Когда отцветают розы - Майклз Барбара - Страница 7

— Как я понимаю, нет нужды представлять вас друг другу? — с невинным видом спросила Эмили.

— Думаю, я догадываюсь, кто это, — отозвался человек по имени Уолт. Он протянул руку. Кожа его ладони и пальцев ощущалась как наждачная бумага.

— Разве вы не встречались прежде? — спросила Эмили.

— Нет, только разговоры по телефону и переписка, — ответил Уолт. — Особенно меня впечатлили эти рекомендательные письма…

— Мы только собирались приступить к осмотру поместья, — объяснила хозяйка. — Бедная Диана приехала вчера вечером в разгар настоящей бури и еще ничего не видела. Прекрасно, что вы можете к нам присоединиться, Уолт. Вы ведь не собирались работать сегодня?

— Нет, мэм, землю развезло. Быть может, завтра, если ветерок еще подсушит. Сейчас погода для этого идеальная. Я приехал посмотреть, много ли вреда принесла гроза, и, если не возражаете, получить чек. Нужно арендовать автопогрузчик, а у меня, как всегда, проблемы с наличностью.

— Разумеется, я сейчас принесу чековую книжку, — Эмили торопливо зашагала обратно к дому.

Диане еще раз пришлось взять себя в руки. Она поняла, что за просьбой скрывается желание ненадолго избавиться от хозяйки.

— Что ж, здравствуйте, госпожа Мата Хари, — сказал Уолт, скривившись в усмешке. — Я вас себе представлял несколько другой.

Он медленно оглядел ее — от растрепанной ветром прически до поношенных кроссовок. Диана до боли закусила губу. Ее молодость всегда оказывалась недостатком, когда приходилось встречаться с клиентами и даже другими адвокатами, но в привычном окружении она научилась с этим справляться — туфли на высоких каблуках и возвышающееся кресло прибавляли ей роста. Строгие костюмы и продуманная косметика, стянутые в узел волосы делали ее старше в глазах окружающих. Она даже приобрела пару очков в тяжелой оправе и цепляла их на нос, если, как ей казалось, ситуация того требовала. Ироничный взгляд Уолта сразу дал ей понять, как выглядит она в его глазах. Выбившиеся в разные стороны пряди, мятая рубашка и джинсы, вылинявшие от частой стирки. В своих кроссовках она к тому же была на голову ниже него.

— Какой же вы меня воображали? — в ее голосе звучала нарочитая враждебность. Улыбка сошла с губ Уолта.

— Более… Более зловещей, что ли.

— Я и такой могу быть.

— Вижу, вижу.

В его манерах и выговоре не было ничего от простого работяги. Так подумала она и тут же отругала себя за снобизм. Если человек предпочитает зарабатывать себе на жизнь своими руками, это не означает, что он — полуграмотный мужлан.

Однако его симпатия и помощь не означали, что она может отказаться от предосторожностей. Опыт подсказывал ей, что дружелюбие нередко истолковывается как проявление слабости.

— Вас никто не заставлял соглашаться, — сказала она резко. — И потом, вы сами упомянули, что Николсонам нужен знаток старых роз.

— Я всегда понимал, что с юристами спорить бесполезно, — голос Уолта звучал теперь отчужденно. — Я думал… Хотя вам все равно, что я думал.

— Вы изменили решение?

— Боюсь, уже поздно. Вы аккуратнейшим образом загнали меня в угол. Как бы то ни было, вы меня убедили, что это действительно необходимо, а стало быть, я… Тише, она возвращается. Где вы остановились?

— Пока не знаю.

Он сдвинул брови.

— Мне необходимо знать, как вас найти. Нужно поговорить.

— Не волнуйтесь, я сама вас разыщу, — огрызнулась Диана сквозь зубы.

На дальнейшие препирательства времени не оставалось. К ним приближалась Эмили, размахивая на ходу чековой книжкой и авторучкой, с вопросом на устах: сколько нужно Уолту денег? «Неужели она всегда такая доверчивая?» — подумалось Диане.

Он принял чек и раскланялся со словами:

— Мы будем видеться, Диана. И довольно часто, я полагаю.

