Я есть То - Махарадж Нисаргадатта - Страница 131

В: По-видимому, мы должны страдать, чтобы научиться преодолевать боль.

М: Боль надо терпеть. Её нельзя преодолеть, и тренировка здесь не нужна. Тренировка на будущее, разрабатывание подходов — это признак страха.

В: Если я узнаю, как справляться с болью, я буду свободен от неё, не буду её бояться и, следовательно, буду счастлив. То же происходит с заключённым. Он принимает своё наказание как справедливое и правильное и начинает спокойно относиться к властям тюрьмы и государства. Все религии проповедуют не что иное, как приятие и отказ от себя. Нас поощряют признать свою вину, чувствовать себя ответственными за всё зло на свете и считать себя его единственной причиной. Моя проблема такова: я не вижу разницы между промыванием мозгов и садханой, разве что в случае садханы вас физически не сажают в тюрьму. Элемент навязчивого внушения присутствует в обоих случаях.

М: Как вы сказали, сходства поверхностны. Не стоит на них зацикливаться.

В: Сэр, эти сходства не поверхностны. Человек — это сложное существо, он может быть одновременно обвинителем и обвиняемым, судьёй, надзирателем и исполнителем приговора. В «добровольной» садхане очень мало добровольного. Нами движут силы за пределом наших познаний и контроля. Я не могу изменить свой ментальный или физический метаболизм, кроме как через болезненные и затянутые усилия, называемые Йогой. Я хочу задать только один вопрос: согласен ли Махарадж со мной, что Йога подразумевает насилие?

М: Я согласен, что Йога, как она видится вами, означает насилие, а я никогда не поддерживаю никакую форму насилия. Мой путь — это тотальное ненасилие. Я имею в виду именно то, что говорю: ненасилие. Выясните сами, что это такое. Я просто говорю: это ненасилие.

В: Я не оговорился. Когда Гуру просит меня медитировать по шестнадцать часов в день до конца жизни, я не могу делать это, не насилуя себя. Прав ли такой Гуру?

М: Никто не заставляет вас медитировать по шестнадцать часов в день, если вы сами этого не хотите. Это всего лишь способ сказать вам «оставайтесь с самим собой, не потеряйтесь среди других». Учитель подождёт, но ум нетерпелив. Не учитель, а ум совершает насилие и также боится своего собственного насилия. Всё, что относится к уму, относительно, и ошибочно считать его абсолютным.

В: Если я останусь в бездействии, ничего не изменится. Если я активен, я должен совершать насилие. Что я могу сделать, что не было бы ни бесплодным, ни насильственным?

М: Конечно же, способ есть — не бесплодный, не насильственный, но крайне эффективный. Просто наблюдайте себя таким, какой вы есть, воспринимайте себя таким, какой вы есть, принимайте себя таким, какой вы есть, и двигайтесь ещё дальше в то, что вы есть. Насилие и ненасилие описывают ваше отношение к другим. «Я» по отношению к самому себе не является ни насильственным, ни ненасильственным, оно или осознаёт, или не осознаёт себя. Если оно знает себя, что бы оно ни делало, будет правильным, если не знает, все его действия будут неправильными.

В: Что вы имеете в виду, говоря: «Я знаю себя таким, какой я есть»?

М: Прежде ума — я есть. «Я есть» — это не мысль в уме. Ум случается со мной, не я случаюсь с умом. И поскольку пространство и время находятся в уме, я пребываю за пределами пространства и времени, вечный и вездесущий.

В: Вы серьёзно? Вы действительно имеете в виду, что существуете везде и во все времена?

М: Да, именно это. Для меня это очевидно, как свобода движения очевидна для вас. Представьте себе, что дерево говорит обезьяне: «Ты серьёзно имеешь в виду, что можешь передвигаться с места на место?» И обезьяна отвечает: «Да, конечно».

В: И вы также свободны от причин и следствий? Вы можете творить чудеса?

