулся поглотителя излучения, — тот нагрелся. К самому гипноиндуктору, занявшему целый отсек, лучше было не соваться — мощность психодинамического поля была чудовищной, зашкаливая за двадцать два мегафрейда.

— СПО «Афалон» попал пот лучефой утар! — доложил рейхсляйтер, клацая дужками регенераторов.

— Отлично, Гюнтер, отлично! — проговорил Тимофей. — Змей! Сигнал «Шварцфойер»![138]

— Есть!

Браун глубоко вдохнул и медленно выдохнул, чтобы успокоиться. По его сигналу на штурм «Авалона» двинулись «Наутилусы» с гвардейцами. Рейсовые субмарины «Хигаси», «Моана» и «Пионер» готовились высадить десант из фридомфайтеров и «оборонцев». Океанский патруль шёл к СПО на «Призраках» и эспэбэшках.

Больше тысячи добровольцев в последний раз проверяли оружие, ожидая команды «В атаку!».

— А «Големы» нас не почикают? — спросил Купри ворчливо. — На них-то «Чёрное солнце» не светит.

— Не должны, — коротко вздохнул Сихали. — Юлиус обещал устроить диверсию — депрограммировать боевых киберов.

— Ну не знаю, не знаю… — пробурчал комиссар.

«Грендель» всплыл на поверхность и малым ходом вошёл в огромный шлюз — авалонскую газань. Под сводчатым потолком ярко горел свет, на причале недвижно торчали два «Голема», не подавая признаков жизни.

— «Наутилусам» занять подводные шлюзы по периферии СПО! Зачистить все ярусы с нижнего до ватерлинии! Океанский патруль зачищает верхние ярусы! Добровольцы высаживаются в гаванях Норд, Вест и Зюйд. Прочесать весь остров!

Подхватив двухпотоковый бластер, Сихали сбежал по трапу на пристань. Следом двигались Змей и Шурик, Максим и Димдимыч, Джамил и Юта.

Пандусы, ведущие наверх, были пусты. Первых «интеров» Тимофей застал на поверхности — морпехи с космопехами лежали вповалку, бледные, пуская слюни, утратив возможность даже перевести взгляд.

— Всем кибернетистам! Активировать домашних роботов СПО. «Интеров» перетащить в ангары ремзоны и запереть!

Сощурившись, Тимофей осмотрелся. Пандусы и эскалаторы с пристани поднимались к стеклянному павильону, вокруг которого был высажен кольцевой парк. Под навесом стояли в ряд открытые электрокары.

— Поехали! — сказал Сихали.

— Куда? — спросил Тугарин-Змей, садясь за руль.

— На запад. В Город!

Низко урча, машинка покатила по неширокой дорожке-аллее. И справа от неё, и слева мелькали добровольцы. Некоторые перебегали дорогу и радостно скалились, узнавая генрука ТОЗО.

Потом аллея вильнула, выводя на травянистую площадку для гольфа, и вдали, «за бортом» СПО, показался сизый остроносый крейсер, медленно дрейфующий бортом к волне.

— Флотских тоже зацепило, — высказался Купри.

— Зацепило, — фыркнул Белый. — Накрыло!

Электрокар свернул на широкую прямую улицу, обсаженную двумя рядами сосен, и потянул, прибавляя скорости, к белевшему вдали Сити.

— Вторая попытка удалась, — оскалился Гирин. — Это вам не баран начихал!

Сихали вымученно улыбнулся. Они въехали на авеню Лас-Америкас, вдоль которой двумя рядами выстроились эмбриодома, похожие… Да ни на что они не были похожи. Раковины, чаши, паруса, почти что чувственные округлости… Сплошные «архитектурные излишества».

— Подъезжаем!

Электрокар ударил бампером по воротам Белого дома и с ходу отворил их, покатил подъездной дорожкой. Тугарин-Змей затормозил у самой террасы.

— Добро пожаловать… — ухмыльнулся он. — Куда посторонним вход воспрещён!