— Такой приятный молодой человек, — сказала Эмили, глядя, как пикап удаляется вниз по дороге. — С ним вам понадобится твердость — у него всегда особый взгляд на вещи. Некоторые его идеи нельзя не одобрить. Он способный юноша, и я неоднократно повторяла, что ему нужно продолжить образование и стать дипломированным ландшафтным архитектором. Так, пора обувать сапоги.

Диане оставалось порадоваться, что эту обувь она старательно обшаркала о каменные ступени своего дома, вымазала в грязи и мокрой траве, чтобы сапоги не выглядели подозрительно новыми. Вопросов они не вызвали. По крайней мере у Эмили. Достав из портфеля блокнот, Диана своим видом показала, что готова начать работу.

И снова ей на выручку пришла говорливость Эмили. Она часто спрашивала мнение Дианы, но почти никогда не давала ей закончить фразу. Поддакивая и улыбаясь, а иногда для разнообразия изображая на лице глубокую задумчивость, Диана постепенно поняла, что Эмили великолепно знает, чего хочет. Она, Чарльз и несколько специалистов, с которыми они консультировались несколько месяцев, разработали исчерпывающий план оформления лужайки перед домом и въезда. Рельеф здесь был совершенно плоским и никаких специальных работ не требовал. Нужно было только разметить флажками планируемые клумбы и обозначить места для посадки деревьев. «Мне это вполне по силам, — решила Диана, чувствуя прилив оптимизма. — В конце концов, это дело вкуса. Пусть мои предложения им не понравятся, но никто не скажет, что они неправильные».

По мощенной брусчаткой дорожке они обогнули левое крыло дома — там располагалась кухня, и оптимизм Дианы начал улетучиваться, когда она увидела местность, которая была некогда берегом реки.

Это был квадрат со сторонами примерно в акр, сначала расчищенными, а потом засаженными травой и кустами. Его границу обозначала каменная стена, от которой вели вниз широкие ступени, уходившие, казалось, в бесконечность. За ними далеко простирались пастбище и лес. Когда Эмили ненадолго прерывалась, было слышно, как у подножья холма шумит невидимый поток. Эмили уточнила, что это было ответвление той же стремнины, которую нужно было пересечь по дороге к дому.

— Здесь такой простор для фантазии! — глаза Эмили сверкали тем блеском, который восхищал и одновременно пугал Диану. — Тропинки между деревьями, берег с террасами к реке, полевые цветы вдоль всех дорожек, и в некоторых уголках скамьи с небольшими столиками…

— Вы уже сделали… э… э… какие-нибудь чертежи? — спросила Диана.

— Десятки! — радостно воскликнула Эмили. — Я вам их покажу. Конечно, являясь специалистом, вы их раскритикуете и наверняка подадите множество иных идей. Для миссис Массер это был всего лишь задний двор, но посмотрите: разве не очевидно, что он представлял собой верхнюю из нескольких террас, как на Вилле Фарнезе? Нам удалось разыскать остатки нижней, но камни оттуда растащили для фундаментов более поздних построек. Я, признаться, еще не решила, восстановить ли террасы или создать нечто неординарное типа извивающейся книзу тропы, окаймленной вечнозеленой растительностью и… Впрочем, я не хочу вам навязывать свои прожекты.

— Кто-то вполне квалифицированно ухаживал за этим задним двором, — заметила Диана вскользь. — Мне казалось, что миссис Массер была слишком стара для этого.

Ответа, на который она рассчитывала, не последовало.

— О, это мы с Чарли. Прополка, вскапывание — нам нравится возиться с цветами. Но вот с этими деревьями и кустами придется расстаться, верно?

— Гм, да… — Диана решила, что настало время выступить с позитивной программой. — Проще начинать с нуля, чем подстраиваться под существующий растительный материал. Ничто здесь не впишется в организованное парковое пространство.

Впрочем, перед ними простирался очаровательный уголок, хотя и выдававший неопытную руку. Вдоль ступеней рядами были рассажены желтые нарциссы. На раскидистых ивах, каких Диана прежде и не видела, уже поблек весенний цвет, зато яблони расцвели так пышно, словно предвидели, что это — в последний раз.

По всей видимости, та же мысль пришла в голову Эмили.

— Терпеть не могу, когда вырубают деревья, — сказала она с горечью. — Может быть, удастся спасти хотя бы одну из этих яблонь?