Гений Сталин. Титан XX века (сборник) - Ошлаков Михаил Юрьевич - Страница 75

Если бы не выдержка Сталина, несмотря на ультиматумы Черчилля, не ввязавшегося в авантюру с восстанием, Польша встала бы перед угрозой национальной смуты и гражданской войны, что в тех условиях было равноценно гибели нации. Хотелось бы дождаться того момента, когда поляки научатся разбираться в том, кто им друг, а кто враг.Впоследствии сам Черчилль признавался:

«Без русских армий Польша была бы уничтожена или низведена до рабского положения, а сама польская нация стерта с лица земли. Никакие силы в мире кроме русской армии не смогли бы освободить Польшу».

Сегодня недостойную политику дестабилизации Европы продолжают другие силы, которые всячески раскачивают ситуацию на континенте: расширяют НАТО, мутят воду в Югославии, на юге России. Американцы-то рассчитывают отсидеться в Северной Америке, но народам Европы следует задуматься над уроками истории, над тем, что новая война погубит континент, и строже спрашивать со своих правительств за предательство национальных интересов.

Англичане и американцы требовали расчленения Германии – им необходимо было убрать конкурента в Европе. Сталин настоял на сохранении единой Германии, и тогда англо-американцы принялись устранять Германию ковровыми бомбардировками. Они преследовали цель уничтожения германского промышленного потенциала, поскольку вермахт и так практически на Западе уже не сопротивлялся. В дальнейшем именно США кредитовали восстановление промышленности Западной Германии, загнав Германию в такую долговую яму, из которой она до сих пор не может вылезти. Да мыслимое ли дело – великая германская нация уже шестьдесят лет живет в условиях иностранной военной оккупации, которой не видно конца!

Авторитет Сталина в антигитлеровской коалиции был непререкаем. Черчилль вспоминал, что, когда Сталин входил в зал Ялтинской конференции, все вставали, держа руки по швам. А.А. Громыко на той же конференции заметил, что даже когда Сталин молчал, а говорили другие, то все смотрели все равно на Сталина, ожидая его реакции. И Черчилль, и Рузвельт, и Трумэн, и Иден, и Гарриман чувствовали силу Сталина и безоговорочно отдавали ему лидерство.Маршал авиации А.Е. Голованов вспоминал:

«Однажды в августе 1942 года британский премьер взял бутылку армянского коньяка и наполнил рюмку Сталина. В ответ Сталин налил тот же коньяк Черчиллю. Тосты следовали один за другим. Сталин и Черчилль пили вровень. Я уже слышал, что Черчилль способен поглощать большое количество горячительных напитков, но таких способностей за Сталиным не водилось. Что-то будет?

Почему и сам не знаю, мной овладела тревога. За столом шла оживленная беседа, звучала русская и английская речь. Я впервые увидел, что можно вести разговор на разных языках, так, словно переводчика не существует. Черчилль на глазах пьянел, в поведении же Сталина ничего не менялось. Видимо, по молодости я слишком откровенно проявлял внимание к состоянию двух политических деятелей: одного – коммунистического, другого – капиталиста, и очень переживал, чем все это кончится. Распрощавшись, Черчилль покинул комнату, поддерживаемый под руки. Остальные тоже стали расходиться, а я стоял как завороженный и смотрел на Сталина. Конечно, он видел, что я все время наблюдал за ним. Подошел ко мне и сказал: «Не бойся, Россию не пропью. А вот Черчилль завтра будет метаться, когда ему скажут, что он тут наболтал». И твердой, неторопливой походкой вышел из комнаты».

Остается сожалеть, что подобная физическая и духовная стойкость не всегда была свойственна лидерам России.

В личностном плане Сталин с бо́льшим уважением относился к Рузвельту, чем к Черчиллю, но никогда не питал на их счет иллюзий. В беседе с югославскими журналистами в 1945 году Сталин сказал: «В отличие от Черчилля, готового вытянуть даже копейку из вашего кармана, Рузвельт лезет в карман лишь за более крупными монетами».Наиболее известным высказыванием Черчилля о Сталине являются слова из его речи, сказанной в Палате общин 21 декабря 1959 года. Собственно, для понимания роли Сталина в Победе над фашизмом можно было и ограничиться этой характеристикой. Конечно, Черчиллю очень хотелось остаться в истории не благодаря Фултону или Берну, а благодаря Победе, и тем не менее такое признание от самого ярого антисоветчика, «черного кобеля, которого не отмоешь добела», по выражению Сталина, поучительно для нас.