М: Мир сам по себе чудо. Я за пределом чудес — я абсолютно нормален. Со мной всё происходит так, как должно происходить. Я не вмешиваюсь в творение. К чему мне мелкие чудеса, если величайшее из чудес происходит каждое мгновение? Что бы вы ни видели, вы всегда будете видеть своё собственное бытие. Погрузитесь глубже в себя, ищите внутри, в самопознании нет ни насилия, ни ненасилия. Разрушение ложного — это не насилие.

В: Когда я практикую самоисследование или погружаюсь в себя с мыслью, что это принесёт мне какую-то пользу, я по-прежнему уклоняюсь от того, что я есть.

М: Правильно. Истинный поиск всегда внутри чего-то, а не снаружи чего-то. Когда я ищу, как получить что-то или как избежать чего-то, я не ищу по-настоящему. Чтобы что-то познать, надо принять это — полностью.

В: Да, чтобы познать Бога, я должен принять Бога — как страшно!

М: Прежде чем вы сможете принять Бога, вы должны принять себя, что ещё страшнее. Первые шаги в принятии себя не слишком приятны, поскольку то, что вы видите, не очень радостно. Нужно всё мужество, чтобы идти дальше. Вам поможет только внутренняя тишина. Наблюдайте себя в полном безмолвии, не описывайте себя. Наблюдайте за тем существом, которым себя считаете, и помните — вы не то, что вы видите. «Я не это — что я?» — вот движение самоисследования. Других путей к освобождению нет, все они означают отсрочку. Решительно отвергайте то, что не есть вы, пока истинное Я не покажется в своей сияющей пустоте, невещественности, «ничтойности».

В: Мир подвергается быстрым и значительным изменениям. Мы ясно видим их в Соединённых Штатах, хотя они происходят и в других странах. Это и рост преступности, и более подлинная святость. Создаются общины, и некоторые из них находятся на очень высоком уровне целостности и аскетизма. Кажется, что зло само уничтожает себя своим же успехом, как огонь, пожирающий своё топливо, а добро, как жизнь, продолжает себя.

М: Пока вы делите события на добрые и злые, вы, возможно, правы. На самом деле добро обращается злом, а зло превращается в добро, исчерпав себя.

В: А любовь?

М: Когда она превращается в вожделение, она становится разрушительной.

В: Что такое вожделение?

М: Воспоминание — воображение — предвкушение. Оно чувственно и вербально. Это форма зависимости.

В: Является ли брахмачарья, воздержание, обязательным требованием Йоги?

М: Жизнь в принуждении и подавлении — это не Йога. Ум должен быть свободным от желаний и расслабленным. Это приходит с пониманием, а не с волевым решением, которое является просто одной из форм памяти. Понимающий ум свободен от желаний и страхов.

В: Как я могу обрести понимание?

М: Через медитацию, то есть уделение этому внимания. Полностью осознайте свою проблему, посмотрите на неё со всех сторон, понаблюдайте, как она влияет на вашу жизнь. Большего вы сделать не сможете.

В: Это освободит меня?

М: Вы свободны от того, что поняли. Внешние признаки освобождения могут проявиться позднее, но они уже есть. Не ожидайте совершенства. В проявленном нет совершенства. Детали всегда сталкиваются. Никакую проблему нельзя решить полностью, но вы можете отстраниться от неё на уровень, на котором она не действует.

101

Джняни не хватает и не удерживает

Вопрос: Как джняни действует, когда ему нужно что-то сделать? Он составляет планы, обдумывает детали и выполняет их?

Махарадж: Джняни понимает ситуацию во всей полноте и сразу знает, что должно быть сделано. Вот и всё. Остальное происходит само собой и по большей части бессознательно. Тождественность джняни со всем, что есть, так глубока, что как он реагирует на вселенную, так и вселенная реагирует на него. Он абсолютно уверен, что когда ситуация осознается, события начинают происходить с адекватной реакцией. Обычный человек озабочен лично, он сравнивает риск и шансы, а джняни остаётся внимательным, уверенным в том, что всё происходит так, как должно происходить. Не важно, что происходит, поскольку в конечном счёте возврат к равновесию и гармонии неизбежен. Сердце вещей пребывает в покое.