Тимофей широко зашагал прохладным коридором, заглядывая во все двери. Мануэля Альварадо он обнаружил в гостиной, отделанной белым с голубым. Верховный президент Евроамерики полулежал в глубоком кресле, безобразно распустив рот. На диване у стены валялся Мстислав Кутепов, а прямо на полу растянулся Кгалема Мзиликази.

— Вся гопа здесь! — обрадованно воскликнул Белый. — Только этого нет… индуса. Или надо говорить — индийца?

Сихали достал три поглотителя излучения и рассовал их по карманам президентов.

— Скоро они придут в себя, — сдержанно сказал он, задавливая в себе желание пинать Альварадо с Кутеповым ногами. — Макс! Ты не против подкрепиться?

— Всегда за! — осклабился Гирин.

— Вон панель линии доставки. Закажи нам поесть.

— Выпить и закусить! — поправил его Белый.

Центральная станция ЛД сработала быстро, скоро Шурик с Максимом уже перетаскивали подносы от окна доставки на огромный стол.

— Ну-ка, — протянул Белый, вилкой ковыряя фуа-гра, — как тут президенты питаются… Ммм… Недурно!

Первым пришёл в себя Кутепов. Он сделал попытку сесть, но она ему не удалась. С третьего раза получилось.

Альварадо захрипел, закашлялся, вялой ладонью утёр губы, оглядел гостиную мутным взглядом.

— Х-то?.. — промычал он.

— Я это, я, — ответил Тимофей, приседая на край стола.

— Браун? — просипел Кутепов.

— Ага.

Громко застонав, перевернулся на живот Мзиликази. Подтянул колени, встал на четвереньки, поднял голову, напоминая задумчивого бульдога.

— Опять? — заскулил он, с ужасом узнавая давних недругов.

— Не опять, а снова! — бодро поправил его Белый.

— Димдимыч, — попросил Сихали, — будь другом, введи им витмобилизатор, а то, боюсь, я им для начала морды набью — и опять жди, пока очухаются.

Хмуро жевавший Купри налепил на шеи всем троим правителям по ампуле и вернулся к прерванной трапезе.

— Продолжим наш разговор, — сказал Тимофей. — СПО находится в зоне действия гипноиндуктора «Чёрное солнце — 2». Достаточно вывести на орбиту три таких излучателя, чтобы модифицировать поведение всех землян скопом…

— Значит, — просипел Кутепов, — всё правда…

— Нет, — холодно сказал Сихали. — Психоизлучатель смонтирован меньше недели назад.

— Я вам не верю, — промычал Альварадо.

— А мне насрать, — по-прежнему холодно сказал Браун, — верите вы мне или нет.

— Брось, Мануэль, — поморщился президент Евразии и, охая, развернулся к генруку ТОЗО. — Чего вы хотите?

— Скоро сюда слетятся стаи журналюг из Всеобщего Вещания, с Мировой Сети, из Европейского Информцентра, — сообщил Сихали, — и мы с вами устроим образцово-показательное подписание мирного договора — будем ослепительно улыбаться в фокус и жать друг другу руки. Согласны?

— А что, у нас есть выбор? — усмехнулся верховный президент Евроамерики.

— Есть, — спокойно сказал Тимофей. — Мы с ребятами отметелим всех вас по полной программе, до полусмерти, и пустим этот сволочной остров на дно Атлантики.

— Пожалуй, — протянул Кутепов, — прежний вариант нас больше устроил бы. Как ты полагаешь, Мануэль?

— Буэно, Тислав, — проворчал Альварадо.

15 января, 5 часов 30 минут.

В тропиках темнеет быстро, минет шесть вечера — и будто кто солнце выключил, сразу падает тьма. Привыкнув к полярному дню, Сихали наслаждался ночною тьмой, хотя всюду на «Авалоне» горели яркие огни и царила страшная сутолока — делегатов с репортёрами столько понаехало, что турболёты садились прямо на лужайки, на футбольное поле, на площадку для гольфа. Народу на улицы Сити набилось масса. Чудилось — сюда по ошибке переехал карнавал из Рио-де-Жанейро.