«Большим счастьем было для России, что в годы тяжелейших испытаний страну возглавил гений и непоколебимый полководец Сталин. Он был самой выдающейся личностью, импонировавшей нашему изменчивому и жестокому времени… Сталин был человеком необычайной энергии и несгибаемой воли, резким, жестоким, беспощадным в беседе, которому даже я, воспитанный здесь, в британском парламенте, не мог ничего противопоставить. Сталин произвел на нас величайшее впечатление. Он обладал спокойной, лишенной всякой паники мудростью. Он был непобедимым мастером находить в самые критические моменты пути выхода из самого безвыходного положения. Он был необычайно сложной личностью. Он создал и подчинил себе огромную империю. Сталин был величайшим, не имеющим сравнения в мире диктатором, который принял Россию с сохой, а оставил ее с атомным оружием. История таких людей не забывает».

Когда над миром нависла опасность порабощения, а народы Европы столкнулись с перспективой физического уничтожения, Сталин оказался единственным лидером в мире, способным противостоять Гитлеру. Союзники это отлично понимали. Они уповали на Сталина, называли его гением, пели ему хором гимны и славили, как только могли. Ныне же оказывается, что Россия воевала не демократическими методами, замаралась – гляди, и руки не подадут.

* * *

Сталин сказал в отношении США: «Президенты приходят и уходят, а капиталисты остаются». Это значит, что, как только была устранена угроза фашизма, противоречия между капиталистическими США и Англией и социалистическим СССР вышли на первый план в международной политике.

Главным виновником обострения международных отношений стали США, рвавшиеся к мировой гегемонии. По утверждению Сталина, капиталистическая система мирового хозяйства таит в себе элементы общего кризиса и военных столкновений, поэтому развитие мирового капитализма происходит не в виде плавного и равномерного движения вперед, а через кризисы и военные катастрофы. Именно эти качества капиталистической системы вызвали к жизни холодную войну, и именно их последствия мы наблюдаем теперь в мировой экономике. А там, где государство не смогло подчинить капитал национальным интересам, буржуазия подмяла институты государства под себя, превратив его в ненасытную империалистическую гидру.

В 1949 году США и страны Западной Европы в нарушение устава ООН создали агрессивный военный блок НАТО, не сложивший оружия до сих пор. Если кто-то полагает, что с уходом Горбачева и СССР с политической арены НАТО повыбрасывал старые лозунги и средства их реализации, тот заблуждается.

Для того чтобы соперничество России с США и Англией сохраняло паритет, не превращалось со стороны Запада в давление и диктат, а то и грабеж, мы должны быть сильными и экономически, и политически, а главное – духовно. Россия не должна идти за Западом по пути развращения и разложения народа, только так мы сможем сохранить тот дух, который поможет выстоять в любых испытаниях.

Никакая техника, никакой военный бюджет не помогут духовно слабому победить духовно сильного. Совокупный военный бюджет Англии и Франции в 1940 году во много раз превосходил военный бюджет Германии, что не помешало Гитлеру раздавить французскую армию и обратить в бегство англичан. Голодная армия Северной Кореи два года успешно сражалась с военной машиной дюжины мощнейших держав, включая США.

Наконец, Вьетнам, который американцы варварски бомбили и жгли напалмом с 1959 по 1975 год. В конце концов американская военная мощь со всеми авианосцами, стратегическими бомбардировщиками, ракетами и спутниками оказалась бессильна, поскольку исход войны требовалось решить на поле боя лицом к лицу с противником. А ведь во Вьетнаме к середине 60-х годов США держали более 30 % своей военной техники и почти 70 % морской пехоты! Однако для победы требовалось еще и моральное превосходство.