Роковое наследие - Скуркис Юлия - Страница 55

Богиня закрыла свое сердце для чувств, причинявших боль, и тогда рассмотрела мир. И увидела Она, что многие в нем несчастны. Тогда Богиня указала им путь: вырос из недр Ее Храм с заповедями. И сказала Богиня: „Придите ко мне, обиженные и оскорбленные“. И узнали пришедшие в Храм, что грехом является то, что ведет к страданию и, что обидчики должны быть наказаны. А посему месть — святая обязанность каждого нэреита. И увидела Богиня, что мужчины и женщины такие разные по сути своей, что не могут понять желания и чаяния друг друга, отчего и страдают. Тогда открыла им Нэре путь к спасению: заронила Она семена однополой любви, и возник Орден „Дети Луны“…»

Тамия просидела в старой кузнице до ночи, чтобы выбраться к ближайшему арыку и застирать штаны Харуфа. Утро застало ее петляющей в лабиринте, в каковой превращают бедные кварталы южане. Она дошла до широкой, оживленной улицы и чуть не наткнулась на стражников, проверявших документы у каждого встречного. Судя по их торопливости в такой жаркий день, кто-то посулил им за работу хорошее вознаграждение.

Тамия вжалась спиной в стену, понятия не имея, что делать дальше. При ней был медальон Харуфа, но, как она поняла, слуга Фетинора был в городе известен если не всем, то многим. К тому же, очень уж не мужское у нее лицо. И грудь, хоть и крепко перетянутая, все равно выдается под одеждой. Тамия устала горбиться, пытаясь скрыть это досадное недоразумение. Несколько раз ей удавалось избежать опасности разоблачения, но те стражи порядка не спрашивали документов, поэтому у них не было возможности поближе рассмотреть сутулого молодого человека, что брел по улице, упорно глядя себе под ноги.

Навстречу стражам медленно двигался фургон, а следом повозка. На козлах сидели два молодых человека. Они издали заметили красивого юношу, который выглядел испуганным. Тот подпирал стену на пересечении улиц и тоже смотрел на них во все глаза. «Чужеземцы, — подумала Тамия. — Быть может, это мой шанс?» Торопливо оглянувшись по сторонам, девушка-трансформ сдернула с головы чалму, и по ее плечам рассыпались великолепные темно-каштановые волосы. Одними губами Тамия произнесла: «Помогите».

— Сиблак, я сражен в самое сердце, — прошептал Монтинор. — Кажется, у этой малютки неприятности и она нуждается в помощи.

— Я первый ее заметил.

— А я первый подойду и познакомлюсь.

Девушка поманила их пальцем и улыбнулась, что заставило юношей подстегнуть мерина.

— Сдается мне, Монти, что эта девица торгует телом. Вон у нее и лютня на плече болтается. Гетеры на юге часто развлекают клиентов музыкой и пением.

— С чего ты взял? — оскорбился тот. — По-моему, она просто попала в неприятности, иначе зачем этот маскарад с мужской одеждой?

— А я думаю, что она заманивает нас экзотическим с точки зрения южан видом, а в качестве помощи, вот увидишь, попросит денег.

— Глупости! Мы уже не те зеленые юнцы, какими были, когда убежали из дома. Уж такого рода женщин я всегда узнаю. Эта не продажная. Она просто… просто увидела, что на нас можно положиться. Женщины такое замечают.

— Что именно?

— Мужественность, — с гордостью сообщил Монтинор и разгладил пальцами пушок над верхней губой. — И благородство. Ты можешь оставаться, а я подойду, — сказал он и спрыгнул с козел.

Девушка надела чалму и тщательно убрала под нее волосы.

— Разрешите представиться, — поклонился он. — Монтинор Бельгезе. Актер.

— Тамер… просто Тамия, — сказала девушка. — Любезнейший Монтинор, мне очень нужна помощь. Обратили внимание на трех стражников, которые идут вам навстречу?

Монтинор выглянул из-за угла.

— Ваши сведения устарели, — сказал он. — Их там уже шестеро.

Из-за поворота послышались шаги, звяканье пряжек и блях.

Сиблак, которому тоже хотелось отличиться перед красивой девушкой, резко дернул поводья. Мерин свернул с главной улицы, преградив стражникам дорогу.

— Скорее, — прошипел он.

Монтинор подсадил Тамию и сам взобрался на облучок.

— Полезай внутрь, — велел он девушке.

