Овцы - Магинн Саймон - Страница 35

— Мистер Туллиан, если не ошибаюсь? — спросила она, пытливо посмотрев на Адель.

— Это моя жена, то есть это Адель.

— Да? — сказала Силвия Касл, разглядывая лицо Адель. Медсестра сразу же поняла, что с женщиной что-то не так. Сэм наблюдал за ними из машины. — Входите, пожалуйста. Я разбужу доктора.

* * *

Доктор Касл выслушал рассказ Джеймса о случившемся за последние несколько недель, вплоть до приключений Адель на утесе прошлой ночью. Адель сидела рядом, но была где-то очень далеко. Доктор внимательно выслушал все, что мог рассказать Джеймс, и пожелал поговорить с Адель наедине. Закрывая дверь кабинета, Джеймс чувствовал себя предателем.

Сестра Касл усадила его в приемной и сходила за Сэмом. Она знала, что все примерно так и будет.

— Миссис Туллиан? — резко сказал доктор Касл, пытаясь завладеть вниманием Адель: она не спала, но ни на что не реагировала и не смотрела на него. — Миссис Туллиан. То, что рассказал ваш муж, правда?

— Нет никакой миссис Туллиан.

— Простите?

— Мы не женаты. Меня зовут Адель Лэйкер.

— Понятно. — Он подождал.

— Я ничего не сделала.

— У вас не было в последнее время головных болей? Или головокружения?

— Что?

— Я спросил, у вас не было...

— Где Джеймс?

— Он ждет вас в приемной. Вы знаете, где вы находитесь?

Она пожала плечами. Какая разница, где она находится?

— Мисс Лэйкер, я был бы вам крайне признателен, если бы вы ответили мне на несколько вопросов. Это не займет много времени. Потом...

— Где Джеймс?

Касл внимательно смотрел на нее, ему становилось все интереснее. Либо нервное расстройство, либо что-то более редкое, более тонкое.

— Как вы себя чувствовали в последнее время, мисс Лэйкер? У вас не было депрессии или какого-нибудь беспокойства?

— Я беспокоилась — вы знаете, из-за кого.

— Из-за кого, мисс Лэйкер?

— Вы знаете, — диковато улыбнулась она.

— Боюсь, что нет.

— Он прячется за деревом, я не вижу его отсюда.

— За деревом?

— Но он выйдет. Рано или поздно.

— Продолжайте.

— Но я не могу разглядеть его лица, он слишком далеко.

— Да?

— Когда я пойму, кто это, я смогу его остановить.

Она теребила манжету своей куртки, глядя вверх и в сторону.

Он наблюдал за ней.

* * *

Через несколько минут доктор выглянул и позвал сестру Касл. Она вошла в кабинет, уже подобающим образом одетая, и они посовещались.

Сестра вышла, и за дверью кабинета ее встретил встревоженный воспаленный взгляд Джеймса.

— Доктор должен сделать несколько телефонных звонков, — сказала она, — возможно, нам придется попросить вас немного подождать. Не хотите ли чашку чая?

— Он... ничего... не выяснил?..

— Пока рано ставить точный диагноз. Возможно, потребуется дополнительное обследование.

— Где?

— Ближайшая клиника находится в Кардиффе.

— Что за клиника?

— Прошу вас набраться терпения, мистер Туллиан. Мы сообщим вам обо всем. Я принесу чай.

Прошло полчаса. Кто-то подошел к парадному входу, молоденькая, модно одетая женщина. Силвия Касл провела ее в кабинет. Джеймс сидел. Внутри у него все похолодело. Рядом на жесткой деревянной скамейке ерзал Сэм.

— Папа? — прошептал он так, как будто они сидели в церкви. — С Элвисом не погуляли.

— Ему придется подождать, — безразлично ответил Джеймс. Сейчас он не в состоянии был думать о чертовом псе. Элвис сидел запертый в кухне. Значит, ему придется немножко подождать.

Двадцать минут. Джеймс посмотрел на часы: всего лишь четверть восьмого. Он зевнул.

Красавица вышла из кабинета. Сестра Касл проводила ее до выхода.

— Простите, — спросил Джеймс, перехватив ее на пути назад в кабинет. — Кто это такая? — Ему казалось, что он оставил Адель на растерзание армии чужаков.

— Джудит Колкет. Социальный работник. Дипломированный социальный работник, — добавила она, придав слову «дипломированный» особое ударение, как будто она хотела сказать: «но для меня это не важно».

— Силвия? — позвал доктор.

— Простите, — сказала сестра Касл и побежала в кабинет.

Джеймс встал.

— Посиди здесь, Сэм, — сказал он и пошел за ней.

Он вошел в кабинет и увидел, что Адель стоит в неловкой, странной позе посреди комнаты. Силвия и доктор Касл переговаривались у стола. Они подняли на него глаза.

— Мистер Туллиан, если можно, подождите, пожалуйста, в приемной. Мы позовем вас через...

— Что с ней?

— Пока мы не можем сказать, мистер Туллиан, — ответил Касл мягким голосом врача.

— Скажите мне, — настаивал Джеймс.

Доктор встретил его мутный, полный отчаяния взгляд, оценивающе посмотрел на изнуренную позу, мятую мокрую одежду.

— Хорошо. Предварительный диагноз: у мисс Лэйкер первая стадия психического расстройства, возможно, тяжелого.

Джеймс изо всех сил пытался понять: кто, черт возьми, такая эта мисс Лэйкер? Адель? Он подошел к ней; она как будто его не замечала.

— Адель?

Джеймс опять повернулся к доктору. Между холодной отстраненностью Адель и профессиональной формальностью доктора Джеймс чувствовал себя невидимкой.

— Необходимо ее обследовать. Думаю, что так будет лучше, чем сразу же отправлять ее в палату для больных с острыми психическими расстройствами Королевской лечебницы в Кардиффе.

Джеймс одновременно почувствовал облегчение и стыд. Он понял, что к решению проблемы подключились другие люди, и его охватило гнетущее, беспомощное чувство, словно он совершил предательство.

— Не надо. Я сам могу о ней позаботиться. Правда, — сказал он.

Доктор Касл вопросительно глянул на Джеймса:

— Не уверен, что вы меня понимаете, мистер Туллиан. Грустно об этом говорить, но я посовещался со своей коллегой мисс Колкет и уверен, что состояние мисс Лэйкер подпадает под четвертую статью Акта о психическом здоровье.

— Что?

— Для ее безопасности и безопасности окружающих необходимо провести надлежащее обследование.

— Безопасности?

Но это же его дело — ее безопасность; разве он всегда не берег ее?

— Нет. Прошу вас. Послушайте, я могу сам о ней позаботиться, я хорошо знаю ее. Дело в том, что на нее много всего свалилось в последнее время. Она никогда никому не причиняла вреда. Никогда. Она не такая.

— Вы, кажется, говорили что-то о пищевом отравлении? И нанесении увечий животным? Мы обязаны думать о безопасности всех окружающих, мистер Туллиан. Подумайте о ребенке.

У Джеймса в голове возник образ гигантской машины, которая отнимает у него Адель. Он сам включил эту машину, сам повернул ключ.

— Согласно четвертой статье, мы заберем ее на семьдесят два часа на обследование. Потом будет принято решение.

— Скажите, что с ней случилось. Пожалуйста.

— У меня нет всех необходимых данных, чтобы ответить на ваш вопрос, мистер Туллиан. Ее будут обследовать специалисты с...

— Скажите мне.

— Шизофрения.

Слово пролетело по комнате как осколок стекла. Адель следила за ним краешком глаза.

* * *

В машине «скорой помощи» Сэм заснул, положив голову Джеймсу на колено, и обслюнявил его и без того влажные брюки. Джеймс взял Адель за руку, но Адель никак не реагировала. Он выпустил руку, которая застыла как деревяшка. Адель сидела прямо и хмуро смотрела в пустоту. Сопровождавший их санитар несколько раз попытался завести беседу, а потом углубился в свой «Миррор».

В Кардиффе снова пришлось ждать: на этот раз сиденья были сделаны из жесткого пластика с тонкими оранжевыми и зелеными подушками из пенопласта. Сэм снова заснул. Пол-одиннадцатого, вторник. Вокруг ходили люди, занимались своими обычными делами, кто работал, кто болел: каждый точно знал, чего от него ждут, в чем состоит его функция. Даже Сэм, похоже, знал, что надо делать в данных обстоятельствах. Джеймс сидел и жалел о том, что не переоделся перед отъездом, что не подготовился более тщательно к тому, с чем ему пришлось иметь дело. Что не знал, что ему делать.