Тамия зацепилась чалмой за полог, ногой — за какое-то барахло и рухнула в фургон. Лютня жалобно тренькнула. Монтинор подхватил чалму и сказал:

— Ее нужно спрятать.

— Что за? — возмутился было Грим, но в это мгновение гостья уселась и откинула с лица волосы. Владелец балагана мигом прикусил язык, сраженный ее красотой.

— Везет же нам на беглянок, — хмыкнул флегматичный Илинкур и покосился на Анаис.

— Уверен, она не совершала никаких преступлений, — торопливо сказал Монтинор.

Тамия активно замотала головой.

— Немая? — поинтересовалась Анаис, пристально разглядывая девушку. Должны же быть у этой фифы хоть какие-то недостатки.

— Я сбежала из-под венца, — сообщила гостья низким, но приятным голосом.

— Ее зовут Тамия, — встрял Монтинор.

С улицы послышались вопли Фрада, управлявшего повозкой:

— Безмозглые мальчишки! Я же говорил, что надо ехать по главной улице. Фургон по этому лабиринту не пройдет!

По борту постучали.

— Немедленно всем выйти из фургона! — приказал стражник. — Проверка документов.

Все посмотрели на Тамию. Она сняла с шеи жетон Харуфа. Пробормотала:

— Вот. Но его нельзя предъявлять.

— Дай-ка сюда, — потянулся за жетоном Монтинор.

Грим ухмыльнулся и, откинув полог в задней части фургона, выбрался на улицу. Следом потянулись остальные.

Монтинор принялся что-то бормотать над жетоном и водить ногтем по строчкам.

«Малограмотный?» — подумала Тамия.

Когда он вернул ей жетон, на нем вместо «Харуф Шин, графство Тринифат, город Пантэлей» значилось: «Гаруф Хин, графство Паленат, город Нифатэй».

— А ты мастер! — восхищенно сказала Тамия.

Монтинор зарделся от удовольствия. Не часто девушки восторгались его талантами.

— Хорошо, что у местных стражников нет харандских штучек, иначе не сносить бы вам головы, — пробурчала Анаис.

Тамия посмотрела вслед девушке, которая была недовольна ее появлением. Напялила чалму и стала пробираться к выходу.

Грим уже умасливал стражей. Те возмущались, что балаган перегородил дорогу.

Фрад отказался от общества коллег, чтобы в гордом одиночестве управлять повозкой. Он возвышался над толпой, которая моментально собралась на месте происшествия, зорко высматривая хорошеньких женщин, и не спешил спускаться на землю. Но его намерения резко переменились, как только он увидел Тамию. Коротышка фардв моментально спрыгнул с повозки и поспешил присоединиться к труппе. Его глаза загорелись восторгом и вожделением. Монтинор и Сиблак, заметив надвигающуюся катастрофу, бросились ему навстречу.

— Фрад, пожалуйста, ни слова! Сделай вид, что этот юноша давно путешествует с нами.

— Юноша? Вы спятили! — вскинулся Фрад. — Я женщину за версту чую.

— Она в опасности, — прошипел Сиблак.

— А-а-а, понятно, — сказал Фрад и расплылся в широкой улыбке. — Как звать-то «парнишку»?

— Гаруф, — сообщил Монтинор.

Одетый в широченные шальвары начальник караула внимательно просмотрел документы актеров. Он долго вертел в пальцах жетон Тамии, но, не будучи магом, подвоха не заподозрил.

— Уж больно смазливый мальчик, — наконец изрек страж.

Подчиненные согласно закивали.

— И что такого? — вклинился Фрад и приобнял Тамию.

Стражники переглянулись, поморщились.

— Все же не помешает проверить, — сказал начальник караула. — Пройдемте с нами… — он покосился на жетон, — Гаруф Хин.

У Тамии сердце ушло в пятки, а стражники уже подталкивали ее ножнами, не решаясь подхватить под локотки — вдруг вправду женщина, не оберешься потом.

Начальник караула, которому недосуг было тащиться в участок, ввиду близости чайной, и еще один стражник остались. Четверо повели Тамию по главной улице, но вскоре свернули в переулок.

— Уважаемые, — взмолилась девушка-трансформ, — целый день я трясся в душном фургоне и выпил столько воды, что, право же, сейчас лопну, если не отолью.

Стражи переглянулись. Тамия для наглядности принялась притопывать.